Чтение онлайн

Я на старте. Люба от меня через два человека. «Ни на минуту не упускай ее из виду, — предупредила меня перед этим Анна Петровна, — держись вплотную, а если почувствуешь, что сможешь, — обгоняй». Крепко сжала в руке эстафетную палочку. На поле в самых разноцветных, майках разминались участницы второго этапа. Где же Римма Улиткина? Она должна быть здесь, рядом, ведь ей принимать от меня эстафету. Среди массы спортсменов нахожу синюю майку. Как дорога мне была в это время синяя майка! Римма подбежала.

— Аня, — шепнула она мне, — родная, не трусь, беги как умеешь, а мы на остальных этапах тебя поддержим.

Милая Римма, если бы ты знала, как подбодрили меня твои слова.

…Выстрел. Рванулись. Я начала бег, как всегда, широкими шагами, и поэтому мне трудно было сразу же набрать скорость. Пока я вошла в свой ритм — впереди было уже трое. На повороте я успела заметить, что Люба идет впереди.

— Держись за Любой, — доносится чей-то знакомый голос.

На прямой развила скорость, обошла двух девушек и побежала за Любой. К повороту шла за ней. Бежать трудно, у нее широкий шаг, а у меня мелкий. Я подстраиваюсь под ее шаг, но тут же чувствую, что не под силу — отстала. Догнала и бежала в двух шагах, но уже своим темпом. Последний поворот! Подтянулась вплотную к ней. Только бы не отстать на повороте, думала я, а то она оторвется и тогда вряд ли догоню. Нет, не отстала.

Любина спина прямо передо мной. Взяла чуть вправо и метрах в восьмидесяти до места передачи эстафеты начали финишировать. Силы еще есть. Резко поровнялась с Любой, но она не отстает. Немного мы бежали рядом. Выдержу ли? Почувствовала, что Любы слева нет. Заняла место у бровки. Слышу за спиной ее частое дыхание. Может, она отдохнет, потом сделает рывок и обгонит? Увеличила скорость. На трибунах шум, крики. Последние метры. Увидела, как Римма Улиткина уже сорвалась со старта. Я догнала ее и сунула эстафетную палочку в подставленную руку.

— Беги, Римма, — успела лишь крикнуть и свернула с дорожки.

Римма уже прошла половину поворота, как мимо меня пробежала участница, которой Люба передала эстафету.

Выиграла! Меня окружили девушки. Поздравляли. Улыбаясь, подошла Люба.

— Молодчина, Аня, — пожала она мне руку, — от всей души поздравляю! — И, уже смеясь, добавила: — Наделала ты мне хлопот, хороший урок, ну да поделом, а то я, признаться, засиделась на старом «багаже». Вперед перестала двигаться. Теперь придется поработать, чтобы в следующий раз не отстать от тебя.

— Ты победила самую сильную спортсменку Челябинска, — сказала Анна Петровна. — Это обязывает ко многому. Теперь надо готовиться к новым схваткам на беговой дорожке. Теперь твоим самым серьезным «противником» будет… — и она показала мне секундомер.

Мне хотелось сказать ей, что я готова к этой борьбе, готова хоть сейчас вступить в нее, но нас окружили ребята и девушки из училища и не дали договорить.

Снова потянулись напряженные дни упорных тренировок, повторялось и отшлифовывалось пройденное, изучались новые приемы и движения. Анна Петровна с неизменным секундомером в руке теперь все чаще и чаще заглядывала в блокнот, вносила туда все новые записи. Она стала требовательнее, не прощала даже самых мелких ошибок и неточностей.

— Каждое лишнее движение, — говорила она, — отнимает время. Нужно меньше делать их, как можно меньше.

На одном из занятий секции Анна Петровна объявила:

— Послезавтра соревнования на первенство города.

Она напомнила каждому из нас, кто в каком виде выступает и какого результата должен достичь. Мне же Анна Петровна сказала:

— За тобой, Аня, рекорд на 400 метров. Ты должна положить начало. До сих пор еще не было в таблице рекордов Челябинска результатов спортсменов из ремесленного училища № 2.

Снова на старте. Теперь уже у меня не было таких мыслей, как при первом выходе на беговую дорожку. Я думала не о том, чтобы не быть последней, а о том, как придти первой и не просто первой, а показать результат выше рекордного, принести победу коллективу родного мне училища, который растит и воспитывает меня. Кстати, рекорд в беге на 400 метров установила Люба Белянинова еще в 1949 году. Его-то я и вышла штурмовать. Вместе со мной в забеге участвовали еще две девушки.

Дается старт. Я первой заняла беговую дорожку у бровки и повела бег. Состязаться с соперником, которого видишь, легче, чем с бегущим сзади. От заднего можно ждать всего и предугадать, что он замышляет, трудно. Старалась изо всех сил держать тот темп, которым привыкла бегать на тренировках. За сто метров до финиша одна из девушек сделала попытку обогнать меня. Метров 30 мы бежали вместе. Темп очень высокий. Она начала сдавать, и я первой коснулась ленточки. Анна Петровна показала секундомер. Глаза ее светились. Неужели рекорд? Да, именно об этом говорил и ее взгляд. Но радоваться было рано: судьи еще сверяли показатели своих секундомеров. Могло случиться, что Анна Петровна остановила секундомер раньше, чем я коснулась ленточки.

На стадионе, как всегда в такие моменты, тишина: все ждали, когда объявят результат. Наконец, щелкнул микрофон.

— Результат Бессоновой из команды ремесленного училища № 2 шестьдесят две и три десятых секунды — это на одну и шесть десятых секунды превышает прежний городской рекорд.

Все правильно: Анна Петровна во-время остановила секундомер. Значит, начало сделано — в таблице рекордов, в графе, кому принадлежит рекорд, будет стоять: «Ремесленное училище № 2».

По результатам первого дня наша команда, целиком составленная из молодежи, занимала место в пятерке сильнейших коллективов. Перед тем, как во второй день отправиться на стадион, Анна Петровна собрала нас.

— Я подсчитала, — сказала она, — все зачетные виды мы закрываем. Решать судьбу команды будет эстафета девушек. Надо выиграть во что бы то ни стало.

— Выиграем, Анна Петровна, — заметил кто-то из девушек.

— Я тоже думаю, что должны выиграть, но есть одно «но», — и Анна Петровна обвела взглядом насторожившихся учеников. — Сегодня после соревнования желающим разрешено выступить на побитие рекордов.

— Ну и что же, разве это мешает нам хорошо выступать?

— Нет, почему? — ответила преподавательница. — Только вот городская легкоатлетическая секция настаивает на том, чтобы Аня Бессонова попыталась побить рекорд на 800 метров. Значит, ее нужно снимать с эстафеты.

Наступило молчание. Ребята считали, что быстрее меня вряд ли кто пробежит четыреста метров, первый этап в эстафете. А проигрыш на этом этапе — неминуемо поражение.

— Рекорд это, конечно, хорошо, — неопределенно промолвил белокурый метатель, — но эстафета решает место команды.

— Анна Петровна, — выступила я вперед, — я не могу не бежать в эстафете. Я побегу. Ребята одобрительно заговорили.

— А как же рекорд, Аня. Ведь имеешь возможность завоевать еще один? — спросила та и испытующе посмотрела на меня.

Казалось, она хотела увидеть, не колеблюсь ли я, не закрывает ли личная слава долга перед командой, коллективом, товарищами. Но разве я могла оставить своих друзей в такой трудный момент? Я твердо сказала:

— Я побегу в эстафете. Буду чувствовать себя хорошо, попытаюсь и рекорд побить.