Чтение онлайн

— И что же он должен сказать?

Лонги сглотнул, словно ему было невыносимо стыдно продолжать свой рассказ.

— Святой отец объявит, что человечество своим атеизмом и гедонизмом навлекло на себя Божий гнев и поэтому Бог решил наказать его. Кара будет длиться до тех пор, пока люди не вернутся на правильный путь — путь веры. Затем святой отец назовет еще два места, которые в скором времени поразит чума. Монтекьеса же позаботится о том, чтобы все сказанное исполнилось, и выпустит на волю возбудитель, и тогда…

— Это безумие, зачем римскому папе идти на поводу у этого маньяка?

— Это еще не всё, прошу вас, послушайте дальше. Чтобы доказать, что Бог в самом деле говорил с ним и посвятил в свой план, святой отец объявит, что одно из названных мест, то, которое окажется более богобоязненным, будет спасено. Монтекьеса, по-видимому, владеет двумя разными штаммами возбудителей чумы. При одинаковых симптомах одно заболевание окажется смертельным, а от другого возможно исцелиться. Он намерен выпустить возбудитель точно во время обращения святого отца. И тогда никто из жителей обреченных городов не сможет вовремя обезопасить себя. С другой стороны, никто не сможет утверждать, что римский папа просто воспользовался уже свершившимся событием. Монтекьеса также поведал о том, что составил списки тех мест, где люди особенно сильно отклонились от праведного пути. Это места с наименьшим количеством христиан, наименьшим количеством прихожан в церквях, самым высоким уровнем разводов и преступности, места, где церкви перестроили в коммерческие здания. И, конечно же, он подготовил и списки мест, где дела обстоят совершенно противоположным образом. Поймите, Монтекьеса годами вынашивал этот план, готовился воплотить его в жизнь. Он пригрозил, что, пока святой отец не согласится его поддержать, намерен распространять в разных местах смертоносный вариант возбудителя. Самое ужасное, что этот вариант тоже сработает, поскольку люди будут в отчаянии и начнут молиться. Просто весь этот ужас продлится дольше и выльется в большее число смертей. В случае если святой отец согласится и произнесет пророчество, немедленно появится доказательство истинности слов понтифика, что, по мысли Монтекьесы, быстрее приведет людей к вере. Я не сказал бы, что он торопит святого отца. Его слова в этой ситуации звучат примерно так: «Я доверяю вашей мудрости и умению сделать правильный выбор». Вы понимаете, синьор Кавелли, перед какой невероятной дилеммой стоит Ватикан? Если папа отвергнет предложение Монтекьесы или обратится к властям, погибнет гораздо больше людей. Сотни тысяч, если не многие миллионы. Святая Богоматерь!

Лонги вздохнул и перекрестился.

Кавелли воспользовался паузой, чтобы, наконец, задать давно мучивший его вопрос:

— Подождите, пожалуйста. Откуда нам знать, что этот синьор Монтекьеса не лжет? Власти сообщили, что люди в Чивита ди Баньореджо погибли, надышавшись отравляющих газов. Кто сказал, что это неправда? А если там вообще нет и никогда не было никаких возбудителей чумы…

Лонги устало махнул рукой.

— Нет, к сожалению, мы должны исходить из того, что все это правда. Произошла еще одна вспышка. Пару часов назад с нами связался священник. Сегодня утром в Геную прибыл круизный лайнер под названием «Фортуна». Все пассажиры, находившиеся на борту, умерли от чумы. Конечно, власти немедленно наложили официальный запрет на распространение этой информации. Слава богу, этот священник оказался совестливым человеком. Поскольку на судне было множество мертвецов, его пригласили, чтобы он должным образом проводил этих людей в последний путь. Но вообще-то он не имел права сообщать нам об этом.

Кавелли почувствовал, что ему трудно сосредоточиться, слишком много тревожных новостей обрушилось на него сразу.

— Круизный лайнер, наполненный трупами умерших от чумы людей? С учетом того, что он останавливался в каждом порту, скоро повсюду начнутся вспышки болезни!

— Нет, как я и говорил, Монтекьеса продумал все до мелочей. Во время выхода судна из порта в Рио-де-Жанейро все пассажиры на борту были еще здоровы. Скорее всего, кто-то подбросил возбудитель непосредственно перед отплытием. Гениальное преступление. С момента выхода «Фортуна» пять дней находилась в Атлантическом океане и не заходила ни в какие порты. А когда она прибыла в Геную, то на ее борту все уже умерли. Если бы кто-то заболел в других портовых городах, то это сразу бы заметили. Монтекьеса делает все возможное, чтобы держать болезнь под контролем. Пока! Однако не думаю, что властям удастся все скрыть во второй раз. На судне путешествовали пассажиры из самых разных стран, а значит, и к расследованию инцидента подключатся международные следственные органы. Самое позднее послезавтра об этом узнает весь мир. К сожалению, дальше все продолжится в том же духе. Монтекьеса наверняка уже планирует следующий теракт, если, конечно, уже не выпустил где-нибудь смертоносные бактерии.

— И что собирается делать Ватикан? Или вы не уполномочены говорить?

— Синьор Кавелли, я скажу вам то же самое, что сказал бы любому итальянскому новостному агентству или средствам массовой информации. Правда в том, что мы не станем ничего предпринимать. Ватикан никогда не станет соучастником преступления. Святая церковь никаким образом не может быть вовлечена в такой скандал, исходя из моральных и иных соображений. Только представьте себе, какой возникнет кризис доверия к католической церкви, если выяснится, что Ватикан поддерживал подобный заговор! Даже если участие будет оправдано самыми лучшими намерениями. Думаю, мне не надо вам напоминать, как отнеслись потомки к той снисходительности, которую проявил Пий XII [8] по отношению к Гитлеру. Пий считал, что церковь сможет спасти больше евреев, если не станет открыто осуждать Третий рейх. Но это его благое намерение до сих пор многие осуждают. По нашей оценке, Монтекьеса совершенно непредсказуемый человек, сегодня он выдает себя за друга церкви и папы, а что будет завтра? Что делать, если он примется утверждать, что его нанял Ватикан? Кто нам тогда поверит? Если папа поддастся на подобный шантаж, то станет участником этих событий.

