Чтение онлайн

Название Ашкеназ ученые идентифицируют со страной, по-видимому, граничившей с Арменией в районе верхнего Ефрата, т. е. находившейся где-то рядом с Урарту. Но, странное дело, уже в средние века топоним Ашкеназ служил для обозначения некоторых территорий Северо-Западной Европы: первоначально густо населенных евреями земель по берегам Рейна, а потом и всей Германии. Ашкеназами стали называть немецких евреев и их потомков, расселившихся в Восточной Европе, в США и многих других странах.

Вероятно, в древности земля Ашкеназ была как-то связана с местом остановки и расселения одного из кланов потомков Ноаха, сохранившего память о своих «допотопных» корнях. Легко допустить, что именно там были значительно распространены и укоренены идеи иудаизма, и что именно оттуда в большой мере они перекочевали на берега Рейна. Мы, конечно, далеки от того, чтобы повторять здесь бестолковые рассуждения о перемещении в пространстве целых народов и государств. Но мы также знаем, что первые иудейские общины появились в Германии еще в эпоху римских легионеров. И несомненно, что в легендах и в памяти этих общин жили воспоминания не только о земле Израиля, но и о земле Ашкеназ, которая, вероятно, послужила своеобразным мостом в распространении иудейской религиозной традиции. Нет никаких оснований полагать, что первые иудеи Закавказья, а затем и Европы обязательно были семитами, тем более что, как мы скоро увидим, термин «семиты» имеет исключительно лингвистическое, но отнюдь не этническое содержание.

В генеалогической горизонтали сынов Гомера в близком соседстве с наименованием Ашкеназ стоит имя Тогарма. В исторических памятниках это имя в качестве этнонима встречается в знаменитой переписке выдающегося иудейского деятеля X века Хасдая ибн Шапрута, дипломата, личного врача и тайного советника Халифа Кордовы Абд-аль-Рахмана, с хазарским каганом Иосефом. Каган сообщил в письме своему корреспонденту, что его народ происходит из рода Тогармы, сына Иефета и внука Ноаха. Оказывается, у Тогармы было десять сыновей, и одного их них звали Хазар. По-видимому, речь идет об одной из ключевых фигур хазарского эпоса. В Таблице народов о сынах Тогармы не упоминается. Зато в средневековом еврейском хронографе середины X века «Книге Иосиппон», несомненно известном кагану Иосифу, горизонталь сыновей Тогармы приведена полностью. В основу хронографа положен латинский перевод «Иудейских древностей» и пересказ «Иудейской войны» Иосифа Флавия. От имени Иосиф происходит название книги – «Иосиппон». Хронограф был чрезвычайно популярен в средневековом мире, и его космогоническая часть, как бы развивающая и дополняющая библейскую Таблицу народов, стала «мифологическим прикрытием» неясной исторической картины происхождения практически всех известных тогда племен от сыновей Ноаха.

Хазары вплоть до конца X века занимали территории, некогда контролировавшиеся киммерийцами. Не исключено, что в недрах народной памяти жили предания о древней стране Ашкеназ, как-то связанной с религиозными представлениями земли и народа Израиля.

Теперь посмотрим на горизонталь сынов Хама, состоящую из четырех имен, три из которых легко идентифицируются с соответствующими географическими территориями: Куш – с Абиссинией или Эфиопией (страна Куш), Мицраим – с Египтом, уже известный нам Кнаан – с Ханааном, занимавшим территорию Эрец Исраэль и некоторых прилегавших к ней земель. Среди потомков Куша необходимо отметить богатыря («гибор») Нимрода, связанного с землей Шинар, вероятно, историческим Шумером. Фигура этого лидера чрезвычайно важна для дальнейшего повествование, и мы вскоре к нему обратимся.

С Мицраимом соотносится этноним Пелиштим, как можно понять, в ранге внука. Пелиштим идентифицируют с древним народом, который сохранился в исторической памяти под именем филистимляне. Отметим, кстати, характерное недоразумение. Сегодняшние палестинские арабы, активно выступающие не только на ближневосточной, но и на мировой сцене, считают себя потомками филистимлян. Это курьезное генеалогическое несоответствие призвано подчеркнуть древность присутствия в регионе, и соответственно, как им кажется, законность территориальных притязаний. Современный топоним Палестина, разумеется, связан с этнонимом Филистимляне (Пелиштим). Но понятие «палестинские арабы» просто означает «арабы, живущие в Палестине», точно также, как модное ныне «московские питерцы» – просто питерцев, живущих в Москве. Исторические филистимляне, конечно, арабами не были и быть не могли, поскольку, у арабов и евреев, как известно, одинаковые генеалогические корни вплоть до праотца Авраама (в арабской версии – Ибрагима). Именно он и его сын Ишмаэль считаются прародителями исмаилитов-арабов. Иное утверждение просто противоречит логике древних текстов, на которые, собственно, палестинцы и ссылаются. Не было бы никакого смысла говорить об этом историческом курьезе, если бы он активно не использовался для политических спекуляций сегодняшнего дня.

Кнаан является прародителем одиннадцати народов, расселивших на территориях, сначала называвшихся Ханаананом, а затем, после завоевания его израильтянами – Эрец Исраэль. Пределы страны Ханаана описаны в рассматриваемом нами фрагменте очень скрупулезно. Согласно пророчеству Ноаха, эти земли сперва подверглись египетскому завоеванию («раб рабов будет он у братьев своих»), а в последствии – завоеванию потомками Шема во главе с Моше (Моисеем) и Иехошуа бин Нуном («Кнаан же будет рабом им»).

