Чтение онлайн

Сильные ветра поднимали пепельные бури, которые значительно уменьшали и без того непродолжительный световой день. Видимость падала до нескольких метров.

Тем, кто остался в живых и был вынужден сняться со своего обжитого места, стало тяжелее добывать в пути воду. Если раньше достаточно было протопить снег, то теперь его необходимо обязательно отфильтровать через кусочек ткани и добавить специальный алхимический раствор. В противном случае человек получит отравление и умрет от кровавого стула. Но даже используя этот метод, путешественнику следует быть предельно аккуратными, ведь если зачерпнуть в котелок только верхний слой наста, то вытопиться лишь одна чистая сажа.

Вот уже два месяца Квинт шел по снежной пустыне, держа путь к чудесному городу Небограду. Чуть больше года назад, когда Хитрово впопыхах покидал воздушный остров, его путь отнял у него жалкие две недели. Но то было в цивилизованные времена, когда практически на каждом шагу любого путника поджидали услужливые таверны и погосты, путешествие проходило по мощеным дорогам, а за скромную плату можно было разместить в стойле ближайшей деревни уставшую лошадь.

Последнего в своей жизни коня, которого видел Квинт, три месяца назад забили на мясо надзиратели лагеря рабов, что построили гоблины на севере Юрона. Теперь же, без верного парнокопытного помощника, идти приходилось гораздо дольше. Комфортные дилижансы сменились на порядком разболтанные снегоступы.

По иронии судьбы именно Квинт был первым, кто увидел островитян на их континенте и он же стал первым, кто увидел прибывшую к берегу иноземную армаду. Берег был заставлен на десятки километров малыми судами с низкой осадкой, а за их спиной, как стая птиц, сгрудились в одну кучу большие корабли. Насколько хватало взора, с бесчисленного количества лодок высаживались сотни тысячи беженцев. Не виданных ране существ было настолько много, что юноше казалось, что прибрежную территорию Юрона захватили чудища из сказок. Очень быстро пляж заполнился нескончаемыми баулами, мешками, корзинами и сетями набитых под завязку барахлом.

"Сейчас они, наверное, уже дошли до самого севера Дау и заняли сожженный юронцами Сармат".
– подумал про себя Квинт - "Чтоб они там все сдохли, суки!".

У Квинта были все основания так думать про своих бывших спасителей и их новоприбывших товарищей. После того, как Хитро сам поучаствовал в захвате, новой рабской силы, из которой пережил дорогу только каждый пятый раб, он ненавидел островитян всем сердцем. Но то, что творили островитяне дальше, Квинт не пожелал бы и врагу.

Хваленый Ярославом союз островов распался, стоило только правителям остальных рас высадиться на территорию неизвестного, но такого богатого нового материка. Вынуждено объединенные единой целью десятки жителей разных государства, сразу после высадки вновь разделились на своих и чужих.

Лес стал настоящим дефицитом. В судорожных попытках обогнать бывшего союзника и занять самые высокие и перспективные земли, он был брошен на строительство волокуш и саней. Новоприбывшие интервенты разительно отличались от уже привычных гоблинов не только физической силой и внешними признаками, но и абсолютно иным подходом к использованию столь ценного людского ресурса.

Вожди других государств пошли дальше зеленых коротышек. Захватывая полузаброшенные деревни, они также порабощали населяющих их людей, но использовали их в основном как двуногих вьючных животных. Они запрягали их в сани и заставляли таскать бесконечные грузы. Они не строили для пойманных рабов убежищ от непогоды. Люди как звери ожидали своей участи, сбившись в огромные кучи на охраняемых часовыми пустырях. Тысячи подобных рабских загонов быстро образовались вдоль всего побережья. Заснеженный Юрон обезлюдил...

Бывшее княжество вымерло не само, ему с этим сильно помогли. Среди людей оказались предатели рода человеческого, моральные уроды, что охотились на себе подобных, дабы получить милость новых господ. Самая отпетая предводительница охотников за головами, оказалась бывшая хозяйка этих земель - Агата Юрон.

Именно она первая выторговала себе место под новым солнцем, когда невиданное ранее войско минотавров - минасов подошло к воротам её замка. Уже тогда она промышляла каннибализмом, сожрав со своими людьми всех крестьян в округе. Вечно ведущая праздный образ жизни Агата, никогда не делала запасов, живя одним днем. Каково же было удивление минасов, когда они увидели загоны с полуживыми, замершими людьми и полные мяса ледники замка.

По достоинству оценив масштаб мысли Агаты, вождь минасов заключил с ней соглашение по отлову необходимых на стройках и погрузках рабов для организации похода к горам. За короткий срок подобные агатским отряды охотников за головами, организовали лидеры и других государств, спутавшись с местными бандами каннибалов. Десятки подобных отрядов быстро "очистили" Юрон и уже несколько месяцев орудовали в соседних Ярее и Флории.

Приплывшие островитяне принесли с собой на новый материк свою странную магию, основанную на четком следовании ритуалам и использовании экстравагантных компонентов. Вытяжки и порошки из людские ушей, глаз и печени служили не только прекрасными оберегами от сглазов, но должны были помочь от простатита, герпеса и простуды. Предприимчивые шаманы делали дорогие косметические мази из молотых ногтей и костей, а из подкожного жира варили мыло.

Шаманы повелевали силами природы, используя для своих таинств кровавые жертвоприношения и части тел существ. Их магия носила преимущественно бытовой, хозяйственный характер. Они могли разжечь пламя с недостижимой кузнечными печами температурой, могли сильно укрепить любую вещь, несравненно увеличив её прочность, умели заговорить продукты, чтобы те долго не теряли своих потребительских свойств.

Талисманы из шкур разумных медведей савелов, копыт кентавров или новомодных сушёных частей человеческих тел, имели постоянный спрос на стихийно образованных базарах и толкучках.

Помимо шаманов другими представителями магического сообщества островитян выступали друиды. Так называли тех, кому были подвластны силы окружающей природы. Их вид волшбы позволял друидам управлять протекающими внутри существ жизненными процессами, тем самым становясь лучшими целителями.

Квинт покинул рабский загон гоблинов два месяца назад. Он не знал, что Юрон уже покинут практически всеми островитянами. Миллионы новых жителей Некротии обживались в разорённом войной Дау.

Хитрово сбежал из своего теплого сруба в разросшейся базе гоблинского флота. Он так и не был в рабстве, а служил переводчиком в организованном для людей рабском лагере. Чтобы разместить после прибытия первую часть беженцев, людей выгнали из бараков в чистое поле. И без того не сладкая жизнь рабов в одночасье изменилась до неузнаваемости.

После пропажи Ярослава он стал единственным человеком, кто хорошо понимал речь островитян. Каждое утро он доводил перед оставшимися в живых, усталыми и голодными людьми новые приказы гоблинов, а в течении всего дня юноша бегал по лагерю и корректировал работу бригадиров строительных и грузовых отрядов.

Он никогда не забудет те чувства, что одолевали его в тот момент, когда он подходил к людям и переводил для кого-то из них возможно последний в его жизни приказ зеленых карликов. Их взгляд, взгляд полный скорби и отчаяния, взгляд потерявших себя людей. Они не пытались бежать, у них не было на побег сил и они знали, что не выживут в ледяной пустыне. Люди ненавидели гоблинов, но ещё больше они ненавидели его, Квинта. При любом удобном случае, они выкрикивали ему угрозы расправы и старались запустить чем-нибудь тяжелым. Не счесть сколько раз из толпы в него летели плевки и замершие испражнения.