Чтение онлайн

– Надеюсь, тоже все в рамках закона? – любезно поинтересовался Гуров.

– Исключительно! – отрезал Тишков.

– А как же быть с вашим клиентом по фамилии Пчелинцев? – спросил Гуров. – Некие люди избили его, довели до больничной койки, а затем к нему явился еще один человек и предложил Пчелинцеву во избежание дальнейших неприятностей немедленно погасить долг банку. Денег у Пчелинцева таких нет, но ему в категорическом тоне предложили продать свою квартиру и даже пообещали привести прямо в больничную палату нотариуса. Служащие банка отрицают свое участие в этом шантаже, но зато признают, что поручали решить вопрос с Пчелинцевым вашему агентству. Изложить вывод, который я сделал на основании этой информации? Или сообразите сами?

На лице Тишкова ничего не отразилось.

– Ход вашей мысли мне понятен, – сказал он. – Вот только он не имеет ничего общего с действительностью. Припоминаю, что мы действительно занимались человеком по фамилии Пчелинцев. Сбор информации по его материальному, семейному положению, профилактические беседы, подготовка материалов для передачи в суд – вот наш арсенал. Раз вы утверждаете, что его избили, – я готов вам поверить. Но какое мы к этому имеем отношение? На улицах каждый день кого-то бьют. А что касается так называемого шантажа… Действительно, наш сотрудник мог предложить Пчелинцеву такой вариант в рекомендательном порядке – продать квартиру, чтобы изыскать возможность выплатить долг. Никакого давления тут, разумеется, не было! Все остальное додумал сам Пчелинцев. Это естественно, ведь злостные неплательщики еще и исключительные выдумщики.

– Да, тут я с вами совершенно согласен, – активно закивал Гуров. – Мне самому не по душе аферисты, подобные Пчелинцеву. Знаете, человек, который использует довольно сомнительные источники заработка… Просто удивительно, как такому человеку удалось ввести в заблуждение солидный банк! И разговор этот с вашим агентом про квартиру был с глазу на глаз – за достоверность его ручаться никак не могу. Но мы-то с вами люди положительные и конкретные, химерами не увлекаемся. Поэтому хотелось бы услышать конкретно – кто из ваших сотрудников занимается делом Пчелинцева. Кстати, он сейчас здесь? Я хотел бы его увидеть.

– Я возвращаюсь к началу нашего разговора, – жестко сказал Тишков. – Никаких сведений без официального запроса я вам давать не обязан, господин полковник. Вы это отлично знаете и все-таки продолжаете настаивать.

– А что же мне остается делать, – внешне спокойно произнес Гуров, глядя в упор на начальника агентства, – если у меня есть все основания полагать, что ваша организация пользуется насильственными методами в решении, так сказать, рабочих вопросов? А вы помалкиваете вовсе не потому, что вы такой уж законник, Александр Григорьевич, а потому, что боитесь расследования. И лихорадочно сейчас соображаете, как вам лучше спрятать концы в воду.

– Чепуха! – резко сказал Тишков. – Это вы пытаетесь высосать из пальца удобную для вас версию. Мы же будем отстаивать свою позицию.

– Ну, позицию вы будете отстаивать перед прокуратурой, – сказал Гуров. – Меня позиция ваша как-то даже не очень и волнует. Мне единственное сейчас нужно – фамилия человека, который занимался делом Пчелинцева. Странно, что вы держите ее в секрете. Это наводит меня на очень серьезные подозрения. Именно это я и скажу следователю. Очень серьезные подозрения. Знаете, обыкновенно работники прокуратуры прислушиваются к моим словам. Так что молчите вы себе во вред, Александр Григорьевич. И во вред своему же сотруднику. Я буду настаивать на немедленном его аресте. Прямо отсюда еду в прокуратуру и обещаю сегодня же вернуться сюда с постановлением…

– Знаете, – задумчиво сказал Тишков, – когда решите уйти из милиции, приходите к нам. Возьму вас на работу безо всяких разговоров. Вы умеете убеждать.

– Значит, убедил?

– Пожалуй. Фамилия сотрудника, которая вас интересует, – Тренев. Очень положительный человек, кстати. Когда-то давно служил в армейской разведке. Но, к сожалению, увидеть его сейчас вы не сможете. Он взял недельный отпуск. Собирался закатиться куда-нибудь на природу, в тихий уголок. Все-таки работа у нас нервная, требуется разгрузка.

