Чтение онлайн

– Да уж… - Серый остановился рядом. – В первый раз мне не хочется спорить с тобой, майор. Нам он наверняка потребуется.

– Все сделано?
– Инга прошлась вдоль кормы «Разрушителя». Стальная громадина тихо урчала двигателями. – Я вас спрашиваю.

– Все готово к отправке, майор. – Старший техник тоскливо покосился на стек в ее руке. Майор, вышагивая вдоль танка, то и дело пощелкивала им по сапогу. – Системы работают в норме. Неполадку устранили, запас хода тот, что вы нам поставили. Боеприпасы загружены.

– Молодец. – Войновская резко развернулась на каблуках, оказавшись с ним лицом к лицу. – Мог же раньше и сам?

Техник промолчал, виновато смотря на носки собственных ботинок. Войновская потрепала мужчину по плечу.

– Вы молодец. Сделали все необходимое для выполнения приказа. Вы же знаете, что от выполнения воли Мастера зависит наше будущее. Знаете?

– Да, майор, – в горле техника клокотало. – Конечно. Я и моя семья благодарны Ордену за возможность жить хорошо. Сделаем все возможное для него.

Инга кивнула. Бойцы ее группы выстраивались, и следовало отправляться к ним. До выхода оставалось немного, и тратить время попусту не стоило. Из-за ремонта им все же придется начать путь днем, но это не страшно. Для начала их провезут, и провезут немало. Жаль, что восстановленные железнодорожные пути протянулись так недалеко. Но отряд доберется до нужного места даже пешком, если того потребует задача. Где дозаправиться и передохнуть – майор уже определила.

Отряд, два взвода, выстроились перед машинами. Пятьдесят человек, не включая саму Ингу Войновскую. Там, за гермоворотами, их ждут враги. Число врагов куда больше, чем ее ребят. Но в этих майор уверена полностью.

Штурмовики и разведка. Большая часть родилась и выросла здесь, в Ордене, за прошедшие двадцать лет. Строй ее группы никогда не был монолитным, одинаковым по высоте, к чему так стремились многие умники в Ордене. Ингу всегда смешил отбор, проводимый среди подростков двенадцати лет. Старались выбрать самых высоких, самых сильных, самых…

Она никогда не говорила ничего против, не лезла в склоки между офицерами старше ее рангом, и делала так, как считала нужным. С молчаливого, а порой и даже громкого, одобрения Мастера, Войновская поступала по-своему. Всегда и во всем.

Инга Войновская родилась не здесь, не на территории бывшего Донгузского полигона со всеми его тайнами. Будущая майор приехала вместе с родителями из самого главного города страны, из ее столицы, в возрасте пяти лет. Родители не выжили в первых же ударах. Отец находился на полигоне. Мама поехала к дедушке с бабушкой, срочно, стараясь успеть. Майор никогда не думала о том, что могла бы отправиться с ней, если бы не обычный грипп.

Даша затравленно оглянулась. Двое невысоких и крепких ребят, довольно улыбаясь, шли к ним. В двери, на миг закрыв просвет, появилось еще несколько человек.

– Говорил, надо подождать, сама выберется, как жрать захочет. – Первый, с мелкими шрамами, явно от когтей, осклабился. Морхольд почувствовал запах гнилых зубов, поморщился. – От подстилка дешевая… нашла себя ханыгу какого-то, тварь. Эй, ты, мразота, вставай. Щас мы тебя мала-мала убивать будем, за Александра Алексеевича-то.

«Шестерка», по давнишнему обычаю своих коллег, суетился и доказывал собственную нужность. Сам Сашка Клещ, красиво именуемый Александром Алексеевичем, уже оказался у стола. Обычный парень, чуть старше Дарьи, встал за ней. Челюсть еще поддерживала плотная повязка, опухоль спала, но он еще ни разу не брился. Отросшая светлая бороденка смешно топорщилась, но вот кривившиеся губы ее хозяина как-то отбивали желание улыбаться. «Челноки», не так давно грозно косящиеся на Морхольда, замолчали, заворожено ожидая чего-то.

– Дарьюшка… - Морхольд улыбнулся. – Помнишь, что я говорил тебе про мачизм?

– Д-д-да… - серая хмарь в глазах совсем побелела, уступая место блеклому страху, - Помню.

– Ну, так вот, милая, вот это и есть его яркое проявление. В смысле, я говорю именно про вот этого молодого человека, все еще носящего поддерживающую повязку. К слову, моя дорогая, именно она свидетельствует о слабом ударе. А еще вальком, говоришь.

Клещ вытаращился на него. Кивнул четверке подручных, раздувая ноздря и наливаясь дурной краской.

– Сучку – ко мне в дом. А этого… уройте, нахрен.

«Челноки» зашевелились, зашоркали отодвигаемыми в сторону стульями и скамьями. Дарья, уставившись на сталкера, сжала пальцы на отворотах штормовки. Морхольд аккуратно положил трубку на стол и побарабанил пальцами по столу. Совсем рядом с выложенным тесаком. «Шестерки» Клеща дружно ухмыльнулись, разом двинувшись вперед. Первый, воняющий гнилью, осклабился еще шире, зашелестела цепь с грузилом. Второй, шепелявящий, щелкнул солидных размеров «выкидухой». Чуть более громкое «чпок» последовало тут же, сменившись грохотом «шестерки», от боли и неожиданности рухнувшего на пол. Начавшийся было крик, прервал сам Клещ, наступив подручному на лицо.

Морхольд не пожалел молодость, дальнейшую жизнь и все остальное, должное идти у гнилозубого «как положено». Останется калекой, так туда и дорога. Пороховая резь начала рассеиваться, смешиваясь с табачным дымом, пригоревшим жиром с кухни, духовитым потом от «челноков» и другими, не такими сильными запахами. Кровь из простреленного колена не хлестала тонкими сильными струйками, а ровно и спокойно просачивалась на пол. Развороченное мясо, белеющие осколки кости, брызнувшие во все стороны… И небольшой аккуратный пистолет, непривычно толстый, удобно устроившийся в левой ладони Морхольда.

– Да вы присаживайтесь, ребят… - ствол качнулся влево, прижимая оторопевших людей к стене. – Не маячьте. Дашенька, а ну-ка, пересядь ко мне сюда.

И похлопал свободной рукой по своей скамье.

– Ты знаешь кто я такой? – Негромко спросил Сашка Клещ.

– Да. – Морхольд кивнул. – А ты меня знаешь?

– Должен?

– Не обязательно. Меня зовут Морхольд.

Одного из «шестерок» перекосило. Клещ покосился на него, уставился на сталкера.

– Я слышал про тебя.

– Это так радует, юноша, просто безгранично. Так вот… - Морхольд отпил остывший сбор из кружки. – Сдается мне, господа, что сейчас вы немного ошиблись. Ну, либо поторопились.