Чтение онлайн

— Да, Сань, не позавидуешь ей, — покачал головой мужчина.

— О чём я и говорю, Генрихович. Сегодня вон в деканат пойдёт с мамой. Хамон с шампанским отнесёт. Нужно какой-то экзамен досдать.

Мы замолчали, думая о своём. Тренер сам попросил меня, чтобы я перешёл в общении с ним на «ты». Но всё равно, панибратства я себе не позволял, ведь очень уважал этого человека. Поэтому все эти «Генрихович» и «ты» были только наедине. Сначала я думал, что такое отношение ко мне лишь из-за моих футбольных подвигов в сборной. Но со стороны Александра Генриховича не было никакого фанатского восхищения, лишь опека и проявление неких отцовских чувств. Бородюк помогал мне исключительно как человеку и искренне желал мне только добра как в жизни, так и на футбольном поле.

Ассистент подошла ко мне и мягко попросила стать на своё место. Я попрощался с тянущими ко мне руки фанатами и скинув кожух на руки костюмеру побежал к мячу. Актёры начали непринуждённо прохаживаться по площади. Включили снежную пушку и я стал отрабатывать «чеканку».

— Roll camera… Camera rolling… Action, — раздался переклик голосов и съёмки начались.

Сколько меня родные не расспрашивали, я был без малейшего понятия, в чём был замысел режиссёра этого видео. Зачем снимать в трёх городах? Ничего, скоро увижу.

Снимали по пятнадцать минут с перерывами на обогрев. Ведь я колотил по мячу в футболках и шортах. Да и снег, летящий за шиворот, не добавлял настроение. Закончили только к двенадцати дня. Бородюк сразу запихнул меня в машину и рванул на первой космической на базу. Благодаря тому, что впереди нас ехала милицейская машина с мигалками — пробки со светофорами нам не грозили.

— Сань, ты не представляешь, что тут творилось. Я спать хотел пораньше лечь, тут звонок от Палыча — включай новости на «Первом». А там ты весь в крови. Первым делом подумал теракт! Вторым, а что ты в Дубае делал? Никто ничего не знает. Ну а потом уже твой телефонный разговор с Эрнстом пустили и все успокоились. Но твои арабы, это нечто! Твой Халифа к Путину через месяц приезжает, будут тут вопросы решать. Говорят, что стадион будут помогать разворачивать. Я там вчера проезжал, так грузовиков нагнали, мама не горюй. Мебель выносят, двери, окна. Да и к твоей «Академии NIKE» тоже арабы присоединились, а за ними и «Валенсия», «Манчестер Юнайтед», Абрамович, «Барселона», мадридский «Реал»…

— Генрихович, я к этой академии ни слухом, ни духом, — перебил я мужчину.

— Сань, без тебя никакой академии бы в Москве не было. Поэтому она и твоя.

Я лишь покачал головой. Если даже симпатизирующий мне тренер думает, что я на что-то повлиял, то что другие себе надумали? А Бородюк между тем продолжал:

— В Москве денежных родителей хватает, так что нехватку в учениках твоя «Академия» ощущать не будет. Наоборот, как бы за эти места драки не началось, как при отборе в твою «Валенсию». Эти же ребята и за границу будут ездить, да и с такими именитыми футболистами будут играть! Да и для нас хорошо — стадион развернут, популяризацию футбола к этому добавь. Ты там пачку зефира возьми в пакете, перекуси немного. Там и термос с чаем, только осторожно, не облейся.

Можно сказать, что на базу мы летели. Бородюк боялся опоздать на презентацию новой формы. В салоне автомобиля негромко играл джаз. Я уже немного изучил характер и привычки Александра Генриховича, поэтому прекрасно знал, что он обожал это музыкальное направление.

— Генрихович, а за что ты любишь джаз?

Бородюк кончиками губ улыбнулся, хитро посмотрел в мою сторону и продолжил следить за дорогой. Я уже не думал получить ответ, как тренер спросил:

— Тебе действительно интересно? — и дождавшись моего кивка, продолжил. — К джазу я пришёл не сразу. Помню, несколько лет назад мне так хреново было, а потом включил радио и просто растворился в музыке. Сейчас джаз могу слушать постоянно. Он более созвучен с моим внутренним миром, чем остальная музыка. Он мне в резонанс, как-то очищает, вселяет оптимизм, снимает мне напряжение, и это… даже трудно объяснить, это что-то другое… необъяснимое, — сказал тренер и замолчал.

Я не стал дальше развивать тему музыки, налил себе чая, откусил зефирку. Нашёл свежую газету «Советский спорт» и стал перелистывать листы. Случайно наткнулся на статью о предстоящем матче «Россия — Бразилия» и стал читать. Был указан список футболистов, приглашённых на игру. Это были вратари: Акинфеев, Овчинников и Бородин; защитники: Анюков, братья Березуцкие, Игнашевич, Колодин и Сенников; полузащитники: Алдонин, Гусев, Жирков, Билялетдинов, Измайлов и Лоськов, Семак, Семшов, Смертин и я; нападающие: Аршавин, Кержаков, Кириченко и Павлюченко. Больше всего было представителей ЦСКА. Я насчитал их аж семь человек. Из легионеров были — я и Смертин. Что меня сильно удивило в списке футболистов — не было ни одного представителя «нестоличных» команд. Питер я в расчёт не брал. Зенитовский клуб — это отдельная история, так как в конце прошлого сезона контрольный пакет акций клуба приобрела компания «Газпром». После чего пошли большие денежные вливания в систему питерского клуба.

