Чтение онлайн

Беллонда потянулась к пульту, но Мурбелла остановила ее.

– Он улетел.

«Она не должна видеть моих страданий».

– Но кто… – Беллонда замолкла. Она по-своему оценила последовательность событий и увидела то же, что и Мурбелла.

Мурбелла вздохнула. Она знала все проклятия, что сохранила история, но не хотела произносить ни одного из них.

– Время ленча, я буду есть в своей обеденной комнате с советницами, и я хочу, чтобы ты присутствовала, – сказала Мурбелла. – Скажи, чтобы снова подали тушеные уанские устрицы.

Беллонда воспротивилась было, но все, что она сказала, было:

– Снова?

– Ты не помнишь, что я ела сегодня вечером внизу одна? – Мурбелла снова уселась.

«Обязанности Матери Настоятельницы!»

Нужно было изменить карты и плыть по реками, и приручать Достопочтенных Матерей.

«Некоторые волны бросают тебя, Мурбелла. Но ты поднимаешься на гребне вновь и продвигаешься вместе с ними. Семь раз вниз, восемь – вверх. Ты умеешь балансировать на странных поверхностях».

«Я знаю, Дар. Добровольное участие в осуществлении твоих мечтаний».

Беллонда взирала на нее, покуда Мурбелла не сказала:

– Я приказала моим советницам сидеть на расстоянии от меня за ужином прошлым вечером. Это было странно – два стола во всей обеденной комнате.

«Почему я продолжаю эту пустую болтовню? Какие извинения мне нужны для объяснения моего вызывающего поведения?»

– Мы удивлялись, почему никому из нас не позволили войти в обеденную комнату, – сказала Беллонда.

– Чтобы спасти ваши жизни! Но вам надо было видеть их любопытство. Я читала по их губам. Ангелика сказала – она ест что-то тушеное. Я слышала, как она обсуждала это с шеф-поваром. Разве не чудесный мир мы приобрели? Мы должны взять образец того, что она заказала.

– Взять образец, – сказала Беллонда. – Вижу. – Затем:

– Знаешь ли, Шиана забрала картину Ван Гога из… вашей спальни.

«Почему это так ранит?»

– Я заметила, что она исчезла.

– Сказала, что позаимствует ее для своей спальни на корабле.

Рот Мурбеллы поджался в тонкую линию.

«Будьте вы прокляты! Дункан и Шиана! Тег, Скитейл… все они ушли и нет пути, чтобы последовать за ними. Но у нас все еще есть автоклавы и клетки Айдахо от наших детей. Не то же самое… но близко. Он думает, что сбежал!»

– С тобой все в порядке, Мурбелла? – в голосе Белл звучала забота.

«Ты предупреждала меня о диких вещах, Дар, а я не слушала…»

– После того, как мы поедим, я возьму мой Совет на инспекционную экскурсию по Центральной. Скажи моей послушнице, что я выпью сидра перед возвращением.

Беллонда ушла, ворча. Это было совсем в ее духе.

«Как же ты будешь теперь вести меня, Дар?»

«Тебе нужно руководство? Экскурсия с гидом по твоей жизни? И для этого я умерла?»

«Но они Ван Гога забрали!»

«Значит, ты это будешь оплакивать?»

«Зачем они взяли его, Дар?»

Язвительный смех был ответом на это, и Мурбелла была довольна, что больше никто этого не слышит.

«Разве ты не видишь, чего она хотела?»

«Схема Миссионарии!»

«О, не только. Это следующая фаза: от Myаддиба к Тирану, затем от Преподобных Матерей к нам, затем от нас к Шиане… и что потом? Ты не видишь? Все здесь правильно на грани твоих мыслей. Смирись с этим, словно когда пьешь горькое лекарство».

Мурбелла содрогнулась.

«Видеть? Горькое лекарство грядущего Шианы? Однажды мы думали, что все лекарства должны быть горькими, иначе они не эффективны. В сладком нет целительного свойства».

«Это должно случиться. Дар?»

«Некоторые задохнутся от этого лекарства. Но выжившие могут создать интересную схему».

x x x

Парные противоположности определяют твои стремления, и ты становишься пленником этих стремлений.

Дзенсуннитский Кнут

Ты нарочно дал им уйти, Дэниэл!

Старая женщина вытерла руки о запачканный перед своего садового фартука. Вокруг стояло летнее утро, распускались цветы птицы, перекликались на соседних деревьях. Небо было подернуто дымкой, горизонт светился желтым.

– Сейчас, Марти, это было не нарочно, – сказал Дэниэл. Он снял свою шляпу с загнутыми полями и потер густые коротко остриженные седые волосы, прежде чем вновь надел шляпу.

– Он удивил меня. Я знал, что он видит нас, но я не подозревал, что он видит сетку.

– А у меня для них была припасена такая милая планетка, – сказала Марти. – Одна из лучших. Настоящий тест для их способностей.

– Нечего об этом горевать, – сказал Дэниэл. – Они сейчас там, где нам до них не достать. Он Рассеялся так тонко, хотя я ожидал, что легко засеку их.

– У них тоже есть Тлейлакский мастер, – сказала Марти. – Я видела его, когда они проходили под сеткой. Мне бы так приятно было изучить другого Мастера.

– Не вижу зачем. Чтобы всегда обводили нас вокруг пальца, всегда заставляли нас сбивать их. Я не люблю так угрожать Мастерам, и ты это знаешь! Если бы это были не они…

– Они не боги, Дэниэл.

– Мы тоже.

– Я все же думаю, что ты дал им сбежать. Ты так тревожишься за обрезку своих роз!

– Ни, и что бы ты, в любом случае, сказала Мастеру? – спросил Дэниэл.

– Я собиралась пошутить, когда он спросил бы, кто мы такие. Они всегда спрашивают. Я собиралась ответить: «Чего вы ожидали – сам Бог со струящейся бородой!»

Дэниэл захихикал.

– Это было бы забавно. Им так давно пора привыкнуть, что Танцующие Лица могут быть независимы от них.

– Не вижу почему. Это естественные последствия. Они дали нам силу, чтобы воспринять память и опыт других народов. Собрать достаточно их и…

– Это те обличья, что мы принимаем, Марти.

– Любые. Мастерам следовало бы знать, что мы достаточно их наберем, чтобы однажды сделать свой собственный выбор насчет нашего будущего.

– А их будущего?

– О, мне придется попросить у них прощения за то, что я поставлю их на место. Ты можешь сделать только это, управляя другими, разве это не так, Дэниэл?

– Когда у тебя на лице такое выражение, Марти, я иду подрезать свои розы. – Он отправился снова к ряду кустов с зелеными листьями и черными цветами размером с его голову.