Долгосрочная месть
Шрифт:
– Минуточку, друзья!.. Олег… был… хорошим сыном… Не всегда послушным… Но кто из детей бывает послушным? Так ведь?.. Самое главное: он был добрым и всегда заботился о своем младшем брате. Вот и в тот злополучный вечер Олег не смог отказать Глебу, взял брата с собой в кинотеатр… И вот, все мы знаем, чем в итоге это закончилось… Олег встал на защиту младшего брата ценою собственной жизни. И я ему благодарен за этот поступок! Я горжусь тобой, сынок!!! Давайте выпьем за упокой души моего старшего сына!..
Мама сидела рядом с папой, вся потемневшая от горя: тихо плакала и вытирала платком слезы. Глеб со своими друзьями-ровесниками расположились на другом конце стола. Трагедия изменила его: на фоне своих друзей он выглядел теперь более взрослым и временами одергивал друзей, прося, чтобы те не шумели и слушали речь отца. Каждое его слово впечатывалось в память и новое, доныне незнакомое, какое-то жесткое чувство зарождалось в детской душе…
А далее – наступает время разбора и поиска убийцы.
Отец Глеба, нервно ожидая время выхода, то и дело посматривал на часы. Как только часы пробили десять утра, сказал:
– Глеб, выходим, пора. – Александр слегка приобнял сына за плечи. В последнее время мальчик его настораживал – был каким-то излишне серьезным.
Небольшие знакомые улочки, что ребенку казались такими родными, сейчас выглядели чужими и угрюмыми. Молча подойдя к знакомому зданию, они уверенно зашли внутрь. Отдел милиции, что был рядом с домом, жил своим чередом. В отделе было не очень многолюдно, и их встретил младший сержант – парнишка лет двадцати трех, проводя в дальний кабинет. Следователь сидел за столом, напротив него, с другой стороны стола, сели Глеб и его отец.
– Здравствуйте, я следователь милиции капитан Гусев Владимир Викторович. Буду вести ваше дело.
– Здравствуйте, мы готовы отвечать на вопросы, – взял инициативу в свои руки отец Глеба.
Глеб сидел, с тревожным интересом разглядывая кабинет следователя. Следователь обращается к мальчику:
– Глеб, давай вспомним, что произошло в тот вечер, когда на вас с братом напал преступник.
– Все хорошо, Глеб. Расскажи все, что знаешь. – Папа пытался успокоить его.
– Мы с братом шли после кино домой через парк, и он вышел нам навстречу. Он был в черной одежде и с ножом. Стал размахивать ножом и кричать на брата. Брат оттолкнул меня, а сам начал бороться с ним, – неуверенно начал он.
– А ты помнишь, как он выглядел? Запомнил его лицо?
– Мне кажется, да. Брат сбросил с него кепку, когда они боролись под фонарем.
– Глеб, а ты умеешь рисовать? Нарисуй преступника, как сможешь. Хотя бы лицо.
– Ну, давайте, я попробую.
Следователь дал листок бумаги, и Глеб попытался изобразить лицо убийцы. Мужчина приглашает в кабинет эксперта-криминалиста, который отвечает за фотороботы преступников.
– Так, что у нас здесь за рисунок? Пошли за мой стол с компьютером, нарисуем его еще лучше, – сказал он и кивнул в сторону.
Папа, Глеб и милиционер перешли за соседний стол. Сотрудник, перебирая на экране компьютера основные черты лица убийцы, старался уточнять у Глеба:
– Смотри, Глеб. Овал лица был таким или таким?
Сотрудник не спеша продолжает перебирать возможные варианты.
– Вот таким, мне кажется, очень похож, – показал мальчик на высветившийся вариант.
– Так, теперь смотри. Будем уточнять, какие у него глаза. – Сотрудник начинает, опять же не спеша, перебирать возможные варианты.
– Вот! Вот вроде такие.
– А нос, смотри, может, такой?
– А еще покажите…
Сотрудник, слушая его, перебирал дальше возможные варианты носов.
– Стоп! Вот этот. А почему у него голова такая маленькая? – остановил он следователя.
– Это не голова, Глеб, а высота лба. Сейчас смотри, какой надо поставить.
Подбирает фотороботу высоту лба.
– Ой, вернитесь обратно. Да, вот так похож…
– Вот видишь, какой ты молодец, Глеб. Осталось совсем немного. Смотри, подборок тоже можно менять.
– А подбородок не надо менять. Самый первый был похож.
– А губы? Смотри, может, такие?
– Рот я не знаю…
– Ничего страшного. Смотри, губы пусть будут такими, и даже брови ему нарисуем, к примеру, вот такими. Ну что, похож на злодея?
– Да, очень похож!
– Сынок, ты большой молодец. – Папа старался поддержать сына, как мог, приобнимая его. Следователь распечатывает на принтере фоторобот преступника. – А можно и мне несколько листов? Я у себя на районе развешу их…
– Да, конечно. Вот, возьмите. Мы поймаем этого гада! Не беспокойтесь.
– Пусть пока у тебя полежит, сынок. – Папа забрал и положил листовки в рюкзак.
– Хорошо, папа, – кивнул мальчик, пока отец подписывал непонятные ему бумажки, он, взяв рюкзак, отвернулся, чтобы отложить один лист в другой отсек.
«Я буду всегда помнить этого урода! Отомщу!» – подумал про себя тогда Глеб.
Дни летели, поиски шли. Мама наслушалась страшилок о том, что происходит с детьми после подобных трагедий, и потащила Глеба к детскому психологу.
В кабинете психолога не было ничего интересного: желтые стены, стол с бумагами, шкаф с книгами и папками, пара стульев. Рядом со столом психолога расположились столик и стульчик для малышни. На столике – карандаши, краски, пластилин… На стенах висели ляпистые картинки, призванные, видимо, веселить малышню. Глеб, окинув взглядом все это «великолепие», закатил глаза. Это не укрылось от глаз мужчины средних лет.
– Что, парень, не нравится здесь? – спокойно, с понимающей улыбкой спросил он. – Не переживай, это для малышей.
Психолог выждал паузу, дав Глебу изучить его. Мама мялась, стоя за Глебом, не зная, как правильно надо начинать разговор у психолога.
– Здравствуйте, меня зовут Илья. Можете прямо так и обращаться, – разрядил обстановку психолог и по-взрослому протянул Глебу руку для рукопожатия. – Присаживайтесь.
«Ничего, вроде, дядька… Посмотрим…» – решил Глеб и пожал протянутую руку.
– Здравствуйте. Я Лидия, сына зовут Глеб… Нам сказали к вам надо походить… Глеб, он… Я боюсь, что ребенку тяжело будет пережить… Дело в том, что у нас…