Чтение онлайн

– Ладно, – смилостивилась я, – ничего не обещаю, но постараюсь!

На улице я перевела дух и, отъехав подальше от «Красного башмачка», стала искать место, где можно спокойно посидеть и подумать. На глаза попался плакат с гигантским зеленым кенгуру «Рамстор». Просто замечательно. Там целая куча кафе и есть охраняемая стоянка.

Заставив поднос лоточками с салатами, я устроилась в кафе «Сбарро». Похоже, Шлюз ни при чем. Мужик в самом деле хотел узнать, где прячется Полина, даже перевел на мой счет несуразно большую сумму, а известие о смерти девушки ошеломило его. Скорей всего Поля и впрямь понравилась Шлюзу, если он даже решил отомстить за ее смерть! Подобное желание со стороны Кочергина говорит о серьезных чувствах, почти любви. Да уж, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь! Полина, мечтавшая подыскать себе богатую партию, совершенно не приняла Кочергина в расчет, обокрала его… Ну кто бы мог подумать, что Шлюз придет в восторг от такого поведения и решит предложить девушке руку, сердце и кошелек?

Я отставила недоеденный салат. Интересно, куда подевались триста тысяч? Пару минут я сидела спокойно, потом подскочила на стуле. Деньги! Вот зачем девчонку поволокло в институт. Сначала жила целую неделю у нас, пряталась, а потом решила передать их своему мужу, ну тому, Бонифацию, отправлявшему жену на панель… Впрочем, нет, глупо. Скорей всего они встретились в другом месте. Тоже не получается! Девчонка уехала от Шлюза рано утром и явилась к нам с тремя сотнями тысяч долларов в кармане! Хотя… Она появилась в Ложкине около трех. От неожиданно пришедшей в голову мысли мне стало жарко. Боже, какая я дура! Все очень просто. В этой истории возможно только два варианта. Либо муж Полины перехватил ее по дороге и забрал денежки, либо Поля спрятала доллары. Где? И как найти этого мужа, если я не знаю ни имени парня, ни его фамилии. Нет, имечко-то как раз известно, только толку? Бонифаций! Да не правда это! Небось кличка!

Чувствуя полную безнадежность, я поковыряла салат, потом посмотрела на часы: семь! В голове начал оформляться смутный план. Решительно отодвинув поднос, я спустилась вниз, села в машину и покатила в институт, где училась Полина.

Несмотря на довольно позднее для учебы время, в коридорах клубился народ. Шли занятия у вечерников. Никакой охраны у входа не было, и я беспрепятственно прошла внутрь. Да сюда можно протащить что угодно, никто и не чихнет! В задумчивости я пошаталась по помещению. Дурацкая идея пришла мне в голову, но проверить ее стоит. Так, отметем сразу такие места, куда Полине не было доступа. Вряд ли она пыталась спрятать сумку или пакет с банкнотами в столовой. Там слишком много людей, и потом предприятие общественного питания тщательно убирают в конце рабочего дня. Маловероятно нахождение «клада» в библиотеке и медпункте. Ректорат, учебная часть, комнаты, где находятся кафедры, тоже отметаются. И что у нас остается? Аудитории, туалеты, коридоры… Я побродила по классным комнатам. Выглядели они словно близнецы. На одной стене доска, рядом стол для преподавателя и ряды мест, предназначенные студентам. Здание было недавно отремонтировано, в столах отсутствовали ящики, никаких стенных шкафов, а батареи представляли собой узенькую крохотную «гармошку», тесно прилепленную к стене, туда ничего не засунуть. Нет, не прятала она деньги, отдала их муженьку!

Теряя всякую надежду, я посетила местный сортир для дам и горестно вздохнула, кругом кафель и блестящие никелированные краны. Понимая, что скорей всего ничего не найду, я поднялась сначала на чердак, но вход в него оказался заперт, а на железной двери висело объявление «В случае необходимости обращаться к проректору по АХО». Такое же дацзыбао украшало и железную дверь, ведущую в подвал. Следовало признать, что в институте царил феноменальный порядок, наверное, ректор каждый день бьет кнутом своих подчиненных, потому что от профессуры и научных сотрудников добром ничего добиться нельзя. По себе знаю. В мою бытность преподавателем нас довольно долго уговаривали не курить в туалетах.

– Сделайте одолжение, – клянчил завхоз, – ну нельзя, идите на первый этаж, там специально курилку оборудовали.

Но всем было лень бегать по бесконечным лестничным маршам, и на мольбы завхоза никто не обращал внимания. Все кончилось разом, как сейчас помню, в апреле. Я неожиданно получила зарплату меньше. Не восемьдесят, как рассчитывала, а шестьдесят. Такая же история произошла еще с некоторыми сотрудниками. Разъяренные, мы явились в ректорат, где нам спокойно объяснили: всех курильщиков оштрафовали. Если будем продолжать дымить в туалетах, то в следующую выплату получим еще меньше, штраф прогрессирующий, к тому же ректор решил применить и принцип круговой поруки. Если в туалетах найдут хоть один окурок, то накажут всех курильщиков, всех поголовно! Стоит ли говорить, что после такого поворота событий преподаватели переместились в курилку, а студентам было категорически объявлено: «Если увидим кого с сигаретой на этаже, можете не рассчитывать на получение зачетов».

