Чтение онлайн

Тем временем рядовые татары и мурзы требовали от Давлет Гирея новых походов на Россию. Непривычные к повседневной работе, верные грабежу и разбоям, они хотели новой добычи и пленников, чтобы те работали на них или их можно было продать. Хан уступил их требованиям, с 50000 конницы он двинулся от Молочных Вод к русским украинам. Донские сторожи, тотчас отметили движение Орды и оповестили воевод украинных городов о надвигающейся опасности. Сами же казаки, воспользовавшись уходом основных сил татар, вместе с запоржцами и русскими воеводами Верёвкиным и Прончищевым, устремились к Ислам Кирменю, взяли его приступом, разграбили и сожгли. Всё мусульманское население было вырезано или захвачено в плен во всех окрестных улусах. Освобождены были многие русские пленники. На Дон казаки пригнали многотысячные стада скота.

Не удовольствуясь этим, казаки приступали к Очакову и Белгороду, где взяли большой полон. Татары, придя в отчаяние, непрерывно слали гонцов хану, с просьбами скорее возвращаться и изгнать страшных казаков. Тем временем Давлет Гирей, захватив нескольких русских пленников, узнал от них, что сам царь Иван с отборным войском стоит в Калуге. Хан не стал искушать судьбу и, удовольствовавшись незначительной добычей и полоном, поспешно ушёл в Крым.

1576 год. Иван Грозный, желая обеспечить безопасность южных рубежей, в предстоящей войне со Стефаном Баторием, учередил на Волге особую «судовую рать». Она состояла из двух полков; большего и передового. В них входили и донские казаки. Так в «Разрядной книге» за 1576 год мы находим запись: «В судовой рати в 1576 году в большем полку, в плавной, К. Н. Тюфякин да голова Нарышкин, а с ними пермичи, двиняне, кинешемцы, балахонцы, горховчане, юрьевчане, коряковцы… в передовом полку устюжане, тотмичи, да донские атаманы». Казаки в государеву «судовую рать» отправлялись из «охотников» и сменялись каждый год, получая за это жалованье.

***

1577 г. Начавшаяся война с польским королём Стефаном Баторием требовала многих опытных бойцов, и царь отправил на Дон грамоту атаманам и казакам, с призывом послужить ему в Ливонской войне. Прибывший в Главное Войско русский посланник, придя в Круг, зачитал государеву грамоту, принятую донцами благосклонно. Казаки, посовещавшись, отправили по городкам гонцов, с призывом к «охотникам» идти на службу в Ливонию. Вскоре в Раздорском городке сошлось около 3000 казаков во главе с походным атаманом Михаилом Черкашениным, пожелавших искать чести и славы в далёкой Ливонии. Прибыв в Стан русских войск, казаки бесстрашно сражались с немцами и поляками «оказывая чудеса храбрости».

29 июня 1577 года умер давний враг России и донского казачества крымский хан Давлет Гирей. На престол вступил его сын Магмет Гирей. Исполняя древний обычай кочевников, он решил ознаменовать своё воцарение пожарами нашествия и кровью. Но пошёл в поход не на Россию, а на Польшу, не ожидавшую подобного «вероломства» от недавнего союзника. Татары выжгли и разорили большую часть Волынской земли, уведя значительный полон.

Видя это, Иван Грозный отправил в Крым посольство князя Мосальского, ища в новом хане союзника против Стефана Батория. Но Магмет Гирей за свою дружбу потребовал от Москвы Астрахань и хотел, чтобы царь искоренил или свёл казаков с Дона и Днепра. Переговоры зашли в тупик и Магмет Гирей отправляет в Москву своего посла Арслан мурзу, с грамотой к царю Ивану. В ней говорилось: «Да тока ж ты брат наш, с нами, с другом своим, похош в любви и мире быти и меж двух добра хотети, и которые казаки у тебя на Дону, и ты бы тех казаков велел свести, чтобы брата нашего Хандыкерева, и что его городу Азову от них докуки не было, потому, что Хандыкерева земля наша, а наша земля Хандыкерева, и что городу Азову твои казаки докуку чинят, так бы еси ведал, ежегод твои казаки, Доном приходя, Азову шкоту чинят. И сего лета казаки твои, дважды пришед, под Азовом шкоту учинив, пошли».

На все претензии и жалобы Арслан мурзы, в Посольском приказе, ему отвечали: казаки донские и днепровские от России не зависят, они есть воры и разбойники. Первые есть беглецы российские и литовские, коих велено ловить и казнить, если появятся в пределах Руси. Вторые же, черкасы запорожские, служат они Баторию. Переговоры затянулись, но мир так и не был заключён. Стефан Баторий, опередив Ивана 4, золотом купил его для Литвы и Польши.

