Чтение онлайн

– В Канзас-Сити, – ухмыльнулся Калеб.

– Я, кстати, рассчитывал избавить Мэтта от лишней работы. Так что, Калеб, сделай одолжение, прогуляйся. А то здесь все тобой провоняло.

Калеб снова оскалился и приподнял шляпу в шутливом приветствии.

– С удовольствием, Док. И я тебя не забуду.

– Надеюсь, в своих молитвах, – сказал Док.

Когда Калеб вышел, Мерц заметил:

– Не стоит задевать Калеба. Мерзкий тип, и злопамятный.

– Да пошел он.

Док еще раз внимательно осмотрел шею.

– Что мне не дает покоя – это рваная рана, – сказал он. – Подобную мог бы оставить безумец.

– Безумец?

– Мерц, доводилось видеть больных бешенством?

– Нет.

– Жуткая штука. Поражает мозг, больной одновременно не выносит света и мучается от жажды. И начинает кусаться, как собака. Притом безумие удесятеряет силы.

– По-твоему, такой бешеный укусил Ната?

– Не утверждаю… Но на собачий укус это не похоже. Впрочем, сказать по правде, на человеческий тоже. Просто пытаюсь рассуждать вслух.

– Но если не человек и не зверь, кто остается?

Док ухмыльнулся:

– Зубастые растения.

– В общем, по-моему, это собака, – сказал Мерц.

– А если слушать Калеба – кто сплющил собаку и запихнул ее в бак, когда Нат был мертв? Но, исполняя свой замысел, некто неимоверно сильный мог убить Ната следом за собакой. Мог свернуть Нату шею и укусить его, тем более одержимый бешенством.

– Думаешь?

– Просто рассуждаю вслух. Я составлю заключение о смерти. Скажем, сломанная шея, потеря крови. Обстоятельства смерти неизвестны.

Док надел шляпу и вышел.

Дэвид сделал все, как велел Преподобный: набрал коротких прутьев и поместил их вдоль дороги со стороны леса. Он воткнул каждый дюйма на два в почву, оставив торчать сверху три дюйма.

С того места, где через дорогу, спиной к деревьям, на другой стороне стоял Преподобный, расстояние для пистолетного выстрела было довольно велико, особенно по такой мелкой и смутно различимой цели.

Закончив приготовления, Дэвид присоединился к Преподобному, который держал револьвер в опущенной руке. Встав рядом, он не сразу сумел различить прутики.

– Вы-то хоть их видите? – спросил Дэвид.

– Сынок, я еще не настолько одряхлел.

– А пуль нам хватит?

Преподобный взглянул на Дэвида.

– Их даже больше, чем нужно.

Запустив руку в карман сюртука, он достал две коробочки с патронами.

– Хватит для небольшой армии, но нам столько стрелять не придется.

– Вы, ребята, собрались стрелять или болтать, пока прутики не завянут? – Эбби собрала остатки пикника и сложила в повозку.

– Замечание по делу. – Преподобный улыбнулся Эбби.

«Боже, – подумал он, – я давно не был так счастлив».

Он с трудом отвел взгляд от Эбби, которая была великолепна – с руками за спиной и блестящими глазами наблюдая за происходящим.

– Ладно, сынок, – сказал Преподобный. – Это револьвер военно-морского образца, 36-го калибра, модель 1861 года. Переделанный из капсюльного под унитарный патрон.

– А не проще было купить новый? Папаша говорит, 45-й – штука что надо.

– Мне этот больше по вкусу. С оружием дело совсем не в калибре. А в том, в чьих оно руках.

Он медленно взвел курок, поднял револьвер и выстрелил. Один прутик пропал.

Так повторилось пять раз – и не стало еще пяти прутиков.

– Хорошая стрельба, – сказал Дэвид. – Но больно медленно.

– Я учу, как правильно стрелять, а не как быстро доставать револьвер.

– Но я и этому хочу научиться.

– Тогда воткни новые прутики.

Дэвид отправился исполнять поручение. Пока он был занят, Эбби и Преподобный молча смотрели друг на друга. Не было нужды говорить, когда им просто было хорошо.

Дэвид вернулся к Преподобному.

– Моя очередь?

– Почти. – Преподобный зарядил револьвер и заткнул его за кушак.

А потом выхватил. Дэвид едва успел разглядеть движение. Рука Преподобного словно расплылась в воздухе – и вот револьвер уже нацелен, взведен и грянул первый выстрел – и первый прутик исчез; курок снова взведен – второй выстрел, потом еще и еще, пока в воздухе не повисло облако едкого дыма. Все прутики были скошены под корень.

– Господи Боже! – сказал Дэвид.

– Сынок, следи за языком. В отличие от нас, Господь не такой уж любитель меткой стрельбы.

– Черт, вы не хуже, чем Дикий Билл Хикок.

– Пожалуй, лучше, – серьезно сказал Преподобный.

– А можно теперь я? Хочу попробовать.

– Пока только стрелять, без лихого выхватывания.

Дэвид кивнул. Тем временем Преподобный зарядил револьвер.

– А как же кобура? Наверное, она пригодилась бы, чтобы быстрее доставать? – спросил Дэвид.

– Это всё бульварные книжки. Хикок, например, носил кушак. Когда мушка спилена, – Преподобный продемонстрировал, что мушка плавно сглажена, – можно не бояться зацепа. Кобура имеет свойство захватывать револьвер. Кушак или просто ремень лучше – пойди приготовь новые прутики.

Дэвид помчался за новыми мишенями. На сей раз он набрал целую горсть и воткнул прутики в ряд. Он пересчитал их – одиннадцать.

Бегом вернулся к Преподобному.

Преподобный протянул ему револьвер.

– Когда будешь готов, возьми покрепче и направляй точно палец. Целиться не нужно. Представь, как ты выпрямляешь палец и наводишь на мишень. Так ты вернее попадешь. Мягко нажимай на курок.

Дэвид поднял револьвер, взвел курок и выстрелил. Пуля попала в край дороги.

– Ты слишком старательно целишься. Нужно как бы слиться с револьвером. Он должен стать частью тебя, твоим железным пальцем.

– Можно засунуть его за ремень и выхватить?

– Разве что хочешь лишиться мужского достоинства.

Дэвид обдумал услышанное.

– Намекаете, я могу отстрелить себе хер?

– Вот именно.

Эбби прыснула.

– Простите, мэм, – сказал Дэвид. – Я совсем про вас забыл.

– Всё в порядке, – сказала Эбби.

Дэвид снова направил револьвер через дорогу, взвел и выстрелил. Он повторял это, пока барабан не опустел. Ни один из выстрелов не поразил цель, но они ложились все ближе.