Чтение онлайн

За «антипартийную деятельность» и «мелкобуржуазный уклон» в октябре 1926 года Лев Троцкий выведен из Политбюро. Это мероприятие ознаменовалось скандалом. «Расшалившиеся» члены ЦК ВКП(б) швыряли в него разными предметами, которые он скрупулезно перечислил в своей жалобе: «Тов. Кубяком с трибуны брошен был в меня стакан. Тов. Ярославский бросил в меня томом контрольных цифр, прибегая к хулиганско-фашистским методам. Тов. Шверник также бросил в меня книгу».

В октябре 1927 года на XV съезде ВКП(б) его исключили из ЦК. Когда 7 ноября 1927 года вся страна отмечала десятилетие Октябрьской революции, то на демонстрацию троцкисты попытались выйти особой колонной с портретами своего вождя. Но бравые комсомольцы разогнали их, обзывая «жидовскими мордами» [175] .

На этом падение с вершины партийного Олимпа не закончилась— 11 ноября 1927 года Льва Троцкого исключили из партии. Меры справедливые, т. к. он не разделял идеологии партии. Точно так же с ним поступили и на Западе.

В январе 1928 года власти сослали Льва Троцкого в Алма-Ату [176] . В России впавших в немилость к руководству страны традиционно ссылали в провинцию. Вначале 1929 года его выдворили за пределы СССР — посадили на пароход и отправили в Турцию. Почему именно в эту страну? Другие западноевропейские государства, за исключением Дании, просто отказались принять политического бунтаря и «вождя мировой революции», в неизбежность которой он верил до самой смерти. А в Копенгаген Лев Троцкий не хотел ехать сам, настаивая на Берлине. По злой иронии судьбы судно, на котором он отправился из Одессы в Стамбул, называлось «Ильич»— в часть Владимира Ильича Ленина. Хотя планировалось его отправить на другом пароходе, тоже с революционным названием — «Калинин», но оно застряло во льдах.

Другой пикантный момент— в 1922 году Лев Троцкий сам проголосовал за принятие ВЦИКом решения о наделение ГПУ правом высылки за границу причастных к антисоветской деятельности лиц. Тогда тоже без суда отправляли в изгнание философов, писателей, ученых— цвет старой российской интеллигенции [177] .

С 1929 по 1933 год Лев Троцкий жил с женой и старшим сыном Львом Седовым в Турции на Принцевых островах в Мраморное море. Издавал антисталинский «Бюллетень оппозиции». Написал автобиографию «Моя жизнь» и свое основное историческое сочинение «История русской революции».

Подвергал критике индустриализацию и коллективизацию в СССР за авантюризм и жестокие методы.

В 1933 году он перебрался во Францию, а в 1935 году — в Норвегию. Продолжал активно критиковать Москву. В книге «Преданная революция» охарактеризовал сталинский режим как бюрократическое перерождение диктатуры пролетариата и вскрыл глубокие противоречия между интересами бюрократической касты и интересами основной массы населения.

Его деятельность все больше и больше раздражала Кремль. В газете «Правда» 24 августа 1936 года был опубликован приговор московского суда: «Троцкий Лев Давидович и его сын, Седов Лев Львович, изобличенные… в непосредственной подготовке и личном руководстве организацией в СССР террористических актов… в случае их обнаружения на территории Союза ССР подлежат немедленному аресту и преданию суду Военной коллегии Верховного Суда Союза ССР».

В конце 1936 года уехал в Мексику; жил в доме художника-троцкиста Диего Риверы, а затем на укрепленной и охраняемой вилле в Койокане. Разоблачил в печати Московские процессы 1936–1938 годов [178] .

Об этом эпизоде отечественные историки предпочитают не вспоминать. Если изложенные ниже факты действительно имели место быть, а аргументировано утверждать, что они придуманы противниками Льва Троцкого— крайне сложное занятие, то по-другому начинаешь относиться к борьбе Иосифа Сталина с «троцкистами».

Сначала цитата из мемуаров бывшего советского дипломата Григория Беседовского. В ноябре 1929 года он ушел на Запад. В отличие от литературного творчества других «перебежчиков», его книга содержит только достоверную информацию. Вот что он писал о периоде конца 1923– начала 1924 года, когда в подмосковном поселке Горки умирал изолированный Иосифом Сталиным и болезнями от реальной политической власти Владимир Ленин.

