Чтение онлайн

– Пока я не готов ничего комментировать. Перейдем к Кате. Насколько я понял, она была в плохих отношениях с твоим отцом, – утвердительно проговорил Томас. И не дав возможности возразить, сам ответил: – Она терпеть не могла старика. Я прав?

– Нет. В основном, они ладили, – неуверенно пробурчал Виктор.

– Вить, мне не нужно врать. Сейчас я твой друг. Помни, что это ты ко мне пришел. Я никого не обвиняю. Хотя стоило бы тебя посадить годков на пять для профилактики за твою «честность» перед народом. Либо ты говоришь правду, либо я закрываю это дело. И ты садишься в тюрьму. На данный момент всё указывает на тебя.

– Томас, я не лгу и не скрываю ничего. У них не было никаких отношений. Скорее, мой отец, мягко говоря, недолюбливал Катю. Это вначале он возненавидел ее. Всё пытался завести со мной о ней разговор. Даже на нее наорал, типа, мол, проститутка и потаскуха. Я же ему четко сказал, что не желаю слушать ничьих советов и сам могу разобраться в личной жизни. Мы негласно условились, что больше не будем подымать эту тему. Он тоже должен понять, что она мне нужна. Я устал от бесконечного одиночества. А с ней мне хорошо. Отец, скорее всего, это осознал в итоге, смирился, но всё равно держался с ней очень холодно, когда они пересекались. Мы даже не приезжали вместе к нему в гости. Да и мои отношения с отцом изменились не в лучшую сторону.

– Деньги! Он знал, что она с тобой из-за денег. Да и ты это понимаешь. Да, да. Я вижу вас вместе, – сказал Томас, закрыв глаза. – Она очень красива. Брюнетка. Нет, она блондинка. Я прав?

– Она красится в блондинку, – ответил Виктор, который никак не мог поверить в сверхспособности детектива, и иногда ему казалось, что его просто дурачат. – Она хорошая девушка. Но…

– Но любит деньги, – не дал договорить Томас. – И не любит тебя. Не надо скрывать этого. Вы с отцом разошлись из-за нее. Он желал тебе только лучшего, а ты выбрал красивую куклу, для которой не существует морали. Она будет с тем, кто больше заплатит.

– Я люблю ее. Этого и ты не можешь понять. Но это никак не касается дела. У нее железное алиби. Она была в компании своих подруг весь тот вечер. Десяток людей могут это подтвердить.

– А ты с этими людьми разговаривал, или она тебе так сказала? Ха-ха-ха-ха, – рассмеялся Томас. – Вы такие смешные, миллионеры – воротилы бизнеса. Строите из себя крутых, не считаетесь с законом, но готовы всё потерять в миг из-за какой-то девки, которая найдет тебе замену за пару месяцев. А может, она уже нашла?! И ты пытаешься ее выгородить, чтобы вернуть? Но в таком случае она точно не убила бы твоего отца, у нее не было бы мотива…

– Она хотела, чтобы мы выиграли этот проклятый тендер, – громко сказал Виктор. – И ни слова больше о Кате и наших отношениях. Если ты такой умный, скажи мне, что произошло с отцом. Делай дело и хватит копать там, где тебя не просят.

– Я не знаю. Я всего лишь наблюдаю, сопоставляю, предполагаю. А мое подсознание достраивает недостающие элементы.

– Больше ни слова о ней.

К этому моменту они уже доехали до дома, где жил Александр Ершов, отец Виктора. Это был огромный дом, чем-то напоминавший средневековый замок. Однако в нем также чувствовались пережитки конструктивизма семидесятых. В нем непонятным образом как будто были совмещены все архитектурные стили, когда-либо существовавшие на земле. Вокруг он был огорожен глухим трехметровым забором.

– Я всегда хотел спросить, от кого люди хотят спрятаться за таким забором. Это же какое-то средневековье! – с сарказмом сказал Томас.

Входную дверь открыла пожилая женщина. Она не сразу впустила гостей, недобрым взглядом встретив Виктора. Томаса же сначала вообще не удосужила вниманием.

– Отец на связь не выходил? – спросила она.

– Нет…

– Здравствуйте, – встрял в разговор Томас.

– Можете звать меня госпожа Гураль. Или лучше Евгения Васильевна, – сухо ответила ему женщина. В ее голосе можно было отметить нотки беспокойства.

– А что же вы так волнуетесь? – бесцеремонно задал вопрос Томас.

– Я? – возмущенно переспросила женщина. В ее тоне появилась дерзость, присущая служащим людям, которые волею судьбы становятся на время хозяином положения и могут качать свои права. – А вы вообще кто такой?