— Но вы же должны что-то предпринять! — Голос Кавелли прозвучал более резко, чем он хотел.

— Как я уже сказал, Ватикан не будет ни во что вмешиваться, синьор Кавелли… — Лонги замялся, а затем тихим голосом продолжил: — Однако нам известна одна персона, которая, хотя и не служит в Ватикане, тем не менее хорошо осведомлена относительно тамошних манер и обычаев и даже имеет собственный ватиканский телефонный номер… Это человек, которому можно безоговорочно доверять и который в прошлом уже заслужил исключительное уважение церкви… Некто осторожный и умелый, кто мог бы самовольно, без нашего приказа, вступить в переговоры с Монтекьесой. Возможно, наладив контакты с террористом, он мог бы оказать на него влияние. И хотя этот человек не является клириком, но все же его легко можно принять за священника из-за его имени — Дон.

Кавелли показалось, что он ослышался.

— Вы предлагаете, чтобы я…

— Мы ничего не предлагаем и никого не нанимаем, — прервал его Лонги. — Если вы в общении с прессой или с кем-либо еще станете утверждать нечто подобное, мы будем категорически всё отрицать. Мы никоим образом не связаны с Монтекьесой. Была лишь пара аудиенций, что, конечно же, не редкость, и на одной из них он произнес какие-то бредовые вещи, что тоже не является чем-то необычным. Некоторые господа, которых удостаивают аудиенции, достигли такого почтенного возраста, что, к сожалению, их умственные способности оставляют желать лучшего. Это правда, истинная правда, и только вышесказанное мы готовы подтвердить. Мы не хотим и не намереваемся лгать. Мы не имеем никакого отношения к этому господину. Возможно, у нас даже был номер его мобильного телефона, но он, должно быть, потерялся. — Лонги вытащил из внутреннего кармана пиджака листочек бумаги и небрежно бросил его на клавиатуру перед Кавелли. — Сегодня пятница. Через пять дней состоится общая аудиенция на площади Святого Петра. Одно можно утверждать наверняка: святой отец ни в коем случае не станет утверждать, что с ним разговаривал Бог, и не будет произносить никаких пророчеств. Когда Монтекьеса это увидит, он откажется от умеренной версии своего плана и начнет бесконтрольно распространять возбудитель чумы.

Совершенно обессилев, Кавелли опустился на стул перед письменным столом. Он едва ли заметил, как монсеньор Лонги попрощался с ним и быстро поднялся по ступенькам лекционного зала. У двери тот снова обернулся, как будто ему только сейчас пришла в голову интересная мысль.

— О да, не помню, упоминал ли я об этом раньше… Если вы захотите воспользоваться какими-либо из ваших ватиканских привилегий, в любой форме, которая пришла бы вам на ум, не стесняйтесь обращаться напрямую ко мне. В любое время, без малейших стеснений. Мы полностью вам доверяем. — Он бросил на Кавелли немного неуверенный взгляд, словно желая убедиться, что тот понял все намеки правильно, а затем тихо покинул зал.

Несколько минут Кавелли просидел на стуле, невидящим взглядом уставившись в пространство. Он изо всех сил пытался осмыслить те новости, которые ему довелось только что услышать. Все это казалось ему совершенно абсурдным и немыслимым. Что там от него потребовал Ватикан? Естественно, совершенно неофициально… Он медленно поднялся со стула, чувствуя себя так, словно за час постарел на годы. Затем взял записку, лежащую на столе, и развернул ее.

Видео подрагивало, как будто его снимал непрофессионал, но все же оно получилось довольно четким. Ролик на смартфоне удивительно напоминал фильм ужасов. Сотни трупов: в каютах, в столовых, в коридорах, на палубе — везде. Искаженные лица с посиневшими губами и повсюду кровавая мокрота. Трудно даже вообразить, какие сцены недавно разыгрывались на «Фортуне». Сгенерированный на компьютере мужской голос деловито комментировал все, что происходило на экране. В частности, он с медицинской точностью и беспристрастностью описывал симптомы заболевания, от которого умерли все эти люди. На лайнере, несомненно, случилась вспышка бубонной чумы. Почти трехминутное видео под названием «Чума на круизном судне „Фортуна“, Генуя» было загружено на «Ютуб» через три часа четырнадцать минут после того, как судно вошло в порт, и сначала никто не обратил на него внимания.

Но всего через одиннадцать минут оно стало топовым. Его мог посмотреть любой человек из двадцати одной страны, если пытался найти в «Гугле» информацию о кораблекрушении в Генуе. Семьдесят минут спустя видео уже собрало более двух миллионов просмотров. О нем сообщали все значимые новостные каналы по всему миру. Минздрав Италии тут же ввел строгий запрет на трансляцию этих новостей прессой, как и в случае с Чивита ди Баньореджо, но кто-то из спасателей, работавших в Генуе, успел слить информацию. Качество видео, распространившегося по сети, говорило о том, что эти кадры сняты тайно на чей-то личный смартфон. Полиция оперативно и тщательно допросила всех подозреваемых и конфисковала все отснятые на борту видео. Правительство изо всех сил стремилось избежать утечки информации и сдержать распространение панических настроений. Тем более что в министерстве считали, что подобные случаи в стране еще могут повториться.