«Москва переживала критические минуты. В течение двух недель мы все ждали переворота. Троцкий мог, как Пилсудский, буквально в течение нескольких минут овладеть властью. Письмо Антонова-Овсеенко (начальник Политуправления Реввоенсовета Республики. — Прим, авт) в Политбюро с предупреждением, что «если тронут Троцкого, то вся Красная Армия станет на защиту советского Карно», напрягла нервы сталинцев до предела. С минуты на минуту могла совершиться катастрофа. Но Троцкий смалодушествовал. Сталин тем временем вызвал из Харькова Фрунзе (командующий всеми Вооруженными Силами Украины и Крыма, уполномоченный Реввоенсовета Республики Михаил Фрунзе. — Прим, авт.), быстро все переделавшего, заменившего командный состав своими людьми с Украины. Через короткое время опасность переворота была устранена, а струсивший Троцкий безнадежно скомпрометирован» [179] .

Есть свидетельства и других высокопоставленных советских функционеров, подтверждающих этот факт. Да и упоминавшийся выше Владимир Александрович Антонов-Овсеенко действительно написал письмо 29 декабря 1923 года, и в нем звучали слова в защиту Льва Троцкого. О поддержке Льва Троцкого армией, а вернее, столичным гарнизоном и отдельными московскими военными училищами, вспомнили на февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 года [180] .

Почему Лев Троцкий не воспользовался предоставленным ему шансом и не захватил власть в стране? По мнению историка и автора монументальной монографии «Сталин и заговор генералов» Сергея Минакова, одна из основных причин в том, что Льва Троцкого отказалось поддержать командование Красной Армии [181] .

Лев Троцкий громогласно заявлял, что все обвинения во вредительстве против его сторонников в Советском Союзе сфальсифицированы чекистами по приказу Иосифа Сталина. Дескать, были они «белые и пушистые», вели исключительно дискуссии на политические темы и советской власти не вредили. Хотя в последние годы всплывает множество фактов, утверждающих обратное.

В 1939 году британский инженер Джон Литтлпейдж, который по контракту с 1927 по 1937 год проработал в советской горной промышленности, издал в Лондоне книгу «В поисках советского золота». В ней он рассказал о своих приключениях в большевистской стране. Мемуары на производственную тему? Да, если бы не один фрагмент:

«У меня никогда не было интереса к тонкостям политических решений в России, пока я не сталкивался с ними, но чтобы работать, я должен был разобраться, что случилось в советской промышленности.

Я твердо убежден, что Сталин и его сторонники потратили много времени, чтобы выяснить, что недовольные революционные коммунисты («троцкисты». — Прим, авт.) были его заклятыми врагами».

В своей книге автор рассказывает о факте саботажа в промышленности, с которым он столкнулся в 1931 году на рудниках Урала и Казахстана. Рудники были частью огромного производственного объединения по добыче меди и бронзы. Подчинялись они непосредственно «троцкисту»— заместителю наркома тяжелой промышленности СССР Георгию Леонидовичу Пятакову.

Снова обратимся к книге британского подданного.

«Рудники были в катастрофическом состоянии. Это можно сказать и о производственно-технологических условиях. Ужасающие условия жизни рабочих».

Сама по себе ситуация в одной из стратегических отраслей пока не говорит о попытках саботажа со стороны руководства. В стране полными темпами шла индустриализация и, может быть, рудники не успели восстановить после окончания Гражданской войны.

Весной 1931 года британец вместе с Георгием Пятаковым участвовал в закупке подъемников для шахт в Берлине. Инженер отвечал за проверку качества оборудования. В ходе проверки он обнаружил массу технических дефектов и явную негодность их для эксплуатации в суровых климатических российских условиях. Об этом он сообщил руководству делегации, но в ответ получил холодный отклик и намек не влезать в чужие дела. Оборудование было все же закуплено, при этом члены делегации (позднее все они были осуждены как «троцкисты») получили комиссионные от немецких бизнесменов [182] . А вот куда пошли эти деньги — непонятно. По мнению отдельных современных историков— на финансирование деятельности «троцкистов» в СССР. По мнению сторонников политической невиновности Льва Троцкого и его людей, на счета в заграничных банках и в бумажники Георгия Пятакова и коллег. Вторая версия звучит не очень убедительно. Потратить в Советском Союзе крупному партийному функционеру «заработанные» деньги было крайне сложно. Времена НЭПа прошли, да и жить с буржуазной роскошью им бы никто не позволил. Это сейчас чиновники и политики могут позволить себе все, а при Иосифе Сталине… А вот заплатить «партийные» взносы они могли. В деньгах нуждался и сам Лев Троцкий — привык он к роскошной жизни. Да и надо было как-то финансировать деятельность своих сторонников в Советском Союзе.

До 1937 года Лев Троцкий воспринимался в Москве как политический «болтун», не способный на активные действия в отношении СССР. В противном случае его бы нейтрализовали значительно раньше 1940 года. Достаточно вспомнить судьбу Коновальца или лидеров белогвардейского движения. Реализовать этот план было проще, чем кажется на первый взгляд. Вооруженная охрана появилась у него в конце тридцатых годов прошлого века. До этого времени его особо не охраняли.