Чтение онлайн

Даниил, занимая Галич, не спал три дня и три ночи. Князь мечтал об отдыхе. Из Киева в Галич приехал сын Владимира Рюриковича Ростислав. И визит не был просто данью вежливости. На Владимира ополчились Ольговичи, и у Даниила просили помощи. Несмотря на усталость, Даниил собрал полки и выступил к Киеву.

А в это время Михаил Всеволодович, старейший из Ольговичей, уже стоял под Киевом. Узнав о подходе Даниила, Михаил ушел на левый берег Днепра. Это было продолжение старого спора Ольговичей и Мономашевичей за Киев.

Даниил переправился через Днепр и пошел к Чернигову. К Даниилу присоединился один из Ольговичей — Мстислав Глебович. Возможно, он не ладил с двоюродным братом Михаилом Всеволодовичем.

Даниил Романович в походе 1234 г. взял города по Десне «Хороборъ и Сосницю и Сновескь» и иные. После этого Даниил подступил к Чернигову.

Город защищался. Под его стенами поставили таран «меташа бо каменемъ полтора перестрела». А камни были таковы, что их едва поднимали четверо здоровых мужчин.

С Ольговичами помирились, и Даниил вернулся в Киев. Один из Ольговичей — Изяслав Владимирович — к миру «не престаше» и привел на Киев половцев.

Даниил с полком, провоевав «от крщния до вознесения», страшно устал. Зная, что половцы воюют под Киевом, Даниил собрался идти на Волынь «лесною страною», то есть тропами припятского полесья, да Владимир Рюрикович умолил князя не оставлять Киева. О том просил Даниила и его боярин Мирослав.

Половцев русские князья встретили у Звенигорода. Оглядев неприятеля, Владимир Рюрикович и Мирослав решили вернуться в Киев. Но Даниил заявил, что так воину поступать не подобает, но или «победоу прияти или пастися от ратных».

Сразились с половцами у «Торьчского». Под Даниилом застрелили гнедого коня, и сражение было русью проиграно. Владимир Рюрикович отсиделся в «Торцькомъ».

Даниил приехал в Галич. Город стерег Василий Романович с полком. И снова бояре принялись плести паутину интриг. «Борисъ Межибожьскыи», посоветовавшись с «Доброславьлимъ и Збыславлимъ», послал к Даниилу весть, что Изяслав Владимирович (Ольгович) идет с половцами к Владимиру-Волынскому. Это была ложь, призванная разлучить Романовичей. Даниил отправил Василия стеречь город, а сам остался в Галиче.

И бояре «воздвигоша крамолоу». Как ни странно, но Даниил на зиму от боярской смуты укрылся в Венгрии. Это можно объяснить тем, что в 1235 г. власть в королевстве от Андрея перешла к сыну Беле IV (1235–1270).

Зимой 1234–1235 гг. Василий с поляками соединился с возвратившимся из Венгрии Даниилом. Но до Галича Романовичи не дошли и вернулись в Волынь, в свою «отчину и дедину».

В 1235 г. (по Ипатьевской летописи) галичане и все «Болоховьсции князи» подступили к городу «Каменцю» и, «повоевав по Хомороу» и взяв большой полон, отступили. Каменец располагался на стыке Волыни и киевских земель. К югу от Каменца находились владения болоховских князей.

Набег на Каменец не мог не вызвать реакции у Владимира Рюриковича, продолжавшего удерживать Киев. Великий князь отправил в помощь Даниилу Романовичу «Торцькы и Данила Нажировича». А из Каменца выехали вышедшие из оцепенения бояре Романовичей и, соединившись с княжескими отроками и с торками, настигли галичан и одолели их. Там же были схвачены «вси кнзи Болоховьсции». Пленников доставили во Владимир-Волынский к Даниилу Романовичу.

Воистину мощь русского князя зиждилась на обширности подвластных ему земель, на богатых ремеслами и торговлей городах и на верности служивых бояр, имевших среди владений князя собственные усадьбы и вотчины.

