Чтение онлайн

Девушка уже не стояла на четвереньках. Она сидела, скрестив ноги, опустив голову и сложив руки на коленях. Джеф стоял чуть в стороне и поливал ее из шланга широкой струёй воды.

Они обещали не двигаться.

Его охватила такая ярость, а потом он заметил, что в воздухе перед девушкой дрожит зыбкая радуга – размытые туманные голубые, желтые и красные круги. Аура чистых цветов окутывала ее всю.

Пит замер, не в силах пошевелиться.

Он смотрел на нее и не мог наглядеться.

Это было волшебно.

Сверхъестественно.

Господи, подумал он.

Он затаил дыхание в благоговейном восторге.

Никогда в жизни я не увижу такое еще раз.

А потом, хотя девушка по-прежнему продолжала сидеть в окружении зыбкой туманной радуги, магия вдруг испарилась. Питу стало обидно и больно.

Он знал, что никогда не забудет, какой она была в эти волшебные мгновения и что он чувствовал в эти потрясающие секунды. Он знал, что ему обязательно нужно написать об этом. И что у него никогда не получится написать так, как нужно.

Как заставить читателя увидеть эти живые радужные цвета?! Как заставить пережить то, что переживаешь ты сам, когда смотришь на женщину через эту зыбкую пелену – когда ты смотришь на девушку, сидящую в брызгах воды; короткие мальчишеские волосы липнут к ее голове, а сверкающая в лучах солнца вода стекает по ее телу?!

У него никогда не получится, никогда.

У него никогда не получится описать весь ее блеск, ее изувеченную красоту, ее невинность и силу.

Ему хотелось заставить читателей страдать – так же, как сам он страдал, глядя на нее.

Ему хотелось заставить их влюбиться в нее.

Чтобы их тоже околдовал этот образ: восхитительной, раненой, чуть не погибшей женщины – обнаженной женщины, сидящей в сверкающей радуге.

У него никогда не получится.

Но можно хотя бы попробовать, решил он.

Надо скорее записать, пока впечатления свежи в моей памяти.

Но это не значит, что я забуду об этом.

Такое не забывается.

Все равно запиши, сказал он себе.

– Что ты там делаешь? – крикнул Джеф.

– Ничего, – сказал Пит.

Он забрался на стену, спрыгнул на землю с другой стороны и протянул руку за стаканом со льдом.

Поднимаясь по склону, Пит на ходу достал из плавок бикини.

– Что это там у тебя? – спросил Джеф.

– Принес ей одеться.

Девушка не подняла головы.

Джеф злобно зыркнул на друга, но вслух сказал:

– Правильно.

Прозвучало почти что искренне.

Пит приблизился к женщине, Джеф отвел струю воды в сторону.

– Это купальный костюм, – сказал Пит. – Он чистый и все такое. Мы их держим специально для гостей.

Она никак не отозвалась. Она так и сидела, низко опустив голову. Может, смотрела на свои руки. Может быть, на траву у себя под ногами. А может, вообще никуда не смотрела.

– Ты... не оденешь?

– Во... ды, – выговорила она.

– Вода тоже есть. Я захватил лед. – Он повернулся к Джефу и протянул стакан: – Плесни-ка сюда.

– Я попробовал полить ей в рот, – сказал Джеф. – Но побоялся, что захлебнется. Слишком сильный напор.

Он поднес шланг к стакану и наполнил его водой.

– Это верно, – сказал Пит.

Вода потекла через край, и Пит убрал стакан в сторону.

Джеф покрутил наконечник, поток воды остановился.

Без шума воды, хлещущей из шланга, вокруг стало как-то странно тихо.

– Ты ничего не выяснил, пока меня не было? – спросил Пит.

– Типа?

– Ну типа что-нибудь.

– Выяснил, что она не особенно разговорчивая.

– А как ее зовут?

– Без понятия.

Пит присел перед девушкой. Она не подняла головы.

– Меня зовут Пит, – сказал он. – А этот парень – мой друг Джеф. Мы нашли тебя здесь, на холме. Ты была без сознания. Мы решили, что кто-то, наверное... в общем, что ты – жертва какого-то преступления. Вон там – мой дом. Мои папа с мамой уехали на выходные, но мы с Джефом позаботимся о тебе. Хорошо?

Она не ответила.

– Как тебя зовут? – спросил Пит.

Она едва заметно покачала головой.

– Как тебя зовут? – повторил Пит.

Она еще раз покачала головой и тихонечко застонала.

Пит сердито взглянул на Джефа:

– Что она сказала?

– Сказала, что ей больно шевелить головой.

– Очень смешно.

– Я не уверен, что она вообще помнит, как ее зовут, – сказал Джеф. – Или просто не хочет нам говорить.

– Ты помнишь, как тебя зовут? – спросил Пит.

– Воды.

– Может быть, это и есть ее имя, – предположил Джеф.

– Сомневаюсь.

– Знаешь Джона Води?

– Да, но...

– Мы можем ее называть «Вода». Нормальное имя. Не хуже любого другого.

– Воды, - сказала она еще раз.

Пит поднес стакан к ее губам.

– Вот, пожалуйста.

Она медленно подняла руку, взяла стакан и чуть не выронила его. С тихим стоном она подняла вторую руку и все-таки сумела удержать стакан. Немного воды выплеснулось на землю. Кубики льда звякнули, как колокольчики на ветру.

Девушка поднесла стакан к губам и замерла, так и не выпив ни глотка.

Она не может пить, догадался Пит. В такой позе.

– Помочь? – спросил он.

Она застонала, подняла голову и распрямила спину. Теперь Пит увидел ее глаза: голубые, хотя белки были красными от лопнувших сосудов.

Их взгляды встретились.

В ее глазах была боль. И еще – недоверие.

Потом она опустила глаза и, держа стакан обеими руками, поднесла его к губам.

К своим распухшим, разбитым и окровавленным губам.