Чтение онлайн

– Лукреция, милая, – сказал он. – Ты не надела нижнего белья?

– Нет, папа. Сегодня так тепло.

– Не в этом дело. Просто неприлично быть голой под тонкой одеждой. Она не может скрыть твое тело.

Ему нравилась такая беседа, с одной стороны, она была отцовской, ведь он, в конце концов, наставлял свою маленькую девочку для ее же блага; с другой – возбуждающей, как всякая беседа с желанной, нетронутой еще женщиной.

– Я думала, это не имеет значения,– капризно сказала Лукреция. – Меня же никто не видит, кроме тебя и Чезаре.

– Родительство и отцовство, моя милая, не превращают мужчин в мраморные статуи.

Господи, да в ней пробудился уже инстинкт женщины, которой не нужен опыт, чтобы знать об эффекте яблока искушения. Родриго взглянул на Чезаре. Сын был старше сестры на два года и так же красив, как она. Мальчик, повидимому, не понимал всего смысла разговора и стремился лишь раскачать Лукрецию сильнее.

– Во дворце Орсини ты всегда должна носить нижнее белье, – сказал кардинал.– Неприлично будет, если учителя станут ухажерами и начнут, глядя на тебя, путать греческий язык с французским.

– Чезаре, я хочу спуститься, – сказала Лукреция. Тот неохотно остановил качели и осторожно опустил сестру на землю. Она посмотрела ему в лицо и широко улыбнулась. Он тоже, ответил улыбкой. Отец почувствовал в ней желание. Чезаре был уже высокий и крепкий подросток. У него, наверное, возникает половое влечение, но не к своей сестре. Жаль, подумал кардинал. Этой ведьмочке брат нравился, хотя виделись они редко из-за его учебы в Перудже. А почему бы не раскрыть глаза Чезаре на сей маленький фрукт, каким является его сестра? Она, конечно, сделает остальное без всякой подсказки. Это верный путь и для его страсти.

– Не хотите ли искупаться в пруду? – предложил кардинал. – Снять одежду и дать солнцу заполнить вас добром?

Лукреция взглянула на брата, тот недоуменно – на отца.

– О, не беспокойтесь, – мягко сказал кардинал, – кусты прикроют вас.

Чезаре выглядел растерянным, и сестра взяла его за руки.

– Бедный Чезаре, он робеет. Почему ты так смущаешься, братик?

Интересно было бы знать, что у нее на уме, подумал кардинал. А вслух сказал:

– Шлепни ее, Чезаре, когда на ней ничего не будет, а потом толкни в воду.

Мальчишка все еще был смущен, но не хотел это показывать.

– Я заставлю ее просить о пощаде!

– Смотри, как бы она не заставила просить о пощаде тебя, – пробормотал кардинал больше себе, чем сыну. –Ну идите, идите, – скомандовал он, – мне надо работать.

Дети побежали к пруду. Лукреция с подрагивающими под рубашкой ягодицами, оглядываясь, озорным хохотом подзадоривала брата.

Выждав несколько минут, кардинал последовал за ними. Раздвинув кусты, он увидел, что Чезаре уже окунулся в воду, а Лукреция стоит на мраморной площадке, бесцеремонно снимая через голову рубашку.

Глаза Родриго едва не вылезли из орбит – столь дивное зрелище открылось перед ним. Тело дочери создал гениальный художник: хрупкая линия талии мягко перетекала в бедра, которые соперничали с грудями по Округлости и зрелости. Солнце, окрасившее золотистые волосы в серебряный оттенок, делало ее розовую плоть почти прозрачной. На этом фоне соблазнительно выглядели большие красные соски и темный треугольник Венеры.

Лукреция пошла вдоль берега, подставив лицо солнцу и протянув к нему руки, как к возлюбленному. Её крутые ягодицы упруго терлись одна об одну, ноги, длинные, изящные, напрягались и расслаблялись с каждым шагом.

Глаза Родриго пожирали ее роскошное тело, ее движения, игру нежных мышц. Она как бы предлагала себя Чезаре, она заводила его, как шлюха, и отец был изумлен. Эта маленькая самка действительно дрожит от желания, глубокого и страстного.

Чезаре тоже наблюдал за каждым еедвижением. Собственная нагота внезапно заставила его осознать наготу этой маленькой соблазнительницы как женщины, а не как сестры. Он стоял на краю пруда, вода которого была такой чистой, что даже на середине сестра могла бы его видеть, как сейчас он видел ее.

Лукреция повернулась к Чезаре.

– Как приятно быть без одежды, – сказала она. – Я чувствую себя нимфой.

– Давай быстрее, – севшим от волнения голосом ответил Чезаре.

– Почему ты сердишься? – капризно спросила Лукреция.

Быстрым движением окунув ногу, она брызнула водой прямо в глаза брату – Чезаре вскрикнул и отскочил подальше. Эта внезапная атака лишила его чувства стыда.

– Я тебе задам за это! – рассердился он.

Ты в любом случае ей задашь, подумал кардинал. Он завидовал сыну, который видел самую сокровенную часть тела, когда сестра вытянула ногу, чтобы забрызгать его.

– Я тебя не боюсь! – с лукавым смехом Лукреция нырнула в глубину. Чезаре тоже исчез под водой, но девушка появилась на поверхности, ловко увернувшись от брата. Тут же вынырнул и Чезаре, взбешенный тем, что его провели.

– Я тебя отхлещу, как папа сказал, – пригрозил он сестре.

Дразнясь, Лукреция повернулась к нему спиной и изо всех сил поплыла к берегу. Она ухватилась за край мраморной площадки и вскарабкалась на нее. Чезаре тоже достиг берега и схватил сестру за ногу, но получил сильный толчок в плечо. Она же вскочила на ноги и побежала. Отец похотливо следил за дочерью. Она с хохотом бежала вокруг пруда, игриво оглядываясь на Чезаре. Лукреция была уже напротив того места, где прятался отец, когда ее догнал Чезаре. Она увернулась в сторону, на траву, но было уже поздно: брат мускулистыми руками обхватил её за шею и грудь, и она могла лишь беспомощно пинаться и хохотать. Азартная схватка между молодыми телами – его, жилистым, мускулистым, и ее – зрелым, сладострастным – происходила в двух метрах от затаившегося кардинала.

– Теперь я тебя отхлещу, – объявил Чезаре, толкнув сестру на траву.

– О, Чезаре, как грубо и жестоко, – Со смехом воскликнула Лукреция.

Забыв обо всем на свете, падре Родриго наблюдал за борьбой на траве. Чезаре прижал ноги сестры своей ногой и звонко шлепнул ее по ягодицам.

Кардинал видел, как Лукреция дернулась и вскрикнула, на белых холмиках появилась розовая отметина. Еще удар! Лукреция извивалась, сопротивлялась и, наконец, сбросила его ногу.

Сильными руками Чезаре снова прижал ее к земле и несколько раз ударил по заднице.

– О, Чезаре! – вскрикнула девушка.

Он остановился, решив, что поступает слишком жестоко. Лукреция лежала без движения лицом в траве. Чезаре лег рядом.

– Я сделал тебе больно?

Лукреция перевернулась на спину и с озорной улыбкой подлезла под него.

– Нет, мне совсем не больно.

– Не дразнись, а то я тебе еще задам, предупредил оторопевший Чезаре.

Лукреция, еле сдерживая дрожь, обняла брата за плечи.

– Чезаре, больше меня не бей, ладно? Из-за этого я чувствую себя как-то странно.