Доминион
Шрифт:
– Намного хуже.
Мы направились в школу, Тристан позади нас.
День прошел хорошо, слишком хорошо. Я провел каждый момент с Эбигейл и не получил шанса убить ее, потому что Тристан был везде.
Когда школа закончилась, я оказался в библиотеке еще ??раз. Эбигейл покинула школу и попрощалась с друзьями, говоря нам, что она собирается в библиотеку, а потом я сказал ей, что хочу присоединиться, потому что дети полюбили меня. То, что я не сказал ей, было то, насколько не любил их я.
Феликс и Бен уставились на меня, когда Эбигейл сказала, что я собираюсь с ней в библиотеку. Внутри лимузина, Эбигейл смотрела на Бена, а затем обратно на меня, как будто ждала чего-то. Я спросил ее, что случилось, но она сказала, что ничего.
Тристан незаметно проследовал за нами в библиотеку.
Книга, которую Эбигейл хотела почитать детям, задерживалась, и благодаря мне и моему большому рту, я предложил нам составить нашу собственную историю.
Мы придумали смешную сказку про капитана пиратов, злую мачеху, красивую деву и потрясающего рыцаря. Теперь нужно было разыграть её.
Я все еще не мог поверить в быстрый неожиданный поворот в моем заговоре с целью убийства Эбигейл. Как же я позволил себе четыре дня не убивать ее? Я что становлюсь мягче? Почему я не мог просто избавиться от нее? Прилагал ли я все усилия, чтобы избавиться от нее? Конечно, прилагал.
Тогда какого черта я сидел рядом с ней, держась за руку и играя с кучкой бесполезных детей?
– Я буду пиратом!
– воскликнул Винсент, когда мы попросили добровольцев.
После того, как роли были назначены, мы начали играть нашу историю. Наконец, мы дошли до финала, и я, играя рыцаря, спасал прекрасную деву, Эбигейл.
– О, замечательный рыцарь, огромное спасибо за мое спасение.
Эбигейл сделала реверанс.
– Мое удовольствие, прекрасная дева, - я поклонился.
– Выходи за меня замуж, - сказал я и подошел ближе, взяв ее руки в свои.
– Пожалуйста, выходи за меня замуж, - сказал я серьезно, а затем сердцебиение Эбигейл участилось, и я понял, что это потому, что мы стояли так близко.
– Где пастор?
– слышал я, как кто-то спросил. Я смотрел в красивые глаза Эбигейл.
Какого черта я делаю? Я что болен?
– Я здесь, - сказал кто-то.
– Возлюбленные…
– Я возражаю!
– прокричал Винсент, Эбигейл и я повернулись к нему.
– Извините, ничего не смог с собой поделать.
Мы все засмеялись, кроме Тристана, который не понимал, что я делаю. Он невидимо стоял за детьми.
– Мы … бла-бла… - сказал юный пастор.
– Вы муж и жена. Теперь вы можете поцеловать невесту.
Мои глаза встретились с глазами Эбигейл, и на долю секунды, я хотел, чтобы эта ложь была правдой. Я хотел, чтобы Эбигейл была моей девушкой. Я хотел по-настоящему поцеловать её. Да, теперь я точно знал, что болен!
Сердце Эбигейл стало стучать быстрее, когда я наклонился к ней. Что со мной не так?
– Мы не …
Что бы ни хотела сказать Эбигейл, она стихла.
Я мог чувствовать дыхание Эбигейл на моих губах, потому что мы были очень близко. Потребовалось приложить усилие, чтобы не поцеловать ее полностью в губы. Когда мои губы, наконец, коснулись ее, они прижались к уголку её рта.
Дети повеселели, и на звук их голосов, я отстранился.
Мои глаза встретились с глазами Тристана, и выражение его лица было неразборчивым. Мог ли он сказать, что что-то со мной не так, или он был удивлен, как и я?
После этой ужасной потери моего рассудка, я сказал до свидания и быстро уехал, придумав смешное оправдание, что мне нужно вернуться домой и помочь маме двигать мебель. Эбигейл предложила подвезти меня, но я сказал, что сяду на автобус.
Но, конечно, я не пошел на автобусную остановку или домой, чтобы помочь маме с ее мебелью. Я пошел прямо в Подземный мир, чтобы посетить Ди. Я хотел увидеть ее, потому что она была единственным другом. Я хотел спросить, знает ли она ангела болезни, которого не знаю я, потому что я был уверен, что болен.
– Ди, открой эти тупые ворота или я разобью их!
– закричал я, когда убрал свои крылья.
Каждый раз, когда я хотел посетить Ди, мне приходилось ждать за чудовищными воротами, пока она не откроет их. Подземный мир был самым темным местом, которое я знал. Его огромные, черные железные ворота тянулись высоко в темное небо. За воротами лежал конверт тьмы, из которого можно было услышать голоса несчастных душ.
Подземный мир не был моим любимым местом, но я и не ненавидел его. Печальный плач и крики были как сладкие мелодии для моих ушей. Мне нравилось слушать крики потерянных душ, просящих помощи в том месте, где её никогда не было.
– Ди, клянусь, если ты…
– Расслабься, Гидеон. Я слышала тебя на всем пути от Земли!
– Ди появилась рядом со мной.
– В чем проблема?
– Помнишь человеческую девочку, которую я хотел убить?
– спросил я. Я не знаю, почему я сказал, хотел убить, потому что я все еще хочу ее убить. Не так ли?
– Человек Тристана? Она умерла? Ты пришел сюда, чтобы мы могли отпраздновать?
– Нет, она не умерла!
– сердито закричал я.
– Она все еще жива и…
– Жива?
– удивленно спросила она.
– Разве у тебя не было трех дней?
Худший друг, который указывает на мои неудачи, когда все, чего я хотел, это помощи.
Я посмотрел на неё.
– Тебе не кажется, что я уже это знаю?
– Почему ты так работал? Ты не можешь просто убить ее сейчас или позже? В чем проблема?
– Проблема в том, что я не могу убить ее!
– закричал я. Я не знаю, что делать с самим собой. Мне казалось, что я не мог дышать, и воздух вокруг меня был слишком плотным, он душил меня. У меня что кризис?
– Всякий раз, когда я пытаюсь сделать ей больно, я чувствую…Я чувствую что-то.
– Чувствуешь что-то? Что, черт возьми, это значит?
– Я не знаю. Может быть, это потому что я хотел…я хочу поцеловать ее, - сказал я, и Ди расхохотались.
– Подожди. Ты серьезно?
– спросила она. Она перестала смеяться, увидев, что я не шутил.
– Ну, иди поцелуй ее, а затем убей. Проблема решена.
– Но я не могу … завтра пятница.
Что, черт возьми, со мной не так? Ну и что, что завтра пятница?
– А сегодня четверг. Твоя тема?
Ди не понимала масштабность проблемы.