Однако казаки не только стяжали себе честь и славу в Ливонии и под Азовом. Они занимались разбоями на Волге и громили волжских нагаев, разорили улус Урамамет мурзы. Тот отправил царю жалобу. «Да Урус же князь говорил: приходили де государевы казаки сего лета и Сарайчик воевали и гробы их разоряли; и нам то стало за великую досаду». Но нагайский мурза лукавил, умолчав в своей жалобе, что его нагаи, соединившись с азовцами, грабили и разоряли русские украины. От чего казаки их и погромили. «Приходили де на алаторские места с азовскими людьми вместе и, воевав, пошли в Нагаи назад, и на Волге волжские атаманы Ивашка Кольцо да Барбоша с товарищи их громили… а те атаманы Ивашка Кольцо да Барбоша с товарищи на Волге своровали: твоих Урусовых послов и иных мурз послов и наших детей боярских Василья Пелепелицина с товарищи перебили и переграбили, да иных казаков сыскали. Митю Битоуса с товарищи, которые на Волге были и наших детей боярских и ваших послов перебили и переграбили; и мы на тех казаков опалу свою наложили, казнити их велели смертью перед твоим человеком Урагметем… А для атамана Ивана Кольца, да Барбоша с таварищи и для иных казаков послал государь в Казань и в Астрахань, и во все украинные городы, а велел тех волгских атаманов и казаков, имая, казнити смертью».

В этом же 1577 г. впервые в русских документах упоминается имя самого известного донского казачьего атамана: Ермака Тимофеевича (Тимофеева). Он ещё с четырьмя атаманами: Иваном Кольцо, Яковом Михайловым, Матвеем Мещеряком и Никитой Паном, занимался на Волге разбоем и грабежом купеческих и государевых судов, азиатских посольств, и рыбных учугов. Кроме них, на реке орудовало ещё несколько казачьих ватаг. Терпение царя лопнуло после выше упомянутого нападения донских атаманов Богдана Барбоши, Ивана Кольца, Никиты Пана и других атаманов и казаков, на русского посла Пелепелицина, ехавшего с нагайскими послами под охраной 300 конных нагаев.

Нападение произошло у Соснового острова и имело для посольства печальные последствия. Против казаков были двинуты стрельцы, дворяне и дети боярские. Но судя по всему, первая попытка усмирить Ермака «со товарищи», провалилась. Это зафиксировано «Сибирской летописью»: «з Дона возташа самовольно казаки с атаманом Ермаком Тимофеевым сыном, которые с Дону вышли и многую пакость Московского государства всякого чина людям деяша, животы и товары и государеву казну грабиша, и по указу многие посылки ратных людей на сего атамана на Ермака посланы были. И он же атаман Ермак с товарищи русскую рать побили».

Тогда на Волгу, для усмирения разбоев, был послан деятельный и великий стольник Иван Мурашкин с сильным войском. Стольник стал железной рукой наводить порядок на великой реке: разбил часть воровских казаков, и безжалостно казнил захваченных донцов. Однако царь не ограничился посылкой войск на воровских казаков, но и потребовал этого от Войска Донского. Историки Визен и Броневой, в своей работе писали: «На Дону, после получения царского указа, атаман собрал войсковой Круг, на котором было принято решение, против отряда Ермака выслать войско казаков, и Ермак должен быть отправлен в Москву». Этим самым Войско Донское объявило атамана Ермака вне войскового права и закона.

Однако решение Войска запоздало. По пятам преследуемый стольником Мурашкиным, Ермак ушёл в астраханские степи. Где напал на «мирных» нагаев, громил их улусы, взял и разграбил столицу нагаев Сарайчик, ограбив даже мусульманские могилы. (Смотри упомянутую выше жалобу Урамамет мурзы) Но нагаи считались подданными России и жаловались на разбои ермаковской ватаги. Казакам пришлось бежать далее, на север, на Каму, где был основан казачий стан.

Жестокость Ивана Грозного, при подавлении заговоров противников единовластия, многочисленные казни не только князей и бояр, служилых людей, городовых казаков и посадских людей, имели свои негативные последствия. Спасаясь от ужасов беззакония, служилые и посадские люди, десятками покидали свои волости, устремляясь на Дон, Волгу, Медведицу, Хопёр, Базулук. Часть из них, слившись с коренными донцами, совершали дерзкие морские и конные походы на Крым и Азов.

Тогда как вторая их часть, тяготясь опасностями войны с татарами и турками, занялась грабежом купеческих караванов и рыбных учугов на Волге и Каспии. Первое время, в 50 – 60 годах, правительство Ивана 4 закрывало на это глаза, так как казаки держали в страхе и повиновении Москве нагаев, мордву, черемисов, башкир, татар и других инородцев. Однако со временем, разбои эти слабо пресекаемые государством, приняли такие размеры, что на Волгу, как мы видим, стали посылаться крупные карательные экспедиции, такие как стольника Мурашкина.

Казаки Лейб гвардии Казачьего полка. Сидит четвёртый слева – полковник Хрещатицкий. Офицер с солдатским Георгием – сотник Васильковский. Крайний справа сидит казак х. Средне Митякинского Исаев В. Фото из семейного архива автора.

1578 г. Стараясь пресечь массовое бегство на Дон и Волгу, и усиления в связи с этим «воровских казаков», Иван Грозный отправил всем воеводам украинных городов и земель «именной наш приказ, что не велено ни кого на Дон пропущать и с Дону казака ни какова пущать не велено на украины». На Волге царские воеводы продолжили истребление «воровских казаков». Так после очередного разгрома донскими казачьими атаманами Иваном Юрьевым и Митей Бритоусовым Сарайчика, они были схвачены царскими войсками и в присутствии нагайских посланников казнены вместе со своими товарищами.