– Меня зовут Томас. Я здесь по приглашению Виктора. Но вы так и не ответили, к чему такое волнение.

– Кто этот хам? – резко повернула голову Евгения Васильевна к Виктору.

Он не сразу нашелся, что ответить. Поняв, что врать бесполезно, объяснил, как он нанял детектива, чтобы тот разыскал отца.

На что получил справедливый ответ:

– Надо не в детективов играть, а писать заявление в полицию, чтобы профессионалы занялись поиском, и не посылать своих ослов в черных костюмах бродить по всему поселку, наводя страх на жильцов.

Ситуация становилась всё напряженнее. Женщина показывала всем своим видом, что пускать в дом никого не собирается. Томас представил ее маленьким злым йоркширским терьером, пытающимся защищать свой дом от крупных овчарок. Даже оскал похож. От своих мыслей он улыбнулся, а через несколько минут, не сдержав эмоций, рассмеялся до слез. Такое поведение женщина посчитала личным оскорблением и сильно хлопнула дверью. Виктор уже немного привык к неординарным поступкам своего спутника и с печалью наблюдал, как тот стоит, скорчившись от спазм, вызванных недавними эмоциями.

– Я должен ее допросить, – через минуту сказал Томас, выглядя очень серьезно.

Он постучал в дверь. Ответа не последовало. Звонок, еще один. Наконец Евгения Васильевна приоткрыла дверь с намерением высказать всё, что она думает о пришедших мужчинах. Томас ее опередил, спросив, где она была вечером 13 мая в промежутке с восьми до двенадцати часов вечера, когда убили Александра Ершова.

– Он мертв? – побледнела женщина. В обычной ситуации она заживо съела бы какого-то хама, посмевшего назвать ее начальника по имени без отчества. «Александр Борисович», – жестко поправляла она всех, даже очень высокопоставленных гостей, чем не раз заслуживала недобрый взгляд своего начальника.

– Определенно. Я встречал много случаев, когда мужчины пожилого возраста исчезали, а потом внезапно возвращались. Может оказаться, что ему надоела страна, возможно политика со всей ее грязью, семья, которая любит только его деньги, прислуга, командующая в его собственном доме, или погода, дарящая вечно серое небо со шквалами ветра. Например, он уехал один подальше от всех. А потом вдруг вернется отдохнувший домой, пошлет всех и счастливо спокойно доживет свой век. Или другой сценарий: его похищают, требуют выкуп, вы платите, он с расшатанными нервами приходит домой и до конца своей жизни запирается в четырех стенах. Но нет! Это другой случай. Я могу сказать наверняка, что ваш отец и начальник уже не жилец на этом свете. Пока мы ехали в автомобиле, – начал свое представление Томас, – я много чего прочитал о жертве в Интернете. Я также написал своим друзьям, которые вращаются в его кругах. Один мужчина со связями, однажды наняв меня, недооценил мои способности и теперь вынужден подвергаться постоянному шантажу с моей стороны. Не хочет он, чтобы все узнали, что он спал со своей пятнадцатилетней племянницей. Моя совесть чиста, поскольку меня не касается то, что не причиняет вреда другим людям. Видел я эту племяшку. Уверен, что она по постелям скачет с лет двенадцати, и неважно, по чьим. Вопрос, кто кого еще соблазнил. Но судья выносит приговор: пять лет верной службы на благо моих темных замыслов. И теперь он мне сливает всякий инсайд об этих бюрократических ублюдках. Ваш отец и шеф был человеком, который успел запачкать руки в дерьме. Однако он всегда выполнял то, что обещал, и никогда никого не подводил. Его друзья и недруги сейчас обеспокоены затяжной болезнью, поскольку он не выполняет свои обязательства, что абсолютно противоречит его психотипу. Нет. Он был слишком жестким и суровым мужиком, чтобы сбежать, как двадцатипятилетний мальчик, который летит на Бали, потому что устал за три года пахать по шесть часов в офисе. Тьфу, гадость!

Человек – это биологическая машина, которая подчиняется простым правилам. Чтобы понять тайные помыслы, нужно изучить всего лишь законы, согласно которым существует эта машина. Я, и только я сумел осознать их. Поведение человека подобно простому силлогизму. В жизни есть простые посылки – внешний мир, из которых можно получить только одно-единственное заключение, которое представляет собой поведение человека. Все люди как две капли воды похожи друг на друга. Только у каждого разные посылки в жизни, поэтому они и совершают разные деяния! – с жаром говорил Томас, почти без акцента. Во время повествования он близко-близко подошел к Евгении Васильевне, смотря прямо ей в глаза и не обращая никакого внимания на Виктора, как будто бы его вообще не было здесь.