Чтение онлайн

Этот конфликт ожидания и суровой действительности может стать серьезным шоком для девушки решившей идти по этому пути.

Домой я попала на закате.

Сегодняшний день вымотал, выпил все соки. Подсознание то и дело показывало происходящее с Еленой, усиление связи происходило без моего желания. Я была слишком уставшей и расстроенной, чтобы как следует контролировать связь.

Зеркало на дверце шкафа безжалостно отразило растрепавшиеся волосы, впавшие щеки и синяки под глазами совершенно не идущие к голубому цвету радужки. Я поворошила волосы, разглядывая отросшие корни, где уже проступил мой натуральный, пепельно-русый цвет. Хорошо бы сходить к мастеру, подстричься и снова стать приятной глазу шатенкой. И не мешало, бы набрать пару килограммов – здорово конечно, мой зад подтянут, а ноги стройны, но к чему это если грудь исчезает как снег под лучами солнца?

Стащив туфли, я бессильно привалилась спиной к двери. Как все же прекрасно вернуться домой, принять душ, поужинать. А после сесть у окна и потягивая бокальчик бургундского смотреть на засыпающий город, темнеющее небо и спешащих прохожих.

Несчастные заслоняются от стихии воротниками и зонтиками, хлюпают по лужам, догоняют автобусы, и все это не выпуская из рук телефонов. Женщины чередуют звонки шефу и подчиненным с сообщениями мужьям и детям, героически втискиваются в переполненные маршрутки, отпихивая локтями пенсионеров и школьников: желание добраться, поскорее домой пересиливает воспитание. Какое уж там добронравие, когда за шиворот льется и в сапогах хлюпает. Особенно дерзким достается зонтиком в бок, после чего ошарашенную жертву быстро оттесняют в конец очереди.

Под внешней цивилизованностью и лощеностью, в людях все еще живут первобытные инстинкты. Маломальское потрясение, слух о нехватке продуктов и эвакуации, и человек отбросит личину добропорядочного гражданина, достанет из тайника ружье и пойдет грабить ближайший супермаркет. Пирамида Маслоу в действии: сначала поесть и обезопасить себя, а потом размышлять духовном и реализовать себя, борясь за власть в стае.

Если на земле наступит зомби апокалипсис, то большую, еще здоровую часть людей убьют те, у кого будет оружие – просто чтобы не дать врагу шанса пополнить армию. Мне кажется, выбирая с кем столкнуться в темном переулке – с зомби, или с озлобленным служащим, я бы, пожалуй, выбрала зомби. От него хоть знаешь чего ожидать. Бедняге всего-то нужен кусочек теплой сочной плоти. Мозги или жизнь! Вероятно, кое-кто из моих знакомых сталкивались с зомби, и выбрали жизнь. Тогда становится ясно, почему они ведут себя как идиоты.

К счастью все эти страшилке об апокалипсисе только страшилки. Да и зомби в том виде, в котором они предстают перед нами в кино тоже. Даже «ходоки» – зараженные сильными неуспокоенными душами трупы, – встречаются раз в несколько десятков, а то и сотен лет. Нужна колоссальная сила души и «якорь», незаконченное, очень важное для умершего человека дело, чтобы он не ушел в яркий свет, а стал гулять по городу и посасывать жизненные силы живых.

В наших архивах есть упоминания только о трех подобных случаях (и это за тысячу лет!), причем два ходока вернулись на тот свет сами: тело быстро себя исчерпало, а заселиться в новое у души уже не было сил.

Я прошла в зал, недовольно морщась: сегодня квартира встретила меня прохладой и тишиной. Отопление грело слабовато, и я потратила несколько минут пытаясь настроить древний кондиционер на обогрев. За стеной ритмично поскрипывала кровать – соседи предавались радостям вечернего секса.

Иногда я завидовала их предсказуемому существованию, иногда искренне недоумевала, как можно жить, зная наперед, что ждет тебя завтра. Что ты съешь на обед послезавтра и куда поедешь отдыхать летом. Сколько будет детей, и как ты их назовешь. Я знала, что по окончанию процесса девушка отправиться варить кофе, а утром подаст на завтрак гренки. Можно многое узнать, когда нюх лучше человеческого. Похоже, мой нюх годится только для мелкого бытового шпионажа, в поисках убийцы от него никакого толку.

После душа я подкрепилась овсянкой и залезла в пахнущие фиалками мягкие недра кровати. Уединенный и свободный образ жизни позволил мне в однокомнатной квартире поставить не раскладной диван (в расчете на прием гостей), а большую, сделанную на заказ кровать с ажурной кованой спинкой. Ее приобретение проело в моем кошельке дыру размером с Антарктиду, но я, ни капельки в этом не раскаивалась.