Мог ли князь Александр, владевший одним Белзом с окрестной волостью, тягаться с Романовичами, которым были подвластны земли, по территории сопоставимые с Францией или Германией? Именно в земле и в ее населении была заключена сила князя. Отнимали у князя земли, и его семья уходила в небытие.

Летом 1235 г. Михаил Всеволодович и Изяслав Владимирович стали угрожать Даниилу: «Дай нашоу братью, или придемь на тя войною». Отсюда можно заключить, что пленные болоховские князья состояли в родстве с Ольговичами. В этом предположении нет ничего невероятного. Во-первых, нам известно о попытке северских Ольговичей, детей Игоря Святославовича, героя «Слова о полку Игореве», сидеть в Галиции, соседствующей с болоховской землей. Во-вторых, нам известно о родстве Ольговичей с половецкими ханами, а болоховская земля непосредственно соседствует со степью. Уж не были ли болоховские князья действительно дальней родней (о близком родстве летопись едва ли умолчала бы) Ольговичей? Болоховские князья могли продолжить дело Ольговичей, пытаясь получить земли к западу от Днепра. Ольговичи и в самом деле летом 1235 г. предприняли поход на Волынь. Их союзником выступил Конрад Мазовецкий, недавний союзник Даниила. Конрад стал около города «Холмь» и принялся воевать вокруг Червня. Навстречу полякам выступил Василий Романович. Он поймал нескольких из польской знати и привел к Даниилу в «Городокъ».

Тем временем Михаил Всеволодович стоял на «Подъгораи» (в Погорыньи?), имея намерение объединиться с Конрадом Мазовецким и ожидая Изяслава Владимировича с половцами. Однако половцы, вместо того чтобы идти на Волынь, ограбили Галицию и ушли в степь. С Даниилом Романовичем в его земле они воевать не пожелали, но и добычи не упустили.

Мы помним, что Даниила из Галича в 1234 г. изгнали бояре. Так вот в Галич с рубежей Волыни и поехал Михаил Всеволодович. Выходит, что галичане вновь решили пригласить Ольговичей, дабы те защищали их от волынских князей и одновременно не имели большой власти в самом Галиче.

Подобную политику — частой смены не только князей, но и княжеских домов — кроме Галича проводил Новгород. Похоже на то, что крайние северная и юго-западная провинции Руси имели настолько успешные экономические связи с Европой, что князья им были нужны не для сбора мыта и виры, а лишь для военной охраны рубежей. Остальное, по мнению ведших широкую торговлю новгородцев и галичан, князей не должно было касаться. Когда Ярославовичи пытались в Галиче или Новгороде применить обычные стандарты власти, распространенные во внутренних областях Руси, это неминуемо приводило к взрыву страстей и смене правителей.

Конрад Мазовецкий отступил от границ Волыни так спешно, что перетопил множество воинов в «Вепрю».

В 1235 г. Романовичи попытались изгнать из Галича Михаила Всеволодовича. В Галич приехало много венгров, видимо, успевших обзавестись на западе Руси не только торговым интересом, но и недвижимым имуществом, а быть может, и родственными связями среди местного боярства.

Оказался в Галиче и Ростислав, сын Михаила Всеволодовича.

Романовичи не сумели овладеть Галичем и воевали вокруг Звенигорода.

Весной 1235 г. Романовичи выступили на ятвягов. Подойдя к Берестью, волыняне увидели, что паводок так силен, что о походе не может быть речи.

Тогда Даниил Романович вспомнил, что часть его вотчины удерживается «крижевникомь Тепличемь, рекомымь, Соломоничемь». В марте 1235 г. старейшину дерзких крыжевников (крыж — крест) по имени «Броуна» в городе, где он сидел, взяли.

Вероятно, крыжевники — это крестоносцы, а Бруно — один из их предводителей.

Летом Даниил вновь пошел на Михаила Всеволодовича к Галичу. Ольговичи к войне готовы не были, ибо держать много воинов круглый год дорого. Михаил запросил у Даниила мира и дал в залог Перемышль.