Домочадцы и другие лоскутяне
Шрифт:
– Они были у этих воров раньше всех нас. Но как их зовут, мы не знаем, – погрустнев от воспоминаний, сказала Ноля. – Нам не разрешали называть друг друга по именам, они хотели, чтобы мы как можно скорее забыли всё о себе…
– Меня зовут ваше высочество принцесса Лантаны Стэйси, – неожиданно чётко ответила самая младшая из девочек. А это мой брат, его королевское высочество наследный принц Лантаны Зорин.
– Зорин, – повторил за ней малыш. Он действительно почти не умел говорить, и узнать – кто он и откуда было сложнее сложного.
Над столом повисло полное молчание, пение самовара стало сольным. Ребята наслаждались чаем с подзабытыми вкусностями. Домочадцы выразительно переглядывались – совсем дети обезумели в руках у этих злодеев. Забыли своих родителей, свои семьи! И что им только не навнушали эти работорговцы! Наверное, чтобы поднять цену на свой хрупкий товар… Сколько же теперь им надо ласки и внимания, чтобы они пришли в себя!
– Детки, время позднее, давайте-ка настраиваться на отдых, сегодня у всех нас был очень бурный день. – сказала после долгой паузы Бабушка Лина.
Дети нехотя стали подниматься из-за стола, забирая с собой надкушенные ватрушки и бублики, рассовывая по карманам конфеты. Но маленький Зорин поудобнее устроился на коленях Аграфены, закрыл глаза и блаженно вздохнул – он наконец-то уснул безмятежным детским сном, как и должен засыпать каждый ребёнок…
Истории восьмая и девятая
Король Илия отправился на охоту, как отправляются все короли – с пёстрой и говорливой толпой придворных, сворой собак и походной кухней. Но в лесу он вдруг ощутил такое умиротворение, такой покой, что приказал свите не шуметь, спешиться и остаться на опушке, а сам углубился в чащу, немного прошёл по узкой белой тропинке, простегавшей траву Остановился, огляделся и присел под деревом. Сквозь ветви, касающиеся друг друга с нежностью и настойчивостью, были протянуты тончайшие струны солнечных лучей. Казалось, вокруг льётся мелодия глубокой осени. Густой запах хвои и тускло золотеющей листвы увёл его в нелёгкие воспоминания. То, о чём он забывал в привычных стенах дворца, вырвалось из его сердца и заполнило душу…
…Король Лантаны Илия возвращался домой из военного похода после двухлетнего отсутствия. Два года тяжёлых сражений с сильными врагами, напавшими на земли его брата! Не прийти на помощь брату-королю было невозможно, государства их были сопредельными, и только объединив усилия, они смогли отразить нападение и уничтожить захватчиков. За это время большое горе постигло Короля – через полгода после рождения сына, внезапно умерла красавица-королева, оставив ему двоих детей: трёхлетнюю дочку и новорожденного малыша. Но битвы шли такие, что интересы государства не позволили Илии прибыть даже на похороны жены, и его дети два года росли без родительской ласки. В памяти всплыли строчки из дорогих писем Королевы – таких бесхитростных и трогательных. «Представьте себе, Ваше величество, мой дорогой муж, у нашего сыночка точно такое же шоколадное пятнышко, напоминающее трилистник, на запястье, как и у дочки…» «Наша девочка, глядя на семейный портрет в библиотеке, указывает ручкой и говорит: «Это папа, это мама, это собачка Агата, это я»…
«Ваше величество, мой дорогой муж! – писала ему позже Королева – Не беспокойтесь обо мне и детках! За нами ухаживает моя сводная сестра графиня Матильда. Несколько лет назад она пережила страшное горе – разом потеряла при пожаре во дворце и мужа, и детей. Не в силах жить среди чужих опустевших стен, она вернулась в родовой замок своего отца, но теперь находится неотлучно при мне, во дворце Вашего величества, вникает во все заботы, и даже полностью сменила прислугу для принца и принцессы. Я не очень хорошо себя чувствую, поэтому попечение о наших детях сестра взяла на себя. Как жаль, что Матильда потеряла своих крошек, она была бы прекрасной матерью! Простите моё своеволие, Ваше величество, я, Ваша верная жена и королева, назначила своей сводной сестре некоторый пенсион…» Милая Королева! Её добрый нрав и врождённое благородство признавали все. Она так старалась утешить свою несчастную сестру! Потом пришла весть о смерти его дорогой Королевы, и только долг мужчины и полководца не позволил Королю впасть в отчаяние. А затем он стал получать письма от свояченицы, с которой прежде не был знаком.
«Дорогой брат! – писала она Королю ровным почерком, – Я очень опасаюсь за жизни Ваших с моей незабвенной сестрой детей сейчас, когда они лишены материнской любви и защиты отца. Поэтому я отдалила их от всех придворных, и поручила воспитание и уход за наследниками моим доверенным и приближенным людям. Принц и принцесса чувствуют себя хорошо, занимаются по утверждённым регламентом воспитания королевских наследников программам с лучшими педагогами и воспитателями. Ваша дочь показывает прекрасные результаты в учёбе. Ваш сын удивительный ребёнок, он растёт богатырём и выглядит значительно старше своих ровесников. Я очень надеюсь, что по возвращении Вы будете рады успехам Ваших замечательных детей».
Волнение Короля возрастало по мере приближения к дворцу, так не терпелось ему обнять малышей, которые два года росли в тепле и достатке, но без родителей! Наконец, после пышной церемонии встречи с музыкой, пальбой из пушек, которой он слышал так много за два года, овациями, криками «Ура!», корзинами цветов, после доклада наместника и приветствий челяди, Король поспешил к детям, наблюдавшим за праздником с балкона в тронном зале.
