Чтение онлайн

– Твоему папе и Фетиде было вчера скучно, они развлеклись на свой лад....они забыли про топор, не хочу чтоб кто то его увидел и подумал невесть что. – мысли мамы как всегда путались, я поняла, что она немного уже поддала.

– Как они развлекались с топором? – спросила я тупо. У меня были плохие предчувствия.

– Спроси сама у папы. – с этими словами мама спокойно ушла, усмехнувшись и закатив глаза. – Кстати, я связала тот топ, о котором ты меня просила. – на этот раз мама искренне улыбалась, как улыбаются матери дочерям.

– О боже! Так давай же его! – я была на седьмом небе от счастья, несколько недель назад я смотрела концерт своей любимой певицы. И на ней был шикарный топ до пупка с огромными воланами. Тогда мои глаза заблестели так, что мама заметила это и предложила связать такой крючком. От этой мысли я пришла в восторг.

И сейчас она показала его, и этот вариант из легкой пряжи насыщенного темно- синего цвета, который к тому же переливался, был лучше оригинала по телевизору. Я тут примерила его, оглянувшись вокруг. На мне он сидел прекрасно, он облегал мою плоскую грудь, но прекрасно подчеркивал мой идеальный пресс. Но он не был вульгарным из-за широких рукавов-воланов. И в тот момент, когда я восхищенно крутилась перед зеркалом под счастливым взглядом матери, зашел разраженный отец. Увидев меня, он встал, как вкопанный, мы обе видели как быстро его взгляд наполнился агрессией. Я по-детски поежилась, пытался руками спрятать голый живот.

– Это что за тряпка на тебе? – пастор был вне себя от ярости, когда уже пришел, и сейчас пытался сорвать злость.

– Я связала. – начала мама спокойно.

– А как тебе идея, взять материала с рукавов и прикрыть срам этой малолетней потаскухи? – при этом он гневно смотрел на меня, я начинала плакать. – Может ты ее сразу и трахаться научишь, раз уж делаешь такой же проституткой? – вопрос был риторическим, поэтому никто не ответил.

– Что б я не видел этот срам. – с этими словами отец отстал от нас.

Конечно же я сняла этот топ и просто вертела его в руках, уже не зная, как найти ему применение. Мама ушла сразу после этой перепалки с отцом, так что я просто убрала подальше эту почти реальную мечту.

К вечеру дело о девушки расследовали серьезные люди из столицы, которые были серьезны настолько, что только гвоздями не срали. Это была молодая девушка, которую сразу не смогли опознать, так как часть лица была в неважном состоянии. Фактом был также половой акт без насилия. Моего отца часто вызывали на допросы, ведь произошло это возле церкви. И с ним далеко не церемонились, как оказалось, столичные копы не особо верили в непогрешимость святых отцов. Ха, ну прям как в воду глядели, но подозревали они не о том.

Деревушка прямо гудела от сплетен. Все как один твердили, что девушка была на неудачном свидании, и этим поучали молодежь. Еще одна чудовищная история, которую будут рассказывать своим дочерям, ожидая от них благопристойности.

На улице среди ночи мы решили не встречаться с Эриком в виду с последними событиями, поэтому мы торчали у него дома, в принципе как и раньше. Все началось с того, что я проведывала его бабушку, у которой были серьезные проблемы с памятью и не особо серьезные с реальностью. В остальном она была полностью в порядке, но забывала принимать лекарства, какой сегодня день, и прочие мелочи. Так как я была дочерью пастора, забота о ближних был мой долг, да и мне не было это трудно. Пару раз в день я заходила просто посидеть, попить чаю с Мартой, ну и сразу же у нас завязалась дружба с Эриком, я даже не помню точно этот момент, так давно и непринужденно это было.

Эрик был симпатичным, но особо не выделяющимся парнем, как и многие в нашем городке. Он был высоким, немного выше чем я, на пол головы, а это уже что то для меня, крепкая фигура, которую я заметила позднее, чем другие девушки в округе. Голубые глаза, светлые русые волосы и чувственные губы (ну это мое наблюдение). В общем несмотря на обычную внешность, он все же был милым и симпатичным для всех, так как он был обычным что ли. В основном у нас в городе были парни, которые строили из себя ганстеров с ранних лет, но на деле были деревенщины. Эрик не был таким хотя бы потому что если и не старался быть другом для всех, но был как минимум хороший знакомый. Как говорят у нас – ровный пацан (меня аж передергивает). НУ и впоследствии всего этого – все хотят с ним дружить, но а девушки встречаться, но последние скорее всего, от того как Эрик возмужал. Не вешались на него лишь потому, что он был более скромен, или скорее более скрытен. До наших страстей я знала лишь об одной его девушки, да и то лишь от нее, ведь это была моя лучшая подруга (знаю, клише), а не от него, а ведь он мой лучший друг, и говоря о нем, я не вру, в отличии о той подружайке.

