Чтение онлайн

Я сидел в это время на полу, слушал во все два уха. Укротитель не обратил на неё внимания:

– Может быть, придет время, – он помрачнел, – и мы с тобой, Борис, найдем эту лесную крепость.

В тот самый момент, когда он это сказал, за окном, в густой темноте, что-то заныло. Тамаз бросил:

– Ветер, наверное.

Но бабуля напряглась, прислушалась и тихо сказала:

– Нет, не ветер это. Точно вам говорю. Тайга рядом. Из нее в деревню иногда приходят звери.

Тут Тамаз и сам напрягся:

– Осень уже, они прячутся.

Бабуля кивнула, подошла к окну, всмотрелась и сказала негромко:

– Темнота, хоть глаз коли. Во время бескормицы звери запросто могут начать охотиться на людей или скот.

Странный звук в это время нарастал. Стало понятно, что он идет от будки с псом по кличке Узнай. Узнай сидит во дворе на цепи. Слышно, что это он издает звуки, но и не лает, и не воет…

Тамаз накинул телогрейку. Бабуля всплеснула руками:

– Куда? Я тебе говорю, дурья голова, зверь это!

– А ты мне, бабуль, чего, прикажешь сидеть и слушать, как твоего пса там этот зверь ест? Я побежал следом за Тамазом.

Мы выглянули на улицу. У окна в кухню стояла будка, напротив которой сидел худой белый тигр. Узная видно не было. Он забился в ту самую будку. Тигр хотел вытащить пса, но морда к нему в укрытие не пролезала. Лапами пса он тоже не мог достать, Узнай огрызался. Вдруг тигр начал когтями ухватывать цепь и за неё пытался вытянуть пса из будки. Узнай вылезать не хотел, упирался и звал на помощь.

Тамаз весь напрягся, как тогда в цирке. Вышел к тигру. Бабуля тут же затащила меня в дом. Остальное я уже пытался рассмотреть в окно. Тигр, увидев человека, переметнулся на него. Тамаз сгруппировался, поймал взгляд тигра и, пока тот мчался к нему, подпрыгнул. Тигр оказался точно под ним. В прыжке Тамаз схватился за загривок зверя. Тигр стал отбиваться, но недолго. Тамаз не растерялся, обхватил голову зверя руками, прошептал что-то, надавил и отпустил. После этого произошло чудо. Тигр замедлился, а потом и вовсе успокоился. Тамаз больше к нему не притронулся, еще раз шепнул что-то на ухо, и тот отправился огородами в тайгу, чуть покачиваясь. Тут выскочила бабуля. Узнай выполз из будки на трясущихся лапах.

– Шаман! Пес век теперь благодарен будет, – сказала бабуля, кивая на пса. Тамаз потрепал его по шерстке и отправился в дом. Мы с бабушкой поспешили за ним.

Утром следующего дня Тамаз снова ушел в Тайгу. К обеду вернулся взволнованным. Подошел к бабушке, обхватил ладонями её сморщенное лицо и закричал:

– Змея нашей общины на месте! Я должен отправиться к ней, но только положено при свидетелях! Баб Мань, ты должна помочь.

Бабуля уронила ложку, которой помешивала суп.

– Стара уж я для таких выкрутасов.

– Тряхни стариной – пойдём, – отмахнулся Тамаз.

– Чего тебе так приперло-то? – Бабуля сложила сухие губы трубочкой.

Я навострил уши.

– Тоже попробовать хочу, как брат мой, Ерлан, – ответил Тамаз.

– Тамаз, – бабуля постучала своими длинными ногтями ему по лбу, – ты тогда, в молодости, чудом отвертелся от той поездки к змее. Она ж всех покусала. Домой-то никто не вернулся, а сейчас тебе это зачем? Жизнь не мила?

Тамаз вздохнул.

