Чтение онлайн

Под стенами Киева Мстислав появился в 1024 г. Горожане не впустили тмутараканского князя и стола ему не дали. Тогда Мстислав сел княжить в Чернигове. Ярослав в ту пору был в Новгороде, где и прежде оказывался всякий раз, когда на Руси занималось зарево смут и усобиц. С верховых, северных, земель мудрому князю Русь была виднее, да и готовые за гривны и куны послужить Ярославу варяги были близко. А у словен новгородских ни с одним из сыновей Владимира, кроме Ярослава, связей не было, и опасности для князя они не представляли.

Тем временем в ростово-суздальских землях выдался неурожайный год и начался голод. Скоро возник мятеж, а в Суздали выступили затаившиеся до поры волхвы. Это была реакция на стремительную феодализацию и христианизацию Руси. Север государства и его отдельные провинции, такие как Суздаль и Белоозеро с волостями, отличались особой приверженностью к древнему укладу жизни, и неурожай был отнесен на счет гнева богов на народ, отступивший от веры отцов и дедов. То была прямая угроза всему строю княжеской и боярской власти и поддерживающей его христианской иерархии. Ярослав отреагировал тотчас же. Он выступил к Суздалю с дружиной и «изьима волъхвы». Хлеб привезли по Волге из Булгара. Тем и остались живы.

По возвращении в Новгород Ярослав озаботился южнорусскими делами и по обыкновению послал за море к варягам.

Дружину варягов привел Якун. Он был слеп. Ладьи северных германцев недолго простояли на Волхове. Скоро над судами подняли полосатые паруса, и, помолившись, воины двинулись на юг, в Русь, добывать князю славы, а себе чести.

Мстислав, сидя в Чернигове, зорко следил за днепровским путем и вовремя выступил к северу, к городу Листвен. С ночи Мстислав «урядил и исполчил» дружину. В центре князь поставил славян-северян «въ чело противу Варягомъ», сам же с собственной тмутараканьской дружиной стал по «крилома».

Ночь осветилась молнией и огласилась раскатами грома. Вслед за тем пролился дождь.

На рассвете полки сошлись, и началась кровопролитная битва. Видя, что битва проиграна, Ярослав с Якуном бежали. Ладья Ярослава пристала под стенами Новгорода, а ладья Якуна поплыла далее, вниз по Волхову, за море.

На следующий день утром Мстислав стал обходить поле сражения и, видя иссеченных северян и варягов, сказал: «Кто сему не рад, вот лежат северяне а вот варяги, а своя дружина цела».

Стойкость северян в сражении с Ярославом может объясниться тем, что союз северян имел счет к Киеву еще с VIII–IX вв. Северяне не желали мириться с подчиненным Киеву положением, и именно эта давняя неприязнь могла в дальнейшем, в XII–XIII вв., предопределить антагонизм, существовавший между Киевом и Черниговом.

Мстислав послал сказать Ярославу, чтобы он сидел в Киеве как старший брат, а Мстислав будет княжить по иную сторону Днепра. Ярослав не верил словам Мстислава, и в Киеве сидели его (Ярослава) посадники. Сам Ярослав в столицу ехать не решался.

В тот же год у Ярослава родился сын, и был он назван Изяслав.

Решился приехать в Киев Ярослав лишь «сьвокупи воя многы». Шел 1026 год. Братья съехались у Городца и разделили Русь по Днепру. Ярослав «прия су страну», а Мстислав «ону… и быс тишина велика в земли». В 1027 г. у Ярослава родился третий сын — Святослав. В 1030 г. Ярослав овладел городом Белз на западных рубежах Галиции, но червенские города по-прежнему удерживались Польшей.

В тот год Ярослав ходил походом на чудь, в леса, отстоящие к западу от Чудского и Псковского озер. На высоком холме Ярослав основал город и назвал его Юрьев (Тарту). Город был призван утвердить власть Руси в чудских землях.

Скоро Ярослав узнал о кончине Болеслава I. Польша погрузилась во мглу мятежа. Это была реакция простого населения на феодализацию и христианизацию страны. Народ стал нещадно избивать «епископы, и попы и бояры своя и быс мятежь въ них».

Масштаб волнений, охвативших Польшу, не на шутку встревожил Ярослава. Не теряя времени, Ярослав объединил силы с братом Мстиславом, и русские полки выступили в поход на умиротворение Польши. Тут Русь вернула под свою власть червенские города. Из Польши Ярослав привел немалый полон. Часть пленных поляков Ярослав поселил на берегах реки Рось «суть и до сего дни».

В 1032 г. Ярослав принялся за усиление рубежа обороны, шедшего по левому берегу Роси. Летописец под 1032 г. сообщает: «Ярослав поча ставит городы по Реи».

В 1033 г. умер сын Мстислава Евстафий, и князь остался без наследника. Спустя два года Мстислав выехал на охоту, разболелся и вскоре умер († 1034 или 1036).

Хоронили Мстислава в Спасо-Преображенском соборе Чернигова, самим князем выстроенном в 1024–1036 гг. Черниговский Спасский собор пережил более старую Десятинную церковь Богородицы, построенную в Киеве при Владимире, и в настоящее время является древнейшим каменным зданием на Руси.

Строили Спасский собор при участии зодчих из Византии. Уделим некоторое внимание архитектуре древнейшего из сохранившихся русских соборов.

Размер, пролета главного купола соотносится с размерами отдельных конструкций собора. Это значит, что строители руководствовались четкими соотношениями в сочетании различных частей здания. Из этого проистекает и то, что, следуя данному принципу соразмерности при достраивании того или иного собора (собор собирали), к существующей конструкции добавляли отдельные модули, что не нарушало пропорций и всегда допускало дальнейшее строительство. При этом допускалась кратность не только в соотношении дальнейших элементов плана, но и в высотных измерениях здания. Тем самым русский собор являл собой цельную поэму, запечатленную в камне и всегда открытую для развития.

Стена Спасского собора сложена в соответствии с византийской техникой кирпичной кладки с утопленным рядом. Ряды, положенные из красного длинного кирпича-плинфы, перемежаются полосами светло-розового раствора, скрывающими утопленные ряды. Кроме того, стена собора украшена композициями из орнаментальной кладки.

Спустя несколько лет в Киеве расцвел каменный цветок, затмивший черниговский собор. Однако все конструктивные особенности, которые были заложены при стороительстве Спасо-Преображенского собора, при возведении киевской Софии были повторены и развиты.

В XI в. на Руси продолжалось бурное развитие торговли. Одним из показателей интенсивности и направления торговых связей Руси являются монеты, имеющие начертания названия стран и времени чеканки. Обратимся к свидетельству металлической летописи.

Первое, что бросается в глаза при прочтении металлической повести, — это то, что в VIII в. восток Европы ориентировался на торговлю с Персией, Средней Азией, Византией. На монетах, разбросанных на берегах рек Восточной Европы, начертаны названия городов Самарканд, Андераба, Балх. Вращалось большое число греческих монет X–XI вв.

В XI в. на востоке Европы исчезли куфические монеты. Меньше стало греческих монет. Падение Хазарского каганата и засилье тюркских кочевников в степях юга Восточной Европы в известной степени переориентировали торговлю Руси с востока и юга на запад. Во многом этим объясняются частые походы Владимира и Ярослава на берега Западного Буга.

В конце X в., и главным образом в XI в., на Русь хлынул поток монет германской и иной европейской чеканки. На монетах замелькали названия городов: Аугсбург, Регенсбург, Страсбург, Утрехт, Гронинген, Эрфурт, Вормс, Кельн, Базель, Докком.