Чтение онлайн

Тут уже и Аул уставился на В., так же, впрочем, как и все остальные.

– Ты думаешь?
– спросил Аул Аума, внимательно изучая В.

– Не думаю, - прорычал Аум, - знаю!

– Мда, - протянул Аул, - нехорошо!
– остальные бородачи тоже всем своим видом выражали, что «нехорошо». Все это ужасно не нравилось В.

– Что стряслось, объясните вы наконец?
– спросил он.

Аум приблизил к В. свое бородатое лицо и угрюмо произнес:

– Щас я те объясню, что стряслось! Ты, - он ткнул пальцем в грудь В., - столько напустил беспокойства, что оно нас завело черт знает куда!

– Беспокойник, - учтиво вставил Аул, - это тот, кто излишне беспокоится, а точнее не просто излишне, а смертельно излишне.

– Угу, - продолжал Аум.
– С таким беспокойником мы все покойники, это как пить дать!
– и он обжег В. недобрым взглядом. В. и до нелепых обвинений было не очень хорошо, а теперь стало еще хуже. Он не понимал, при чем тут его беспокойство.

– Беспокойники, - продолжал Аул, - сбивают свою группу с пути, понятно?

В. отрицательно покачал головой.

– Ох, ну чего ж тут непонятного, - вмешался Аус.
– Твоего беспокойства хватит, чтобы целую армию завести к черту на рога. Признавайся, беспокоился ты или нет?

В. ничего другого не оставалось, как недовольно пробурчать:

– Кажется, да… кажется, беспокоился…

– Молодец!
– вскричал Аук.
– И что нам теперь прикажешь делать?
– Все бородачи казались не на шутку встревоженными. «Сами-то!
– подумал В.
– Сами-то как беспокоятся!»

– Что делать? Прикончить его и все, что еще тут делать!
– заявил Аум.

– Это ты лишка хватил, Аум, - сказал Аул, но похоже, остальным эксикурсоводам так не казалось.

– А что нам еще делать?
– продолжал Аум.
– С ним вместе загнуться? Нет уж, я не согласен!
– все бородачи, кроме Аула, тут же заявили, что тоже не согласны. Только Аул покачал головой и промолчал, задумавшись.

Тут В. осенило:

– Постойте! Если я вам так мешаю, так идите себе дальше! А я пойду обратно!

Аул печально посмотрел на него и молвил:

– Поверь, если ты останешься здесь один, это для тебя будет хуже чем смерть.

При этих словах В. затошнило. Он и сам не представлял, как будет искать дорогу назад в одиночестве.

Но тут Аус что-то вспомнил:

– Друзья! А вибрус? Вибрус поможет! Аум, надеюсь ты не забыл вибрус?

В. в отчаянной надежде посмотрел на Аума, изо всех сил желая, чтобы тот не забыл таинственный вибрус, но и тут судьба отвернулась от В.:

– Забыл!
– молвил Аум мрачно.

– Эх ты, - укорил его Аус.
– Ты ж знал, к кому идем, и как ты мог забыть вибрус! Ясное дело, тут без вибруса никак!

– А вот забыл, - проговорил с вызовом Аум, ничуть, видимо, не стыдясь своей забывчивости.

В. начинал испытывать недобрые чувства к Ауму, а тот, словно ощутив такое к себе отношение, опять затянул свое:

– Избавиться от него надо, и все тут.

– А как мы от него избавимся? Не душить же его, в самом деле, - сказал Аук, брезгливо глянув на В.

– А вот как!
– прокричал Аум, и долбанув кулаком по стене туннеля, выбил напрочь один из металлических листов.
– Туда его и вся недолга?!

В. чуть не потерял сознание. Туда? Куда это ТУДА? Содрогаясь, он выглянул в пробитую Аумом дыру и увидел в ней черный, холодный, бескрайний космос…

Но тут вмешался Аул:

– Я придумал! Он может попытаться развеять свое беспокойство! А? Что скажите, дадим ему шанс?

Аум не захотел давать В. никаких шансов, но остальные все-таки согласились с Аулом.

– Так, - втолковывал Аул В., когда они опять зашагали по туннелю, - гони прочь даже тень тревоги, понял? Ты должен идти в абсолютном спо-кой-стви-и!
– выговаривал Аул по слогам, но В. от этого не становилось легче.

Один вид черноты за стенами туннеля повергал его в ужас. Как он мог быть спокойным, если они угрожали выкинуть его в эту мрачную бездну?!! Как ни крути, В. несдобровать. Или его отправят в открытый космос, или бросят посреди чудовищного лабиринта, или же его придушит безумный Аум! И В., само собой разумеется, не мог обрести вожделенного спокойствия. Наоборот, он был в совершенном ужасе, и стены туннеля все сжимались, а они все не могли никуда придти и в конце концов уже чуть ли не ползли. Когда они добрались до перекрестка, Аум вскричал:

– Все! Конец ему!
– здесь было так тесно, что он прокричал это прямо в лицо В., обдав его горячим дыханием.

– Погоди, погоди, - встал опять на защиту В. Аул.

– Чего годить?
– кричал Аум, стуча по потолку, который не позволял им разогнуться.
– Все! Дальше некуда!

– Постой, погоди, есть еще один выход!
– упорствовал Аул.

В. чуть не о?бнял Аула за такие его слова.

– Он может отдать что-то дорогое и тем искупить, так ведь?
– спросил Аул.

Остальные закивали.

– Может, может, - согласились Аук, Аус и Аун. Даже Аум пробормотал что-то вроде «ну да».

Аул обратился к В.:

– Есть у тебя нечто ценное? Какая-нибудь очень дорогая тебе вещь?

Но у В. не было ничего, даже носового платка в кармане.

– Плохо дело, - сказал Аул.
– Идти дальше мы не можем. Отпустить тебя мы тоже не можем, потому что если останешься в живых ты, то и беспокойство твое останется и оно так или иначе нас убьет. Что же делать?

В. не знал, что делать. Но Аум знал: он с грохотом выбил опять один из металлических листов и теперь подступал к В., протягивая к нему руки. В. весь съежился.

Но тут Аул свнова выручил В.:

– Стой! Остается еще одно решение, хотя оно уж точно последнее!
– и он достал здоровенный тяжелый нож из-за пазухи. В. похолодел.

– Мы вынуждены, понимаешь? – мягко проговорил Аул, приближаясь к В. с ножом в руке.
– Ты должен отдать что-то дорогое, что-то очень, очень дорогое. Если ты отдашь это добровольно, то не придется брать вдвойне, - Аул навис над В., замахиваясь на него ножом. Остальные бородачи обступили В. Он не мог спастись, не мог… Он пытался сопротивляться, но его схватили и держали так, что он не мог пошевелиться. Аул ухватил В. за руку. Он поднес руку В. к черной дыре в туннеле и занес над рукой нож…