Очевидно, что одна из генеалогических линий потомков Шема является магистральной для Автора Писания: именно Шем стоит на линии Ноах – Авраам. Мы еще ничего не слышали об Аврааме, но уже предупреждены, что никто иной, как Шем является «отцом всех сынов Эвера». А этот антропоним, вероятно, существенно повлиял на обозначение важного для Пятикнижия этноса – «ибрим», «евреи».

У Шема, согласно Таблице народов, было пять сыновей, четверо из которых очевидно ассоциируются с названиями влиятельных держав или народов древнего Востока: Элам (государство в юго-западной части современного Ирана), Ашшур (ведущая держава «послешумерского» периода Месопотамии), Луд (Лидия – крупная страна в Малой Азии) и Арам (т. е. арамеи, воинственные племена, активно боровшиеся за гегемонию в Месопотамии). К слову сказать, далеко не все народы, обитавшие в этих странах, говорили на семитских языках! Возникает странная путаница: «эламиты» и, скорее всего, «лидийцы» не были языковыми семитами.

Но главный сюрприз ждет нас впереди. Третьего сына Шема зовут Арпахшад, и прямых географических соответствий этому имени не обнаруживается. Впрочем, это имя встречается в других книгах Библии. Именно Арпахшад в данной генеалогии стоит на прямой линии Ноах – Авраам, т. е. является прямым предком последнего. Но, что интересно: часть его имени «хшад» («кшат», «кшатр») – один из стандартных признаков, по которым специалисты узнают так называемых ирано-ариев. На языках этой группы «кшая» означает царь, «кшатр» – царство и так далее.

Все приведенные выше факты (пусть и разрозненные, поскольку мы не стремились в угоду гладкописи выстраивать сомнительные цепочки причин и следствий) свидетельствуют о том, что деление человечества на «иефетидов», «хамитов» и «семитов» – дело весьма зыбкое и эфемерное. Непонятно, в чем заключается содержание этих терминов. В языковых структурах? В этнической принадлежности? В территории обитания? В психологическом характере? Или же в наиболее общих психофизических признаках, ставших следствием всех этих факторов, т. е. в том, что называется «раса». Но ведь из Писания нам доподлинно известно, что все люди, так или иначе, произошли от одного человека – Адама. Что же случилось потом? Происшедшее представлено как вполне естественный цивилизационный процесс. Процитируем по Б. Берману: «…разделились острова народов по их землям, каждый по своему наречию (лашон), по своим семьям в своих народах» (Б. 10; 5). Речь идет, судя по всему, о закреплении народов на определенных территориях, по их землям, т. е. тех, что им предназначены. Ни о каком другом «разделении» нет и речи. Стало быть, некоторые наиболее общие свойства, присущие большим суперэтническим группам, развились уже в процессе этого «разделения» или даже после него, а отнюдь не являются генетически обусловленными, данными от природы.

Однако на основании этой информации некоторые исследователи делают вывод о становлении и развитии расовых признаков в некогда едином макрочеловеческом сообществе. Хамиты стали основой негроидной расы, иефетиды – сразу двух рас, европеоидной и монголоидной. Что же касается семитов, то они, несмотря на свою сравнительно небольшую численность, якобы представляют собой отдельное расовое образование. Впрочем, «официальная», т. е. общепринятая расовая теория причисляет семитов к европеоидной расе.

А как определяется понятие «раса» в современной науке? И откуда вообще взялось это «неудобное» деление человеческого рода, имевшее самые отвратительные последствия для человечества?

«Раса – исторически сложившаяся группа человечества, объединенная общность наследственных физических признаков (цветом кожи, глаз, волос, формой черепа и др.), обусловленных общностью происхождения и первоначального расселения». Это словарь С. Ожегова.

Осмысливая это и другие определения, становится ясно, что теория, утверждающая деление человечества на расы не могла, рано или поздно, не привести к оценке представителей разных рас и, как следствие, признания физического, интеллектуального и нравственного неравенства разных расовых групп. Что в действительности и произошло в тот период истории науки, когда биологические исследования человеческой природы привели к чисто позитивистскому отношению к человеку. Еще в XVIII веке в ходе первых попыток биологической систематизации шведский ученый К. Линней «вводит» человека как род в отряд приматов класса млекопитающих, приписав людям умственное и культурное неравенство. И пошло-поехало… Вот уже выдающийся французский биолог Ж. Бюффон определил белого человека как венец творения, а черных – как представителей дегенеративных рас. Да что там говорить: сам Вольтер, властитель дум просвещенной Европы, считал негроидов промежуточным звеном между человеком и человекообразной обезьяной.

Вплоть до XIX века расовая теория имела только биологическое обоснование, т. е. речь шла, главным образом, о внешних анатомических признаках. Однако к середине столетия ситуация в корне меняется: теперь широкую популярность получают теории о расе как едва ли не главном факторе исторического развития. Книга французского ученого Ж… А. Гобино так и называется – «Опыт о неравенстве человеческих рас».

Термин «семиты» был впервые введен в научный обиход немецким ученым А. Л. Шлоцером для обозначения большинства народов, перечисленных в уже известном нам фрагменте Книги Бытия в качестве потомком Шема (Сима). Классификация Шлоцера носила сугубо лингвистический характер и подчеркивала общность их языков. Причем, заметим, семитские языки – лишь одна из ветвей обширной языковой семито-хамитской макросемьи. В начале XIX века стала развиваться теория индоевропейской языковой общности. Вокруг этой чисто лингвистической теории начали формироваться расовые концепции, вскоре слившиеся с концепциями биологического расизма. Жуткие последствия, к которым привело слияние расизма с антисемитизмом к началу XX века, известны достаточно хорошо.