Чтение онлайн

Воздушная гавань состояла из нескольких десятков пристань, которые были соединены между общим деревянным настилом. Сорок лет назад, еще при освоении острова, строители столкнулись с проблемой при переброске наверх тысяч тонн грузов и строительных материалов. Из-за того что верхняя часть воздушной скалы закруглялась под небольшим углом и остров по своей форме напоминал хрустальный бокал вина, у них отсутствовала возможность построить прямые подъемные краны. Канаты быстро перетирались о скальные породы острова, а ценные грузы сильно портились при волоке.

Строители нашли единственный выход из сложившейся ситуации - построить воздушные гавани, что будут выступать за пределы острова. Вначале были возведены опоры и вбиты сваи, затем рабочие расстелили общий деревянный настил, состоящий из огромных бревен, которые намертво стянули между собой стальными скобами. Возле кромки воздушной гавани, для комфортного и быстрого подъема людей и полезных грузов, поставили сотни больших и малых кранов, кабестанов и лебедок. Их приводили в движение специальные рабочие - докеры и вьючные животные. Всю эту конструкцию удерживали от падения четыре высоких, двадцати метровых пилона, к которым от края и центра настила тянулись натянутые стальные цепи.

По аналогии с воздушной гаванью, на которую прибыли молодые люди, на другом конце острова была возведена её южная сестра близнец. Почти лишенные декора гавани, за счет своей массивности и выразительной архитектоники создавали у посетителей ощущение прочности и надежности.

Как только рабочие причала открыли навесные замки клети, офицер первым покинул её. Вслед за ним на выход потянулись мальчишки и солдаты. Подбитые каблуки их сапог глухо стучали по намокшему от дождя деревянному настилу пристани, оставляя за собой мелкие царапины.

– Хирний! Смотри, какие черные наглые! Закон им не писан. Они только для нас придумывают новую блажь! Т-фу!
– сплюнув вслед проходящей мимо процессии гвардейцев, сказал один гарпунщик другому.

Потратив значительные средства на строительство Небограда, князь Домината озаботился временем службы деревянных мостовых. Им был издан запрет на металлические набойки каблуков. За их установление налагались штрафы, а за продажу - конфискация имущества и каторга. Но гарпунщики были правы и гвардейцам действительно было наплевать на подобного рода запреты. Они были не готовы отказаться от подобного удобства в угоду сохранности какого-то пола.

Сделав буквально несколько шагов от поднявшего их клеть крана, ребята очутились в настоящем человеческом муравейнике. Деятельная суета - так двумя словами можно было описать то, что творилось вокруг.

Оставив за своей спиной выстроившиеся по кромке гавани ряды разношерстных кранов, офицер повел свой небольшой отряд к выходу. На общей площадке, что соединяла воедино все пирсы и которую рабочие условно прозвали набережной, было довольно многолюдно. Покинувшие соседние пассажирские клети пассажиры, деловито сновали из стороны в сторону, разбегаясь по своим делам. То и дело приходилось уступать место доверху набитым товарами повозкам, спешащим домой горожанам и уставшим крючникам.

Вот идет навстречу утренняя смена докеров, чтобы сменить своих коллег в ступальных колесах кранов, а вот рабочие катят сменную катушку для замены истертых канатов. Клерки гавани вечно сверялись с точным расписанием, то и дело нервно заглядывая в свои массивные часы. Именно от их строго контроля зависела высокие объемы проходимости грузов и должная логистика. В это время их помощники старались не допустить проволочек, подгоняя рабочих. Казалось в этом хаосе невозможно найти никакой системы.

Все "коренное" население воздушной гавани делилось на несколько неравномерных групп, каждая из которых выполняла определенные функции. Клерки и урядники, вместе со своими помощниками, представляли административную часть гавани. Они брали на себя не только контроль перевозок, но и составление должных купчих бумаг, регистрацию артелей и сбор купеческих пошлин.

Второй весомой частью портового общества выступали разнорабочие. Их было больше всего, и именно на их плечах держалась жизнедеятельность столь большого механизма. Так, докеры должны были круглосуточно приводить в движение ступальные колеса кранов, тянуть кабестаны и лебедки. Они обслуживали их, вовремя заменяя потертые тросы, смазывая стирающиеся деревянные детали. Их труд был монотонен и оплачивался по установленной таксе.

Сдельной была зарплата грузчиков. Он занимались незамысловатой погрузкой и разгрузкой поступающих с понтонов товаров. Однако двадцать лет назад, когда в Небограде появились первые ткацкие монофактуры, у них появились главные конкуренты - крючники. Они были теми же самыми грузчиками, только специализировались на переноске напитых тканью кулей.

Каждый крючник использовал железный крюк и закреплённую на холщовых лямках и надеваемую на спину опору для переноса кулей - седёлку. С помощью крюка куль с товаром поднимался и удерживался на седёлке. Благодаря хитрой конструкции она служила не только опорой для куля, но также предохраняла спину от натирания.

При удобных условиях погрузки и выгрузки и собственной расторопности крючник зарабатывал в день гораздо больше простого грузчика. Только ненастная погода останавливала их работу, и те за бездельем обыкновенно пропивали почти всё, что успевали заработать. В год зимы и редкие дождливые деньки весны и осени пьяный разгул, ссоры и драки между крючниками были обычным делом.

Пристань работала круглосуточно, рабочим платили хорошее жалование за их труд, обеспечивая их бесплатным обедом и дешевым жильем в черном квартале города. Пускай это были бараки, но зато есть свой собственный угол.

Возле ворот, что были единственным выходом из стены, отделяющей воздушную гавань от остальной части города, сопровождающий мальчишек отряд столкнулся с людским затором. Городская стража пропускала людей и груз только после досмотра и проверки документов. Для жителей города это были доверительные письма или же выписки из ратуши, а для купцов купчая или княжеское распоряжение.

Высокая стена частокола протянулась от одного пилона к другому и отрезала часть острова от остальных территорий. Она ничем не отличалась от простых городских стен, что возводились для защиты любого другого города. За исключением того, что она была деревянной и вдоль неё находились многочисленные хозяйственные и административные постройки. За стеной виднелись шпили сотен разноцветных башен, робко выглядывающих из-за заостренных зубьев частокола.

Возле высоких ворот, у которых нес свою службу дежурный наряд стражников, в этот раз было многолюдно. Количество часовых и патрулей было увеличено в несколько раз, а к проверке документов относились предельно строго. По-видимому, что-то недавно произошло...

Офицер, ничуть не смутившись очереди, нагло шел сквозь неё, солдаты же обступив ребят со всех сторон, вторили его шагу. Толпа расходилась от их отряда, как наткнувшиеся на волнорез волны. Пройдя сквозь пары десятков человек, лейтенант остановился возле одного из стражников. Стражник внимательно смотрел бумаги неизвестного торговца, в то время как его напарник поочередно приподнимал лежащие в купеческой телеге тюки.