– Должен. Без гадюки не получится крепость найти. Несмотря на то, что бабуля противилась встрече

со змеей, Тамаз уговорил её пойти посмотреть на неё хоть издалека, поэтому на следующее утро мы отправились в соседнюю деревню на юго-западе от потухшего вулкана. Весь путь мы прошли, весело болтая. Бабуля сетовала

на непогоду, Тамаз рассказал, что вчера видел целое стадо горных козлов. Я решил все же узнать про змею, к которой мы идем. Тамаз улыбнулся:

– Это одно из испытаний для шаманов. Гадюка с ядовитым жалом, которая может убить и съесть лошадь, для нас священна. Считается, что если ты решился подойти вплотную к змее и она тебя не укусила, то ты достоин быть сыном Тайги, а если не отважился, то не достоин.

– А, получается, были те, кто подходили и змея их кусала?

Бабуля горестно вздохнула.

– Конечно. Она переубивала сотню людей, ежели не больше.

Я посмотрел на бабушку серьезно.

– А ты подходила к змее?

– Нет, Боря, у меня кишка тонка. Какой из меня шаман? – она хмыкнула.

Тем временем мы подошли к опустевшей деревне, где на окнах сидели пауки, а из-под забытых тазов выглядывали большие черные мыши. Тамаз с бабушкой притихли. К вулкану дошли уже в полной тишине. За два метра до скалы бабушка остановилась:

– Все, дальше ты пойдешь один, – кротко сказала она Тамазу.

Он молча кивнул. Его глаза стали холодными и отчужденными. Он шел медленно. Его ноги подкашивались. Бабушка крепко держала меня за руку, но я еле удерживался на месте, чтобы не сорваться к Тамазу. Страх и нервы щекотали мне нёбо и язык. Я без конца сглатывал. Наконец, любопытство пересилило. Я вырвал свою руку из бабушкиной и помчался к Тамазу, который уже стоял у скалы.

– Борька, ах ты засранец! – крикнула бабуля срывающимся голосом.

На её крик из небольшой пещеры выскользнула огромная змея. Я посмотрел на Тамаза. Тот побелел, расставил пошире ноги. Приготовился к удару. Я уже был готов наблюдать за схваткой, но змея неожиданно устремилась ко мне. Бабушка снова закричала. Тон её голоса стал отчаянным:

– Боря, Боренька-а-а! Хоспади, ну за что мне это?

Я не ожидал этого. Тамаз, видимо, тоже. У него не было оружия, чтобы убить её. Он попытался прыгать, кричать, чтобы гадюка переметнулась на него, но все было напрасно. Её добычей должен был стать я. Змея свернулась в кольцо у моих ног, отвела назад голову, чтобы ударить. Я неподвижно наблюдал за её жуткими приготовлениями, но неожиданно мне почудилось, что её голова – это футбольный мяч. Только сейчас важно его не отбить, а наоборот, пропустить в сетку. Я присел и развернул колени так, чтобы удар змеи пришелся в аккурат мимо щиколоток. Змея резко метнулась именно туда, куда я планировал. Затем я резко перевернулся и прогнулся спиной. Она снова скользнула мимо. Так продолжалось вновь и вновь. Я был сосредоточен только на голове змеи, которую представлял мячом. Думаю, со стороны казалось, что мы с ней танцуем. То я подгибал колени, то снова выпрямлялся. Моя одежда покрылась следами темно-желтого, почти черного яда, но на мне не оказалось ни одной царапины. Когда же змея опустила голову, краем глаза я увидел, что Тамаз осторожно идет к ней. Змея не дрогнула. Он церемонно поклонился. Я же не двигался с места. Змея прижала голову к земле и медленно скользнула обратно в свою пещеру. Тогда я обернулся и увидел свою бледную как смерть бабулю. Она замерла. Тамаз подошел ко мне, оглядел меня с головы до ног:

– Прошёл.

Голос его был сникшим. Я опустил глаза, но совесть меня не мучила. Я чувствовал себя победителем.

– Не хотел, – коротко ответил я. Тамаз усмехнулся.

– Хотел, как же не хотел? Смотри, какой отважный? Или, наоборот, глупый?

Я набрал в грудь воздуха, чтобы воспротивиться, но не успел. Тамаз продолжил:

– Не знаю, где ты этому научился, но это было мастерски. Никто ещё так не смог. А теперь пойдем домой.

Бабушка же не сказала ни одного слова за весь оставшийся день. Всю ночь молилась.