Неужели в периферийных клубах нет достойных игроков для вызова в сборную? Сомневаюсь. Просто наш тренерский штаб привык использовать «проверенных» футболистов и делать ставку только на них. Будь моя воля, я бы на сборы приглашал бы не двадцать три футболиста, а человек тридцать-тридцать пять. Пускай они и не принимали бы участие в играх сборной, а только тренировались. Но почувствовать климат команды, увидеть внутреннюю «кухню» — это многого стоит. Да и сам факт приглашения в сборную окрылял бы ребят и придавал бы им сил в клубе. А то получается, если хочешь попасть в сборную, то тебе нужно перейти в столичный либо питерский клуб. Смешно! Я дальше углубился в чтение и минут через пять решил уточнить у тренера одну деталь.

— Генрихович, я тут прочитал, что Бразильская конфедерация футбола в качестве гонорара за нашу встречу получит миллион долларов. Это правда? За что им столько платить?

— Саш, ты многого пока не понимаешь и не знаешь. Во-первых, не миллион, а полтора. А во-вторых, наша федерация тоже получит свой жирный кусок пирога, — сказал Бородюк, не отрывая глаза от милицейской машины впереди.

— Ничего не понял. А можно товарищ тренер поподробнее? Я весь во внимании, — начал прикалывался я.

— Конечно, можно. Время на болтовню пока есть, поэтому слушай. Есть у меня один хороший знакомый в РФС. Зовут его Пётр Владимирович. Он из коммерческого отдела. Буквально на днях я с ним встречался и кое-что узнал. Так вот. В нашем спортивном календаре есть так называемые «окна», предусмотренные для организации товарищеских и коммерческих матчей сборных. Первое марта — как раз такое «окно». И в конце октября прошлого года компания «Nike» обратилась к нам с вопросом, готовы ли мы в этот срок провести коммерческую игру со сборной Бразилии. «Nike» — технический спонсор обеих сборных, и ей такой матч очень интересен. Тем более что обе команды впервые выйдут на поле в своей новой форме. Вообще-то сейчас у нового руководства РФС есть концепция ориентироваться на встречи сборной с максимально сильными соперниками. Смотри, с кем мы договариваемся в последнее время — с Германией и Италией. Логично вписывается в этот ряд и Бразилия. По мне, лучше периодически встречаться со сборными мирового класса, чем играть ненужные матчи со слабыми командами. Да и федерация больше денег поимеет от встречи с той же Испанией, чем с Болгарией. Понимаешь? Сейчас пришло время зарабатывать на футболе, а не вкладывать в него. Как это было раньше. Новый президент федерации, известный тебе Виталий Леонтьевич, выдвинул программу, приоритетами которой является развития футбола в стране и создание необходимых условий для «резкого прорыва в массовости увлечения футболом». Не знаю, что из этого получится, но хочется верить только в хорошее и смотреть в будущее с оптимизмом.

— Если бы так было! Ещё не известно где осядет часть этих заработанных денег. Дойдут ли они до регионов и на развитие детско-юношеского футбола? Что-то я сомневаюсь, — высказал я свои мысли.

— Будем надеяться, что в РФС работают грамотные и порядочные люди. И они будут умело распределять деньги на развитие футбола в стране…

— Не забывая при этом о себе и своих карманах, — угрюмо добавил я.

— Слишком умный ты, Саня. Смотри в РФС или Правительстве случайно такое не ляпни. Правду-матку никто не любит. А вот палки в колёса тебе такие вставят, что мама не горюй. Дам тебе один совет. Улыбайся всем мило, но свои мысли озвучивать чиновникам поостерегайся. Думаешь мне всё нравится в нашем футболе? Нет. Не всё так просто, как кажется в, — Бородюк посмотрел на часы и продолжил. — Кстати, надо поторапливаться. На презентации формы будут какие-то представители от «Найка». Поэтому меня и просили не опаздывать.

Я не стал больше развивать эту щепетильную тему. Сделал музыку погромче и уставился в боковое окно. Из динамиков голосил Луис Армстронг свою знаменитую песню «What A Wonderful World».

'I see trees of green, red roses too

I see them bloom for me and you

And I think to myself what a wonderful world…'

Я ушёл в свои мысли. Да, мир чудесен и прекрасен. Видимо есть силы во вселенной, которые хотят сделать нашу жизнь чудеснее и прекрасней. Ведь неспроста мне даровали память от умирающего человека в будущем. Сломался компьютер в ноосфере и накопленные знания ушли ко мне, шестнадцатилетнему пацану. Начну с футбола, а с возрастом буду помогать и простым людям. Но для этого нужны деньги. Большие деньги! Русские говорят — «Деньги к деньгам», а испанцы — «El dinero llama al dinero», что в дословном переводе означает — «Деньги зовут деньги». Но испанская нация трактует эту поговорку немного иначе — «Чем больше денег, тем больше возможностей.» И я согласен на все сто процентов. Деньги это прежде всего возможности.