Чтение онлайн

Из глаз Зои покатились слезы. Перед ее глазами стоял Дениска. Только сейчас она вспомнила, насколько мальчик выглядел болезненным. Худенький с большими глазенками, он не выходил из ее головы. Алексей знал о его болезни, но ничего не сказал ей. О болезни мальчика знали все, кроме нее. Алексей, как всегда жалел Зою, и не хотел доставлять ей лишние заботы и тревоги, взяв на себя ответственность по воспитанию и теперь уже лечению мальчика. Все услышанное не укладывалось в ее голове. Нужно было что-то делать. Найти Алексея, просить прощения и возвращать Дениску из детского дома. Она поднялась с постели, выдернула капельницу. Ее сердце стучало, готовое выскочить из груди. В глазах ее потемнело, она пошатнулась и упала в обморок.

Всю жизнь Филипп пребывал в своих иллюзиях, которые согревали его сердце лучше любой женщины и не желал менять свой образ жизни, сторонясь людей. Он любил придуманный им мир, любое вмешательство в него для него было катастрофой. Он был обидчив и завистлив, ему казалось, что никто в мире не понимает его тонкой израненной души, и поэтому всячески сторонился дружбы и общения. Дружить он не умел, в действиях других людей он видел потребность использовать его. Любви он никогда не знал, женщины казались ему лживыми и эгоистичными. Сейчас, когда, казалось его, признал мир, он был на вершине блаженства. На него смотрели, им восхищались, это было то признание, о котором он мечтал всю жизнь. Известность и деньги сделали свое дело, Филипп выбрался из своей скорлупы, оставив в ней свою нищету и старую мачеху, из дома которой он ушел незамедлительно после получения гонорара за книгу. Отец к тому времени давно уже умер, и Филиппа больше ничего не держало в этом доме.

На одной из презентации книги к нему подошел молодой человек с широкой улыбкой на лице.

— Привет Филя! Подпишешь мне книгу? — он протянул книгу Филиппу для автографа.

— Мы знакомы? — спросил Филипп.

— Да, друг… быстро ты забыл друга детства. Я Вовка. Вовка Светлов. Помнишь меня? Детство…крыша… газировка… — молодой человек слегка прищурился.

Конечно же, Филипп помнил его. Они прожили в одном дворе много лет, в детстве они дружили, вместе ходили в школу, вместе бегали к Федору Николаевичу послушать интересные истории. Потом Вовка переехал с родителями жить в другой город, кажется, им тогда было лет по четырнадцать-пятнадцать.

— Почему на обложке нет имени Федора Николаевича? Это ведь его книга. Верно? — Вовка все так же смотрел, прищурившись, словно хотел понять, что-то очень важное. А может быть, даже понимал.

— Давай не будем это обсуждать здесь, — Филипп быстро подписал книгу и, захлопнув, передал ее Вовке, — у меня презентация, читатели… вечерком встретимся. Ты надолго здесь?

— Недели на две, приехал родственников навестить. Вечером в семь, в чайной у парка жду тебя.

Идти на встречу Филиппу не хотелось, но не встретиться с Вовкой он не мог. Его испугала мысль, что откроется правда об авторе книги, а этого он допустить никак не мог. Отсчитав довольно приличную сумму денег и положив ее в конверт, Филипп направился на встречу. Он сможет заставить молчать Вовку, вручив ему внушительную сумму денег. Родители Вовки никогда не были богатыми людьми, да и сам Вовка, судя по его внешнему виду, с тех самых пор не стал человеком состоятельным. Потертые джинсы, вытянутый свитер и стоптанные кроссовки говорили о размере его кошелька, или точнее о его отсутствии. Сделав такие выводы, Филипп направился на встречу, в надежде заплатить «другу детства» за молчание.

— Сколько ты хочешь? — сразу же спросил он Вовку.

— А кто тебе сказал, что мне нужны деньги? — Вовка улыбался.

— Тогда зачем ты пришел?

— Захотелось посмотреть в глаза человеку, который выкрал книгу.

— Я мог бы дать тебе деньги. Столько сколько нужно. Вот, возьми, — Филипп протянул конверт с деньгами.

— Филя, да как же не стыдно тебе…

— А мне не стыдно. Кто я был все эти годы? Неудачник. Книжный червь без прошлого и будущего. Да, я тщеславен и честолюбив, но без этого нельзя прожить в современном мире. Либо тебя съедят, либо ты съешь кого то. Старику не нужна ни слава, ни признание. Его книга пролежала бы в столе всю его жизнь, а после его смерти, скорей всего, родственники выбросили бы ее как ненужный хлам. Я же дал книге новую жизнь, я наделил ее именем, и подарил ей поклонников. Теперь она будет жить вечно. И имя мое будет жить вечно! — глаза Филиппа блестели безумным огнем.

