Дорога к Храму
Шрифт:
–М-м-м…
Мужчина перевернулся на живот, а затем встал на четвереньки и шатаясь пытался подняться. Потом замахал рукой, словно пытаясь за что-то зацепиться. Девушке все-таки пришлось помочь родителю подняться, пытаясь не обращаться внимание на исходящий от него смердящий запах.
Проклиная родителя на чем, свет стоит, придерживая его, Варвара направилась в сторону дома. Теперь дорога займет в два раза больше времени. Отец её мужчина высокий и сильный, так что тащить его «отдельное удовольствие».
– А Ва-а-арваре на базаре нос оторвали, – дразня дочь и растягивая слова орал мужчина. Когда-то в детстве именно этим выражением он и «отрезал» дочь от себя. Теперь, даже если бы он и захотел, то не смог бы найти с родным ребенком общего языка.
– Когда тебе твой Боженька уже язык оторвет, – переговаривалась девушка, понимая, что ничего её отец и не вспомнит. Пьющий он был человек, но при этом как-то странно верящий в Бога.
Когда был трезвый так порой любил читать мораль и говорить о том, как тёска его – Владимир Красно Солнышко Русь крестил. Когда жену свою бил – ссылался на то, что воспитанием занимается. Потом, было дело и на Варю пытался руку поднять. Да только девушка не из робкого десятка, да и он был не совсем трезв. Раз она ударила отца сковородкой, другой раз ногой пнула удачно – и более он её не трогал, только смотрел зло и боязливо. Мать свою Варвара сначала защищать пыталась, но, когда та раз за разом останавливала свое дитя и оправдывала «кухонного бойца» – перестала обращать внимание и предпринимать попытки изменить ситуацию.
– Ах ты, – попытался в ответ на слова дочери огрызнуться. Рукой замахнулся и… упал на спину. Тут его трясти начало, как в припадке.
– Эй, ты чего?
Варвара сначала стояла, кричала на родителя пытаясь дозваться. Но когда он стал биться головой об асфальт, попыталась остановить его.
– Ты что совсем что ли двинулся? – порыкивая и из последних сил пытаясь уберечь родительскую голову.
Со стороны все это походило на какую-то странную драку, так что если б на пустынном перекрестке и оказались люди, то не решились бы подойти, а сбежали подальше.
Чем дольше продолжалась их потасовка, тем больше кровь было вокруг – лицо и затылок себе отец в кровь разбил, а все равно продолжал пытаться убиться. Кричал на всю улицу – да кто выйдет посмотреть, в чем дело? На рёв похож его голос, да и привычные здесь к подобным звукам от пьяниц. Девушка старалась удержать его от ударов, но не получалось.
– Не могу! Не могу!
Слова слетали с губ мужчины, половину из них Варвара не запоминала. Все как в тумане и все казалось странным, правдоподобным сном.
Вдруг, чья-то крепкая рука взяла девушку за шкирку и оттащила от мужчины.
– Ау! – Варвара приземлилась спиной на влажный осенний асфальт, сильно ударившись головой и локтем.
Впрочем, подскочила она тут же, да было поздно. Отец уже лежал и не шевелился.
Варя медленно подошла посмотреть, что случилось.
Владимир лежал лицом вниз, в луже из крови. Его кожаная куртка и джинсы были в грязи и следах от травы.
Ударивший в лицо живительный ветер, казалось, с опозданием донес до школьницы звук ломающегося носа и стук головы о твердую поверхность. И вместе с тем пришло и странное спокойствие.
«Не должны, наверное, люди на труп так реагировать. Но труп ли?»
Разум взял верх и Варвара отправилась домой, по пути приводя себя в порядок. Задаваться вопросом о том, как так вышло сейчас было не время.
– Где отец? – тихо спросила мать, когда Варя ступила на порог.
– Кажется, он умер. Нужно вызывать врачей.
Дальше следовала истерика, корвалол, скорая и полиция. Варвара лишь радовалась, что сестренки крепко уснули. Да и на вызов, связанный с трупом, приезжают на удивление быстро.
«Дорога от дома до ларька занимает двадцать минут. С отцом я шла до дома в среднем всегда не менее тридцати минут. Но меня не было около часа – время не сходится.»
Варвара отчаянно не хотела, чтобы гибель нелюбимого отца приписали на нее. О том, что на нем ее отпечатки девушку не волновало – в конце концов они живут в одной квартире и странно было бы обратное.
Но мать, убитая горем, даже и не обратила внимания на эту несостыковку. А следователь не задал столь каверзный вопрос.
– Допился до чертиков – вот и все, – фыркнула Варя на расспросы полиции и те ушли, понимая, что это дело или очередной «висяк» или же дело рук местных пьянчуг.
Как и любая почти непредвиденная ситуация, смерть тоже требует денег. Но когда мать брала кредит на похороны Варя была лишь рада – на это средств не жалко.
«Лишь бы закопали так, что б не поднялся»
Дуня и Женя и правда грустили по отцу. В силу возраста они не до конца понимали от какого зла избавились – так считала старшая сестра.
Как и большинство мужчин Владимир мечтал о сыне. Но первой родилась дочь. Из-за имени отец семейства сначала шутливо поддразнивал, но с каждым годом шутки были все менее и менее смешными. Когда Варе стукнуло тринадцать лет, она решилась поговорить, но ни к чему это не привело. Владимир отличался отсутствием эмпатии и плохо умел общаться с людьми. Анализируя свое хладнокровное поведение, Варвара поняла, что унаследовала некоторые его черты.
Конец ознакомительного фрагмента.