В гостиной детских покоев дворца, на бархатных вишнёвых подушках кресел с высокими резными спинками под королевскими гербами, в пышных парадных платьях из золотой парчи с золотыми же кружевами сидели его дочь и сын. Позади кресел у розовой в зеленоватых прожилках мраморной стены стояла сестра Королевы, которую король узнал по глубокому трауру. Но дети! С первого взгляда они показались ему совсем чужими, он даже испугался этого ощущения. Девочка очень изменилась за два года, хорошо подросла, её золотистые волосы сильно потемнели, и глазки из синих стали карими. Король вспомнил – ему говорили, что так у детей бывает. А сынок вырос просто богатырём – в свои два года выглядел на все пять, хорошо говорил, был смуглым и черноглазым.
– Ваши королевские высочества, детки! Приветствуйте вашего отца, его величество Короля Лантаны Илию, – сказала княгиня Матильда. Дети нерешительно встали с кресел, но Король сгрёб их в объятья и прижал к своей груди. Сквозь слёзы, застлавшие его взор, он увидел, как свояченица вытирает глаза кружевным платком с чёрной каймой.
С этого дня Король отдавал принцу и принцессе каждую свободную минуту. Он старался сам будить их по утрам, ласково называя по имени, гладя по тёмным волосам и тёплым со сна щёчкам. Завтракал и обедал вместе с ними, обязательно желал им доброй ночи и благословлял на ночь. И всегда находил время для игр и прогулок. Княгиня Матильда бывала во дворце ежедневно. Она баловала племянников вкусностями, и сама готовила для них соки и любимые лимонады, частенько обедала, а иногда и ужинала во дворце. Король удвоил её пенсион – он был бесконечно благодарен ей за заботу о Королеве и детях, и всем сердцем сочувствовал в её страшной потере. Но что-то внутри него ставило непреодолимую преграду между ним и графиней Матильдой – может быть, исходящее от неё напряжение, которое ощутимо пробивалось сквозь её карие глаза и приветливую улыбку…
…Миша бегло взглянул в окно. С тех пор, как в Доме поселились детишки, вырванные домочадцами из лап работорговцев, в нём зазвучали детские смех и возгласы, быстрые и лёгкие шаги во все стороны сразу, бесчисленные вопросы, а иногда и мимолётные слёзы, появляющиеся, как летние дождики, ниоткуда, и моментально исчезающие, не оставляя следов… Малыши сами определили себе места в комнатках Аграфены, и не отходили от девушки ни на минуту, обрушив на неё всю свою невостребованную сиротскую любовь. Вот и сейчас Гранечка сгребала опавшие за ночь на газон листья, а рядом с ней на качелях взлетал от земли к небу сдвоенный колокольчик детской радости. Чау бегала взад-вперёд за качелями и радостно лаяла, а дети визжали от восторга. Граня обещала им после того, как приберёт газон, отправиться в лес покормить белочек и оленей – корзинка с гостинцами для лесного зверья и бутербродами для Стэйси и Зорина уже стояла на крыльце.
Неделю назад он и Сима вернулись из Кантилены, куда были приглашены принцессой Алиной. Дело, в которое она их посвятила, было в высшей степени необычным и деликатным.
– Я хотела бы обсудить с вами, благородные доны, некоторые обстоятельства, касающиеся нашей семьи. Думаю, я не должна говорить о том, что это сведения, составляющие государственную тайну!
Миша и Сима почтительно поклонились.
– Так вот. В то время, как я находилась – принцесса напряглась, выговаривая эти слова, – в плену в замке Кардамона, в канцелярию Кантилены поступило письмо, которое не имел права прочесть никто, кроме меня. Оно пролежало нераспечатанным несколько месяцев, и только вчера у меня появилось время ознакомиться с его содержанием. – Принцесса провела рукой по лежащему перед ней листу бумаги. – Его прислала мне няня моего покойного кузена князя Елисея Ковриго. В нашей среде её считают членом семьи, и очень уважают. Не буду скрывать, я была потрясена, ознакомившись с содержанием письма. Дона Кара сообщает, что князь был отравлен, а его дети пропали из дворца! Есть ещё некоторые обстоятельства, о которых мы не говорим публично. Когда детям князя не было и года, он развёлся со своей женой. Его семейная жизнь была безрадостной и не сложилась с самого начала. Княгине было назначено солидное содержание, она сохранила титул и имя – именно для того, чтобы не предавать развод огласке. После развода дети остались с отцом. Согласно сложной системе наследования, в случае смерти князя, его владения переходят княжеству Кантилена, а я становлюсь опекуном его детей. Разведённая жена князя сразу же потеряла все права на детей и княжение. Узнав о трагедии, случившейся в замке моего кузена, я немедленно отправила посольство в родовое палаччо княгини Ковриго – узнать, не у неё ли находятся близняшки, но там сказали, что княгиня уже два года живёт на материке, и о пропавших детях в замке ничего не известно… Такова вкратце печальная история. Мне бы хотелось, дон Миша, чтобы вы взяли на себя расследование всех обстоятельств этого дела – нам непременно надо найти моих любимых племянников Елизавету и Мартина. Принцесса Алина говорила, с трудом сдерживая слёзы.
– Я даю вам, дон Миша, любые полномочия, важно найти детей и привезти их сюда, в Кантилену! Страшно подумать, что сейчас может с ними происходить! Но ещё раз напоминаю, что дело это касается членов королевской семьи, и потому является совершенно секретным. Я разрешаю вам пригласить для консультаций и практической помощи дона Ди Ноеля – его богатый военный опыт может оказаться весьма полезным.
– Слушаюсь, ваше высочество! – коротко ответил Миша. – Я немедленно отправлюсь выполнять ваше поручение. О предпринятых шагах буду докладывать сразу же!