Тот период был сложным для меня, не потому что я ревновала его, я тогда еще не созрела, чтоб взглянуть на него по- другому. Ревновала Хейли его ко мне. Я то и рада наплевать на это все, но Эрик был другим в то время. Он не был подкаблучником, но наше общение уже смахивало на одностороннюю игру, где навязывалась я. Я не столь непринужденна, чтоб не обращать на это внимание, поэтому я отдалилась от этой всей темы. Своему другу я желала счастья, не с Хейли, конечно, но меня это и не касалось. И не смотря на мое жертвование, Хейли тоже избегала меня, думаю, она боялась моего влияния или моей зависти, это я уже не спрашивала, хотя я чувствовала себя одинокой и всеми покинутой. Общаться со мной она начала через пару месяцев, когда начала во всю изменять Эрику, и ей не терпелось с кем-нибудь этим поделиться. Почему со мной? Да потому что все обожали Эрика, и настучали бы ему. Наши же отношения с Эриком были самими прохладными, поэтому Хейли логично решила, что я подходящий слушатель для ее веселеньких рассказов.

– Эрик явился ко мне через пятнадцать минут, как уехал Рик. – рассказывала Хейли смеясь. Ее глаза возбужденно горели. – Эрик целовал меня, и я видела по лицу, что он чувствует запах другого парня на мне.

– Ну а ты прикинулась овечкой? – я уже знала тактику своей подруги, которой та пользовалась по отношению ко всем своим ухажерам.

Их была куча. И многие из них думали, что эти отношения – начало чего – то большого. Хейли была не только красоткой, но и очень хитрой. Глядя на ее белозубую улыбку, зеленые раскосые глаза я видела хищницу, скорее змею. Ей доставляло удовольствие обманывать парней, то есть эти измены и ее похождения были лишь удовлетворением собственного эго, вот что я считала глупым в ней.

Что касаемо Эрика, я не знаю по сей день, как он относился к ней в начале своих отношений с ней, но не думаю, что он считал ее будущей матерью своих детей. Он легко отнесся к ее изменам. Да, правда все же дошла до него, он не сказал ей ни слова.

– Он не любит меня. – плакалась мне Хейли. – И мне кажется, не любил вовсе.

– Да забей, ты тоже его не любила – я еще пыталась ее как то утешить

– Я любила его, в том и дело. – Взглянув в глаза Хейли, я видела, что она говорит правду, или она так думала. Сомневаюсь, что так можно любить. – Я бы не стала вставать между вами, если он был всего лишь развлечением для меня. Годами я смотрела как вы заигрываете друг с другом, думаешь мне легко было принять решение выбрать его.

– Как же тогда толпа других ухажеров? – Я задала логичный вопрос, хотя мне было наплевать и я вспоминала то время, когда была байкотирована своими друзьями из-за этих гребанных возлюбленных, которые решили, что я посягаю на их счастье.

– Пока я не замужем. – только и сказала Хейли. – Ты не представляешь, что начнется после замужества. Столько красоток становятся деревенскими бочками не просто так. Замужество отнимает всю прелесть юных дев, во сколько бы ты не вышла замуж.

Я поняла ее логику, и торжествовала молча. Я была рада ее неудачи, считала, что подделом сучке. И Эрику тоже – за то, что слушает баб всяких.

Мы не разговаривали с Эриком еще месяц после этого, только потому что отвыкли друг от друга, я заходила к Марте проведать ее, но Эрик был обычно где то, а если и дома, то я не обращала на него внимая. Я не была зла на него, но все было не так, и он стал другим, даже внешне. Такой возраст.

На улице среди компании друзей мы лишь шутили как обычно, наши пререкания уже было нормой, раньше лишь это было основой нашей дружбы, но сейчас это было ничего. Мы отшучивались друг с другом , и это оставалось лишь шуткой.