– Вы ксерокс ищете? – раздался за спиной тоненький голосок.

– Что? – не поняла.

– Хотите сделать ксерокопию? – повторила прехорошенькая девочка в кожаных брючках. – Так не старайтесь, Ромы нет.

И она ткнула рукой в деревянную дверь, находившуюся возле входа в подвал. Я подняла глаза и прочитала: «Время работы с десяти до трех, одна страница А4 50 копеек, тетради дешевле».

– Кто такой Рома? – машинально поинтересовалась я.

– А я вас знаю, – неожиданно сказала девушка, – вы тетя Полины Железновой, на такой красивой машине ездите. Ой, бедная Поля, вот жуть-то!

– Вы знакомы с Железновой?

– Конечно, – улыбнулась девочка, – в одну группу ходили, в тот день, когда у Полины машина сгорела, вы здесь были, я очень хорошо помню. Очень мне Полину жаль, так страшно, так страшно! Взяли и убили!

– Как вас зовут?

– Люся.

– Почему же, Люсенька, вы решили, будто Полю лишили жизни насильно? Произошла авария, она въехала в столб.

Люся покачала головой:

– Что-то мне с трудом в такое верится. С чего бы ей в тумбу вламываться? Она не пила, ездила аккуратно. Мы разок вместе отправились на дачу. Я, Полина, Ленка и Соня. Так девчонки ее начали подначивать: езжай быстрее, чего, как черепаха, ползешь. Только Поля ответила:

– Здесь знак ограничения скорости, 40 километров.

– Так нет никого вокруг, – заржали студентки, – ни людей, ни милиционеров, жми на газ.

– Нет, – возразила Железнова, – правила следует соблюдать, они придуманы для нашей же безопас-ности.

– Девчонки над ней потешались, – объясняла Люся, – только Полина не реагировала и скорости не прибавила. Вот поэтому мне и сомнительно, что она неслась как угорелая. Нет, убили ее. Сначала хотели в машине подорвать, а когда не получилось…

– Погоди, погоди, – я решила выведать у Люси все, что та знала, – какой взрыв? Мне сказали, проводку в «Жигулях» замкнуло!

– Ой, – усмехнулась студентка, – тут милиции понаехало! Всех по сто раз опросили. Кто чего видел, кто чего слышал! Зачем так стараться, ежели дело в простой неисправности? И Роман пропал!

– Это кто?

– Рома Саблин, – пояснила Люся, – он на вечернем учится, а днем тут сидит, ксерокопии всем делает.

– Ну и при чем здесь Поля? Может, ваш Роман заболел!

Люся покачала головой:

– Не-а, думаю, дело нечисто.

– Да почему?

– Во-первых, Ромки дома нет, мы с ним живем рядом, я наведалась, а во-вторых, у него с Полей амур был, только они его от всех скрывали.

– Любовь? У Железновой с Саблиным был роман?

Люся дернула плечиком:

– Мне Ромка нравился…

Только Саблин делал вид, что не понимает, отчего Люсенька без конца бегает к нему с тетрадками, без всяких эмоций делал копию и получал деньги. Люся очень хорошенькая, большинство парней с удовольствием бы провели с ней время, но противный Роман оставался к ней равнодушен, и Люсеньку заело. Такое поведение юноши можно было объяснить только одним: у него есть другая. Люся решила выследить соперницу. Рано или поздно любовница Романа должна была объявиться, потому что Саблин проводил в институте все время: утром работал, а вечером учился. Люсенька старательно приглядывала за объектом, но ничего криминального не замечала. Она уже подумывала бросить неблагодарное занятие, но тут однажды, совершенно случайно, пробегая мимо двери «ксероксной», она увидела странную сцену. Приоткрыв створку, туда, озираясь, юркнула Полина Железнова. Ничего особенного в этом не было, к Саблину постоянно забегал кто-нибудь из студентов, но Люсе очень не понравилось, как Поля нервно оглядывалась.

Поколебавшись минуту, Люся вытащила из сумки тетрадь с конспектами и попыталась войти к Роману. Не тут-то было. Дверь оказалась заперта. Девушка дергала ручку, стучала, но изнутри не доносилось ни звука. Следовало уйти, но Люсенька была упорной, она колотилась в дверь до тех пор, пока Саблин не высунулся наружу.

– Чего тебе? – недовольно буркнул он. – Не видишь, закрыто!

– Тетрадочку отксерить, – заныла Люся.

– Приходи завтра.

– Ну, Рома, пожалуйста, жутко надо!