Чтение онлайн

Так и замялась довольно важная тема, из-за которой в своё время я предупреждал Сашу не водиться с братом. Но об этом позже.

– Фим это что гитара?
– заметила с краю от беседки музыкальный инструмент сестра, - а сыграй что-нибудь. Я никогда не слышала твоё пение в живую.

– А надо было на концерт в Москву приехать, услышала бы, - припомнил я ей свою обиду. Аделина сначала обещала приехать, потом передумала, меня задело её непостоянство. Терпеть такое не могу. Уважаю людей, которые изначально знают, чего хотят.

– Ой, ладно тебе Емеля, на обиженных воду возят, - "предала" наше короткое союзничество леди Ди, - давай расчехляй свою балалайку и повой нам на луну. Произведи на меня впечатление Ален Делон.

– Оберон, - поправил её я, - до Ален Делона мне как вам до приятного общения.

– Вот сучонок, - усмехнулась она, впрочем, беззлобно.

Я наигранно поклонился.

– Артист мать вашу, - покачала она головой.

– А мне приходилось слышать чудесное пение Ефима, - припомнил дядя наше давнишнее общение в гараже. Было круто. Было кому открыться, и я благодарен этому человеку, если бы не он, смог бы я стать артистом? Сомневаюсь.

– Спой сынок, - потеплел тон мамы в отношении ко мне.

– Только давай без своей попсы сценической, - попросила язвительно тётка.

– Откуда вам знать, что я исполню не одну из своих песен, если вы послушали лишь первые тридцать секунд "сломленных"?

– От верблюда, меньше слов, больше действий, - огрызнулась женщина. Кажется, я поймал её на лжи. Уверен, тётка обожает, мои композиции и врёт всем, что Емеля ей не к душе.

– Что же, приступим, - взял я гитару и провёл пальцами по струнам. Звук всё такой же чистый, как и пять лет назад.

– Только на русском балаболь, я не понимаю вашего забугорного, - предупредила заранее мама Саши.

– Посмотрим, что смогу подобрать, - припомнил я одну из песен, написанных после отъезда в штаты. Тогда я был немного потерян, и зол.
– Только потом не жалуйтесь, что много жестокости в словах.

– Ты сначала спой, а там поглядим.

Касания пальцами струн, и гитара стала издавать мелодичные звуки. Сначала они успокаивали, но по мере резких прикосновений стали тревожными. Я заметил как внимательно люди собравшиеся, чтобы отметить моё возвращение, наблюдали за моим лицом и пальцами. Аделина посматривала с волнением, она словно чувствовала, что переживаю я, пока наигрываю мелодию. Мама особо сильно не прониклась, но упорно делала вид, что понимает происходящее в моей душе. Дядя прикрыл глаза и покачивался в такт. Леди Ди же пристально не сводила голубых глазищ, словно пыталась уличить меня в наигранности и лжи. Может частично она и была права.

Муки совести изувечили душу,

Раскрой шире глаза, смотри и слушай!

Ты пожалеешь о том, что натворила,

Порвала меня в клочья, сломала, убила.

Закрыла глаза, открой их немедленно,

Пока прошу, жизнь в руках я ношу.

Провалившись в ноты, звуки и текст, я совсем позабыл о своих зрителях. Так случалось постоянно. Именно поэтому я почти никогда не волновался перед выходом на сцену, знал, что случится, и смысла напрягаться лишний раз не видел.

От влечения, теряю рассудок,

Разные люди, тени... Ублюдок!

Слушать меня, ты не хочешь, я понял.

Как обычно в моей голове,

Возникает твой жалкий поганый портрет.

Сломай ещё раз меня и пусть наступит твой happy end!

Перед глазами застыла картинка прошлого. И пока я пел, отдавая всего себя, мне хотелось прогнать её, заставить оставить меня. Немного сфальшивил, но моя маленькая аудитория не заметила ошибки, даже придирчивая тётка смотрела на гитару как на фокусника, за которым хочется наблюдать и разгадать секрет. Но пока она видимо не догоняла.

Муки совести рвут на части,

Но ты предала меня, я не причастен.

Я выбрал твоё наказание,

Оно ждало тебя как призвание.

Я оторву твои крылья, как ты сломала их мне,

Я сожгу их в жарком адском огне.

В своём любимом отрывке я включил всю свою харизму как делал это на сцене ради фанатов. Строки лились потоком как бурная река, как огромный водопад, сносящий ветки и камни на пути.

Вцепившись в горло руками,

Я разорвал его как оригами.

Мучатся, смысл потерян,

Ты мертва, а я жив, теперь сам растерян.

Сижу рядом с тобой, просил ведь слушать,

Глупая, глупая туша.

Последний аккорд. Пока все заворожённо наблюдали за мной, я поднял глаза раньше положенного. Пока текст лился из моих уст, во двор дома Могилевских вошли двое. Ради них последние четыре строчки, я исполнил жестче, чем положено.

– Ёшки-матрёшки, а я думала ты только сопли всякие поёшь, - зааплодировала мне тётя, и я, как и на сцене поднялся с места и поклонился.

– Благодарю, ваше мнение действительно важно для меня. Спасибо леди Ди, позволите отблагодарить вас?
– протянув ей свою ладонь, я не ожидал, что она даст мне свою в ответ, однако тётя удивила меня своей внезапной покорностью. Я улыбнулся ей и поцеловал руку, как будто мы оказались в средних веках.

– Галантно, однако.

– Егор, - приободрилась мать, прервав мой триумф.

Мама как оголтелая поспешила к пришедшей парочке, а тётя лишь бросив на будущего зятя кривой взгляд, изобразила рвотный рефлекс.

– Припёрся, всю малину испортил, как обычно гадёныш, - фыркнула как кошка женщина, - смотри на него Оберон и не стань таким же.

Вау, спасибо брат, что ты хуже меня, благодаря твоему характеру, я в глазах этой ведьмы кажусь ангелом.