– А конкретнее – что за уголок? – спросил Гуров. – У нас работа тоже не сахар. Хотелось бы найти что-то для души.

– Увы, не интересовался, – развел руками Тишков. – Но, думаю, где-то недалеко. Неделя – не месяц, далеко забираться не станешь.

– Наверное, семья может подсказать? – предположил Гуров. – Адресок бы господина Тренева не помешал…

На лице Тишкова отразилась внутренняя борьба. Ему очень не хотелось давать Гурову адрес, но не давать было глупо. В поисках альтернативы этот волевой и собранный человек совершил небольшую оплошность, о которой наверняка пожалел очень быстро.

Он принужденно улыбнулся Гурову и, встав из-за стола, попросил подождать.

– Тренев не женат. Но должен сказать, что я не помню адреса сотрудников наизусть, – сказал он. – Мне придется посмотреть в базе данных. Это в другой комнате. Я быстро, не беспокойтесь.

Он вышел из кабинета. Выждав несколько секунд, Гуров проворно поднялся и через приоткрытую дверь выглянул наружу. Тишков был уже на середине коридора. Гуров быстро подскочил к столу, на котором стоял включенный компьютер, и наскоро просмотрел содержимое жесткого диска. Папка с документами была закрыта паролем, все прочее не представляло особого интереса, но Гурова заинтересовала картинка, которая у Тишкова служила фоном рабочего стола. На ней был изображен уголок родной природы – березовая роща, наполненная зеленью и светом, синее небо, а на переднем плане – группа крепких, спортивного вида мужчин в одежде для отдыха. Некоторые были обнажены по пояс, демонстрируя загорелые, налитые мускулы. Всего на снимке было изображено человек десять – Тишков тоже здесь присутствовал. Мужчины стояли группой, приобняв друг друга за плечи, и улыбались в объектив. На заднем плане над костерком жарился шашлык, а рядом в траве поблескивали бутылки.

– Идиллия! – пробормотал Гуров. – Дружный коллектив на лоне природы. Очень кстати, между прочим.

Он поискал глазами и обнаружил на краю стола открытую коробочку с чистыми дискетами. Гуров вытащил одну, вставил в дисковод и скопировал на нее картинку. Затем сунул дискету в карман и вернулся на свое место. Буквально через минуту в кабинет вошел Тишков. Он с беспокойством посмотрел на Гурова, но абсолютно невинный и даже равнодушный вид опера, кажется, убедил его, что все в порядке.

– Прошу вас, – преувеличенно вежливым тоном, в котором отчетливо звучала досада, сказал он, протягивая Гурову бумажку с адресом. – Это адрес Тренева. Но ребята тоже говорят, что вы зря потратите время, если будете искать его там. Раньше, чем через неделю, он не появится.

«Да уж ты наверняка постарался предупредить, чтобы так оно и было, – подумал Гуров. – Но ты забыл про пословицу. Кто ищет, тот всегда найдет».

– Спасибо, – сказал Гуров, мельком взглядывая на адрес. – Родина вас не забудет.

– Родина никого не забудет, – многозначительно заметил Тишков.

– Вас особенно, – заявил Гуров. – Уж прокуратура точно скоро о вас вспомнит.

Он вышел в коридор. Полковник Крячко с самым безобидным видом покуривал неподалеку от лифта, за что и получил выговор от некоей солидной дамы с холеным лицом и высокой прической. Она тоже ждала лифта, а дым от сигареты делал ожидание невыносимым.

– Между прочим, подумали бы о других, мужчина, если о себе не хотите думать! – сказала она, смерив Крячко уничтожающим взглядом. – Вы знаете, что пассивное курение для здоровья даже вреднее? Почему я должна умирать из-за вас раньше времени?

Крячко ответил ей простодушным взглядом, неторопливо опустил окурок в пепельницу на высокой ножке и сказал смиренным тоном:

– Я тоже люблю читать всякие умные статьи в газетах, мадам! Помнится, недавно было что-то такое и насчет пассивного курения. Автор утверждал, что бросить пассивное курение во много раз легче, чем просто бросить курить, так что для вас еще не все потеряно, мадам.