Чтение онлайн

Понимая, что ступает на скользкую почву, Танкред, раздраженный тем, что его суженую не терзает, как его самого, мысль о том, что какой-нибудь бездарный штабист может стать причиной их вечной разлуки, все-таки не желал сдаваться.

– Согласен, согласен. Но при условии, что это приносит стратегический результат. Скольких жертв удалось бы избежать, если бы, например, с самого начала боев было принято решение позволить некоторым отрядам атамидов отступать, вместо того чтобы стремиться к их систематическому уничтожению, даже если при этом наши солдаты гибли целыми подразделениями? Я уже не считаю, сколько приказов я отказался исполнять, настолько очевидно было, что заложенные в них риски совершенно несоразмерны тем преимуществам, которые они якобы должны были нам обеспечить!

Он замолчал, потому что Клоринда вдруг поднялась со своего места. Неожиданно резким движением, из-за которого подстилка упала на землю, она развернулась к нему лицом; ее силуэт выделялся на фоне светящегося воздушного моста.

– Танкред Тарентский, – повелительным тоном произнесла она, – надеюсь, ты не поддался опять своим старым мятежным настроениям!

Столь внезапная и полная перемена сбила Танкреда с толку. Он не видел ничего предосудительного в высказанном им мнении. Хотя и знал, что проявил неосторожность, зайдя слишком далеко в не к месту начатом разговоре, и лучше ему было бы сменить тему.

– Не понимаю, – все же проговорил он вдруг пересохшим ртом. – Разве тебе не кажется, что маневр, в котором ты чуть не погибла, был плохо спланирован?

Тебе не кажется, что преступно рисковать разрушить нашу любовь из-за чьей-то некомпетентности? – хотел он добавить.

– Не знаю, да и не мне судить, – возразила она. – Мы ведем здесь священную войну, об этом ни на секунду нельзя забывать. Для меня наша любовь так же важна, как для тебя, но наш долг – любой ценой исполнять волю Господа. Это Он ведет наших командующих, и, если Его замысел нам пока не ясен, совершенно очевидно, что результат будет правильным. Мы не должны подвергать это сомнению. Для Бога и для дома Дерзай на все, и все тебе простится [9] .

И снова Танкред поразился, сколь непримиримой бывает иногда молодая женщина. Она не выказывала такого уважения к решениям штаба, когда поносила маркиза Вильнёв-Касеня за то, что он не допустил амазонок до первой битвы, подумал он.

Ее слова звенели в ушах Танкреда, будто он подошел слишком близко к колоколу в момент, когда тот мощно ударил: «Для меня наша любовь так же важна, как для тебя, но наш долг – любой ценой исполнять волю Господа». Это «но» казалось Танкреду ужасным. Оно словно каленым железом резко обозначило всю разницу между ними. Разумеется, он и сам сражался во имя Всевышнего; однако в его понимании был важен контекст. Скорее, он сражался так, как защищают родину, когда на нее нападает враг, с той разницей, что этот бой велся повсюду, где было необходимо. В глубине души он знал, что если бы сам родился в противоположном лагере – каким бы этот лагерь ни оказался, – то бился бы, наверное, с неменьшим пылом.

А вот для Клоринды священная война была конечной целью. Победой порядка над варварством, необходимостью покорить дикарей и властвовать над ними. Любые средства хороши, если они способствуют воцарению Dominium Mundi. Ее концепция власти была абсолютна. Иерархия имеет смысл только в том случае, если ее никогда не подвергают пересмотру. Малейшее проявление слабости играет на руку врагу, тем самым отдаляя конечную победу.

Для Танкреда эта непримиримость была единственным темным пятном в их отношениях с итальянкой. В принципе, он готов был подписаться подо всем только что сказанным Клориндой, но на самом деле знал, что его чувства к ней важнее всего. Разве он мог бы принести ее в жертву, даже во имя Бога? Подобная мысль была ему невыносима.

Что же это за Бог, который создает жизнь, а потом приказывает ее уничтожить?

– Я… – неуверенно начал Танкред.

Он опасался навлечь на свою голову громы и молнии, и в то же время чувствовал себя задетым тем, что воинское повиновение она поставила выше их любви.

– Боюсь, что не совсем с тобой согласен. Плохая стратегия ничем не служит делу Господа. Даже с лучшими намерениями наши командующие могут иногда заблуждаться.

– Клянусь Иисусом! – воскликнула Клоринда, воздев руки к небу. – Представь себе, что будет, если все солдаты начнут так рассуждать? Или ты думаешь, что возрождение Dominium Mundi стало бы возможным, если бы каждый солдат взвешивал любой полученный приказ? Именно из-за такого отношения человечество один раз уже истребило себя, да и сегодня варвары только ждут случая, чтобы разрушить то, что нам удалось восстановить!

Клоринда была вне себя. Как ей удалось столь стремительно перейти от нежности и планов замужества к такому приступу ярости?

– Я боюсь только одного, – проговорил он дрожащим голосом, – потерять тебя.

– Я боюсь только одного, – повторила она резко, – что твои демоны вернутся.

Потом, после секундного размышления, добавила:

– Предупреждаю тебя, если такое случится, я немедленно разорву наши отношения. Я и помыслить не могу связать свою жизнь с человеком, занимающимся подрывной деятельностью!

Эта холодная угроза из уст женщины, которую он любил, да еще после только что пережитого вместе с ней прекраснейшего момента, потрясла Танкреда. Перед глазами плясали искры, как будто он только что получил пощечину. Затылок одеревенел. Он с трудом встал и молча сложил подстилку. От гнева у Клоринды все еще дрожали губы, она пристально смотрела на него, тоже ошеломленная неожиданным поворотом событий.

Танкред бросил на нее взгляд. Всего несколько минут назад он был абсолютно счастлив. Он наконец нашел женщину своей жизни, и она тоже любила его. Они строили совместные планы, которые, как они надеялись, сделают их счастливыми и позволят создать семью. А теперь он, похоже, оказался в тупике. Кошмарном и бессмысленном.

На мгновение он подумал, что это его вина. Может, он слишком многого требовал? Может, не следовало ждать от Клоринды, что она будет испытывать столь же сильные чувства, как он сам? Но разве настоящая любовь может не быть полностью взаимной? Смутное чувство в глубине души подсказывало ему, что он выказал такую же чрезмерную непреклонность в отношении их любви, какую она – в своем почитании существующего порядка вещей, но гнев мешал ему прислушаться к этому предположению. Она должна любить его так же, как он ее. Если это не так, значит он ошибся!

При мысли, что Клоринда, возможно, не любит его всем сердцем, Танкред испытал мучительную боль. Всего несколько месяцев назад он еще не знал настоящей любви, но зато никогда так не страдал!

Под внешней непримиримостью Клоринды скрывался охвативший ее ужас. Ужас перед безвыходной ситуацией, в которую они попали. Ну зачем этот почти идеальный мужчина постоянно поощряет в себе самые опасные наклонности? Видимо, его всегда тянуло оспаривать существующий порядок, сомневаться в фактах и даже в велениях Господа! Для любого доброго христианина это недопустимо.

И все же она любила его.

Она любила его так, как никого и никогда после трагической февральской ночи 2183 года, когда погибла вся ее семья. Рядом с ним она была счастлива, а стоило им расстаться, думала только о нем. Однако она знала, что не сумеет ничего создать с человеком, имеющим подобные склонности. Худшим из грехов ей представлялось проявление слабости по отношению к варварам. Она могла бы простить все, кроме этого. Подобная толерантность сгубила ее родителей и братьев. Именно такое прекраснодушие утопило в крови родных ее детство.