Чтение онлайн

Сюда я его привез сразу же после того, как выполнил задание Императора и отчитался о нем верховному видящему. Единственное, что он пожелал взять с собой — щенок. Маленький черный бродячий пес, с которым он делился своей едой и спал с ним в обнимку. Дрог очень дорог Виленту.

Мне пришлось держать ответ перед самим Императором, и доказывать невиновность мальчика перед магистратом. Потом выплачивать неустойку за смерть палача, который скончался через несколько дней, после памятных событий. Краснеть перед матерью, которая решительно не понимала — зачем оно мне все было нужно…

И кто знает, чем бы это все могло закончиться, если бы не личное расположение Императора и высокая родословная…

Но оно того стоило, Нарри.

Позже, я разыскал его мать. Ею оказалась молодая девушка из городской нищеты. Она не больно жаловала мальчика, и, кажется, даже обрадовалась тому, что возможно больше никогда его не увидит. Она рассказала о том, что отец его был заезжий маг из стихийников. Я хотел было узнать его имя, но видимо он представился выдуманным и разыскать его не удалось. Да и не думаю, что это было бы хорошей затеей. Маги не очень-то рады своим бастардам.

Я начал наблюдать за ним год за годом. С возрастом он становился все сильнее. Его слух, нюх и зрение стали почти звериными. И даже подумал, что наследил в небольшом городке — оборотень.

Но — нет! Он давно достиг возраста зрелости, но еще ни разу не оборачивался. Потому не понятно, что с ним не так…

И я начал учить его охоте на нежить и нечисть. Так он и стал нелюдимым Охотником, Нарри.

Вилент — непонятное явление и ему не следует попадаться в руки магам. Его просто замучат или, того гляди, вообще — убьют. Знаешь ли, одаренные не очень любят такие отклонения.

Думаю, не стоит говорить о том, что и Вилент знает, чем грозит ему близкое знакомство с другими магами. При последней и единственной встрече, нам удалось скрыть его способности, но вряд ли удастся проделать это же еще раз.

Я едва смогла сдержать слезы, проникнувшись несчастной судьбой мальчика. Сложно было представить мне, принимавшей заботу матери, как что-то само собой разумеющееся, как это — быть никому не нужным существом. Презираемым всеми и отвергнутым собственной матерью. Я тихо возблагодарила всех богов и попросила сил и здоровья для Брианны Ардне.

— Он для меня гораздо больше, чем просто ученик или даже друг. Он — моя семья.

Ну а вот это уже неправдоподобно даже.

— Неужели бабушка не соизволила устроить для тебя выгодный династический брак?

— Почему же? Она, конечно, пыталась, но ее дети увы не отличаются послушанием. Ни я, ни твой отец… а уж моя сестра… дорогая племянница, это долгая история и я не хочу говорить об этом на ночь глядя. Доброй ночи.

— Доброй ночи! — отозвалась я, давая понять своим тоном, что разочарована внезапно прервавшимся разговором.

Я долго ворочалась в постели, но и сама не заметила, как меня сморил сон.

Утро выдалось на удивление солнечным.

После ливня, чуть не смывшего мир в преисподнюю, погода казалась особенно волшебной.

Дом был практически пуст. За исключение меня, здесь были только пауки по углам и парочка кружащих над пустым столом мух.

Монотонное жужжание раздражало, но ловить мух не для меня занятие и я решила сделать вид, что мы друг-друга не видели и сбежать на улицу.

Прохладный воздух ласкал обоняние запахом сырой земли и распустившихся цветов.

Солнце вылизывало лицо длинными теплыми лучами.

После дождливых пасмурных дней это утро стало началом новой жизни. Земля наполнялась потоками живой силы, которая впитала в себя энергию воды и теперь наливалась солнечной теплом. Она вибрировала, дышала, радовалась. Она дрожала в объятьях утренних ласковых лучей.

Мне не нужно было концентрироваться, настраиваться или контролировать внутренние потоки, как учила меня ранее мама, чтобы это ощутить. Сила и радость земной стихии вливалась в мою кровь таким мощным потоком, что я не могла противиться, да и не сильно и хотела.

Я пьянела.

Повинуясь бьющей ключом энергии, я сняла сапоги и села, скрестив ноги.

Мои руки сами легли на землю, а глаза закрылись. Кровь быстрее побежала по венам, а сердце заколотилось сильнее. Я почувствовала, как соки переливаются под почвой. Каждая травинка стала продолжением меня самой. Я ощутила невероятную мощь — не разрушающую, а созидающую. Она вибрировала в моих жилах, не растрачивая магию, а наоборот накапливая. Это было неимоверное ощущение, величия, всесилия, бессмертия. Я чувствовала, бесконечность жизни. Смерть чего-то одного становилось началом жизни чего-то другого. Это стало не то чтобы открытием. Раньше я просто не чувствовала всю значимость таких естественных процессов.

Я следила за тем, как стихии сливались в одну мощную силу. Как они смешиваются, дополняют друг друга для того, чтобы привести в мир новую жизнь. И внезапно поняла, что получив власть над одной стихией, овладеть остальными так же естественно, как научиться ходить, бегать, прыгать. Хотя власть над стихией это громко сказано. Скорее прямой доступ к источнику силы. Но суть от этого не менялась.

От переполнявшей меня энергии, стало так легко. Захотелось, чтобы весь мир расцвел теми красками, которые пестрели у меня перед глазами. Я позвала магию, направила на каждое растение, каждый бутон во дворе. И почувствовала — слушаются.

Ощутила, как живет единый организм, сердце, которого сейчас билось в моей груди. Не нужно было открывать глаза, чтобы видеть ту красоту, которая раскрылась, я видела ее изнутри и восхищалась. Переполняющая меня сила кружилась вокруг, обновляя, создавая, излечивая, не только землю, но и меня, растерянную и не верящую в себя. Смывая теплой волной сомнения и вселяя уверенность, что я смогу. Что ничто не помешает мне вот так сливаться со стихиями, становиться их частью, их продолжением.

Я громко рассмеялась и, сделав над собой усилие, открыла глаза и оторвала руки от земли.

Мир пестрел диковинными красками. Зеленел всеми оттенками зеленого. Большие и маленькие цветочки окружали и расцвечивали в самые разные краски двор. Длинные лианы обвились вокруг деревьев и свесили темно-бордовые листья. Кустики, увешанные разноцветными бусинками ягод, торчали то тут, то там. Весь двор был устлан зеленым ковром, с яркими вспышками низеньких цветочков.

Конечно, это было мало похоже на герцогские сады, по крайней мере, если герцоги не тронулись умом, или не родом из кочевого табора. Но в этом нагромождении тоже было нечто прекрасное. Хоть если честно, казалось, чтобы здесь у меня ни получилось, оно все равно было бы самым прекрасным. Мир вообще был прекрасен.