Вовка закурил, и стал пускать кольца дыма в потолок. Выкурив сигарету, он опустил голову, и еще какое-то время смотрел на деньги. Он молчал, а Филипп все время ждал, когда же Вовка их возьмет. Вот тогда его душа восторжествует. Тогда они будут на равных, и смогут говорить на одном языке. Но Вовка отвел взгляд, и пронзительно стал смотреть в глаза Филиппу.

— Ты подарил ей жизнь, лишив ее родителя. Она, как беспризорник будет слоняться по свету, и никогда не обретет настоящее счастье. Счастье — дать признание своему автору. А ты, закончишь свои дни в тоске и одиночестве, ибо ты потерял не только честь и достоинство, ты потерял друга, которым я был для тебя все эти годы. А деньги, оставь себе. Возможно, я не настолько богат, как ты, но одно я знаю точно, душа моя не запятнана, помыслы мои чисты, у меня есть настоящие друзья, жена, дети. Жизнь моя проста и скромна, но в то же время удивительна и прекрасна, потому что я занимаюсь любимым делом, в отличие от тебя, укравшего дело всей жизни у другого человека. Прощай. И запомни, с этого дня я не подам тебе своей руки.

Филипп остался один, допив кофе, он вышел на улицу, и глубоко вдохнув свежего вечернего воздуха, медленно побрел домой. Мысли мелькали в голове одна за другой. Конечно же Вовка был прав, Филипп законченный негодяй и подлец. В одном лишь он оправдывал себя, он дал книге Федора Николаевича возможность быть прочитанной людьми. Сейчас он думал только об одном, лишь бы Вовка не придал это дело огласке. Если же Вовка это сделает, то жизнь Филиппа полетит в бездну.

Задребезжал телефон.

— Филипп, ты о чем думаешь? Где сценарий?

Филипп подписал контракт, по условиям которого он должен написать сценарий для нового фильма. В противном случае он вынужден будет заплатить неустойку, а это были деньги немалые. Денег у него осталось совсем немного. Разгульная жизнь, праздники и вечеринки хорошо потрепали его финансовые запасы. Ведь когда у человека бедного появляются большие деньги, он я не в состоянии справиться с ними, и тратит их без меры направо и налево, не думая о том, что они могут закончиться. Безденежье приносит человеку страдания, наличие же денег удовольствия, от которых порой невозможно отказаться. Окунувшись с головой в мир развлечений, пьянства и разврата Филипп не замечал, как утекают его деньги, словно вода сквозь пальцы. И если он не предоставит сценарий, ему придется очень худо. К тому же издатель ждал от него продолжения книги, и по условиям этого контракта он должен был ее уже написать. Времени на решение этой задачи оставалось совсем мало. Читатели требовали продолжения, и Филиппу во что бы то ни стало, нужно было издавать вторую часть книги, а написать ее он не мог. Оставалось единственное, найти Федора Николаевича, и уговорить его написать продолжение, а еще лучше взять продолжение, которое, скорее всего, было уже написано. Он не знал где искать старика, жив ли он вообще, ведь с момента последней их встречи прошло шесть лет, и старику тогда было семьдесят два года. Филипп решил, что он обязательно найдет его и уговорит его помочь ему.

После недолгих поисков Филипп пришел в дом Федора Николаевича. Дверь открыл мужчина, явно родственник старика, об этом говорили его большие карие глаза, и долгий пронзительный взгляд.

— Мне нужен Федор Николаевич, — спросил Филипп.

— Ты Филипп? Проходи, я узнал тебя.

Филипп вошел в квартиру, огляделся по сторонам, мужчина предложил сесть. Филипп присел в рядом стоящее кресло, в руках он держал конверт с деньгами. Сейчас эти деньги, как никогда обжигали его руки, и он совершенно не знал, куда его деть.

— Я Вадим, внук Федора Николаевича. Дед ждал тебя до последнего своего дня. Он так надеялся, что ты придешь к нему, и покаешься. Но, увы…Он умер, так и не увидев тебя.

— Федор Николаевич умер? Как? Когда?

— За всю свою долгую жизнь он не сделал плохо не одному человеку, он никого не обидел и не предал, — как будто не слыша Филиппа, продолжал Вадим, — Это был самый благороднейший из людей, с которыми я когда — либо встречался. И мне посчастливилось родиться его внуком. Потому что иметь такого деда, это великая честь. А ты предал его…Ты… Человек, которого дед всегда любил и уважал. Он писал свои книги специально для тебя. У меня только один вопрос — Зачем? Зачем ты украл ее?

— Я всегда любил ее. Я хотел ей обладать. Я хотел вдохнуть в нее жизнь. Что толку от шедевра, который пылится на полке? А сейчас её читают миллионы, она известна и популярна. Она приносит деньги, — Филипп протянул конверт. Вадим отодвинул конверт рукой. Сейчас в его взгляде было столько ненависти, что Филипп отвел глаза в сторону, и положил конверт на рядом стоящий стол.

— Она всегда принадлежала тебе. Ты мог бы ее просто попросить, и он отдал бы ее тебе, — сказал он.

— Но что плохого в том, что я дал ей жизнь? Старик никогда бы не издал ее…