Чтение онлайн

Ауровиль дал мне ответы на многие вопросы. И прежде всего на тот, который не давал покоя мне уже давно – существует ли способ свернуть с того бессмысленного и порочного пути, по которому мы все сейчас идем, наивно полагая, что материальные блага, церковь и оружие помогут нам выжить в совсем недалеком будущем, когда природа скажет нам: «Стоп, ребята! На все ваши аппетиты меня не хватит!»

Это был очень правильный замысел – не собирать вокруг себя кружок единоверцев и вести их с помощью своих идей в светлое будущее (а ведь среди соратников и учеников всегда найдется и предатель, и просто неспособный правильно оценить суть человек), а создать такие условия, которые будут сами притягивать единомышленников, при этом удерживая на расстоянии остальных, не готовых еще понять простые на самом деле истины.

Конечно, не все еще совершенно в самом Ауровиле. Многие идеи ждут своего воплощения. Что-то, в будущем необходимое, пока вообще не придумано. Да и некоторые люди, физически поселившись в этом городе, по сути своей находятся за его пределами.

Но Ауровиль еще так молод. Это ведь только начало. Начало новой, такой не похожей на предыдущую жизни.

Я совершил последний объезд города, чтобы сделать еще несколько фотографий.

Заехал к Надаке попрощаться.

– Ты стал выглядеть моложе, – сказал он. – Удивительно, как ты изменился!

Возможно, я действительно изменился. И не только внешне. В последнее время я заметил, что у меня совершенно пропало желание что-то кому-то доказывать, стараться выглядеть лучше, чем я есть на самом деле. Меня вообще перестало волновать мнение других людей обо мне. И то, что такая позиция может показаться циничной, меня тоже перестало волновать. Я понял, что теперь мне хочется не выглядеть лучше, а быть лучше. Постараться увидеть гармонию божественного в каждом проявлении этого мира. И каждый раз делать шаг, чтобы приблизиться к ней. Это сложно, но интересно. Гораздо интересней, чем стараться выглядеть лучше. Может быть, именно это заметил Надака. А может, сказал так просто потому, что я сбрил свою вечную щетину.

Еще один визит – в «Третий глаз». Рой действительно отдал мне все деньги да еще заплатил обещанные проценты.

– Жалко, что ты не воспользовался бесплатным билетом на Шри-Ланку, – сказал он. – Там действительно очень хорошо.

Вместе с Витей, художником из Одессы, мы едем в Понди, чтобы сдать мой скутер. На въезде в город нас накрывает плотная стена дождя.

– Спрячемся в баре! – кричит Витя, останавливаясь у винного магазина.

Внутри таких магазинов обычно бывает мрачное помещение (что-то вроде дегустационного зала), где суровые тамилы накачиваются дешевым местным виски, непременно запивая его пивом. Однако нам не везет: бар закрыт, работает только магазин.

Мы покупаем по бутылке пива и просим их открыть. Продавцы делают страшные глаза, заворачивают бутылки в газеты и открывать категорически отказываются. Магазины и тротуары на улице забиты прячущимися от дождя людьми – они все, как один, смотрят, как мы сами открываем эти бутылки, садимся на корточки около магазина и пьем пиво, пытаясь не попасть в поле зрения полицейского, стоящего неподалеку в своей красной французской шапочке. Для них это – событие, которое будет обсуждаться целый день со знакомыми и родными.

Дождь наконец прекращается. Улицы опять заполняются людьми. Суета, прерванная ненадолго, возобновляется. Снова кажется, будто находишься в центре нескончаемого водоворота – только теперь люди, автомобили и черно-желтые рикши слегка дрожат и переливаются, преломляясь во влажном, насыщенном испарениями воздухе.

Я сдаю чистый, вымытый дождем скутер. Хозяин радуется, как ребенок. Он, по-моему, уже давно потерял надежду увидеть вновь свою машину.

Мысленно прощаюсь с малиновой «Хондой». За два месяца я успел сродниться с ней. На память на большом пальце правой руки у меня осталась крупная плотная мозоль.

А вечером мы сидим у Тани на веранде. Я говорю о том, как мне не хочется уезжать, а все меня утешают и желают скорейшего возвращения – таким тоном, словно речь идет о скорейшем выздоровлении.

Автобус останавливается около ченнайского аэропорта. До отлета еще уйма времени, но я бегом устремляюсь к зданию, завидев приближающуюся черную тучу. Предчувствия меня не обманули – как только я вошел в вестибюль, пошел дождь.

Народу на рейс немного. Пестрая компания сидит в курилке и обсуждает, естественно, странную погоду. С пыльными рюкзаками и гитарами – это те самые путешественники, бесчисленное множество которых бороздит Индию вдоль и поперек, опьяненные ароматом свободы, источаемым этой страной. Сбежав из своих богатых европ и америк, они колесят по нищей Индии, потому что в один прекрасный день обнаружили, что кроме богатства и чистоты, есть еще какие-то вещи, которые не купишь ни за какие деньги. Что хрустальные клетки, где они жили всю жизнь, построены на моральных догмах, главная задача которых – заставить людей строить эти клетки. Что догмы эти заменяют людям порой самые простые человеческие радости – например, войти в аэропорт в шлепанцах.

В самолете я все время поглядываю в окно, но ничего, кроме плотного слоя облаков, не вижу. Только перед самой посадкой в них появляется небольшой просвет, в котором можно разглядеть тонкую полоску пляжа.

Гоанский аэропорт Даболим. Небольшая площадь под крышей, куда подъезжают таксисты, а за ней льет дождь, которому конца не видно. По дороге движется широкий пузырящийся поток воды.

В целях экономии я планировал ехать в Мандрем на автобусе, однако сейчас и речи не может идти о том, чтобы добежать до остановки.

Знакомлюсь с молодыми ребятами из Швеции – они едут в Арамболь – и сажусь вместе с ними в такси.

Быстро темнеет. Дождь то прекращается, то начинается снова. Лобовое стекло потеет, и водитель остервенело трет его рукой. Тропики или средняя полоса России – любое окружение становится однообразным в ночном дожде.

Водитель вдруг резко тормозит. Прямо на дороге стоит голый по пояс пьяный человек, весь разрисованный краской, которая под струями дождя стекает по его телу разноцветными ручейками. Он размахивает руками, в одной из которых сжимает поблескивающую в темноте бутылку.

– Холи [31] ! – радостно кричит водитель и давит на клаксон. – Сегодня Холи! Хэппи Холи!..

Дождь прекратился, когда мы приехали. Я выгрузил чемодан на мокрый песок. Такси развернулось и исчезло среди деревьев.

«Санесет» казался вымершим. Во всех окнах темно. На столах во дворе после дождя блестели мокрые капли.

Я втащил чемодан на крыльцо и вдруг обнаружил спящего на циновке у входа человека. Он открыл заспанные глаза. Молодой парень лет двадцати с удивлением смотрел на меня.

– Привет! – говорю. – А где все? Ксюша где?

– Не знаю, – ответил он. – Я сам только что приехал.

– Откуда?

– Из Москвы.

– Ну и как там?

– Холодно, – сказал парень и почему-то поежился. – Думал, приеду, буду загорать. А тут дождь идет.

– Надеюсь, что ненадолго. Не сезон сейчас для дождей.

Я посмотрел на залитую водой аппаратуру в открытом чилл-ауте. Похоже, для хозяев дождь тоже был неожиданностью.

– Телефон есть? – спросил я. – А то моя симка здесь не берет.