Отключив телефон, я попыталась заснуть, но сон как назло не шел. Теснились в голове мысли, мешал шум за стеной и за окном. Страшил предстоящий семейный обед. Не радовал выпрошенный у шефа отгул – я обещала издохнуть прямо на ступеньках, если он не даст мне эту ночь. Нужно выспаться и морально подготовиться к встрече с родственниками. Хоть я бы с большим удовольствием свела подготовку до визита в оружейный магазин или покупке яда. Да, скоропостижная кончина некоторых родственников сильно упростит мне жизнь.

Я перевернулась на другой бок, подумав, что при всех недостатках моя семья лучше, чем могла быть. У первой жертвы с красивым именем Александра, семья настолько отличалась от ожидаемой, что у меня был шок. Даже мертвой девушка была такой светлой, чистой, такой… незапятнанной, а оказалось, ее детство и юность прошли в самом бедном районе города, среди нищеты, болезней и алкоголиков. И реальность была хуже, чем я готова была видеть.

Сегодня, просматривая дела погибших в архиве, я решила рискнуть и опросить их семьи лично. Жертв объединяет смерть, но у них должно быть еще что-то. Ведь выбрал же их убийца из миллионов других людей. Не исключено что мои осторожничающие коллеги пропустили важную деталь.

Дом, в котором обитала сестра Александры и ее мать, находился на отшибе, в неблагополучном районе с узенькими улицами и шныряющими по ним ватагам беспризорников. Единственными достопримечательностями был дешевый бордель с потасканными «жрицами любви» и притон наркоманов, котором кокаиновая гонка продолжалась, пока не кончится порошок или кто-то не отправится в объятия ангелов от передозировки. Унылое место, в котором даже кровосос не будет искать жертву.

Пришлось долго стучать в обшарпанную дверь, пока ее не открыла заспанная женщина неопределенного возраста. Светлые сальные пряди, застиранная одежда на несколько размеров больше нужного. Выглядывающие из-под нее конечности: болезненно тонкие, расцвеченные кровоподтеками и синяками всех оттенков – от грязно-желтых до густо-фиолетовых. Сильный запах перегара и застарелого пота.

Кожа головы под париком мучительно засвербела, и я с трудом подавила желание почесать ее. Наша работа незаконна, потому приходится менять внешность и пользоваться поддельными документами.

Я представилась фальшивым именем, показала удостоверение частного детектива.

– Мне нужно задать вам несколько вопросов. Ваша сестра…

– А мне нужна сотка на опохмел, – женщина собралась захлопнуть дверь. – Ходили уже здесь, вынюхивали. Мне от этого толку никакого, так что убирайся пока мой мужик не приперся – он когда пьяный готов любую сучку натянуть хочет она того или нет.

Я достала из кармана сотку, женщина тут же ловко выхватила ее и, спрятав в необъятное декольте, пустила меня в квартиру. Внутри остро пахло нечистотами, сыростью и кошками, слышался монотонный звук капающих капель. Пространство загромождала старая, разномастная мебель, открытые участки обоев имели неприятный бурый цвет с разводами – по-видимому, остатками узора.

– Расскажите о вашей сестре, – я устроилась на краешке самого чистого стула.

– А чего говорить-то? Была да померла, – женщина достала из пачки последнюю сигарету без фильтра и закурила, наполнив маленькую кухню вонючим запахом дешевого, царапающего горло табака. – Вся такая образованная была, все крутила носом и думала, раз носит дорогие шмотки ей все можно. Вот и довертелась.

– У нее были враги? Кто-то хотел ее смерти?

– Черт ее знает. Был у нее хахаль из богатеньких, но он смылся, когда узнал, откуда его краля. Может она залетела и хотела, чтобы он ей колечко подарил?

Этот вариант никуда не годился – мы, и люди не можем скрещиваться. Так что «хахаля» можно даже не проверять.

– Что она любила? Чем занималась?

– Деньги, – без колебаний ответила женщина. – Сашка только вид делала, что добренькая и жалостливая, сирым и убогим помогает. Я ей так и сказала: даешь так давай, но сучью морду кривить не надо. Деньжата нам нужны – мамка вон обезножила три года назад. Все это проклятое дешевое пойло. Будь монеты на нормальное, может и ничего, поползала бы еще десяток-другой. А она все: люди, люди… Я так разумею: только семье есть до тебя дело, остальным нужны только бабки.