Дорога в ночь
Шрифт:
Он присел рядышком, чтобы рассмотреть получше. Ее гладкая, загорелая кожа блестела от масла и пота. Дона дышала ровно и глубоко. Тоби решил, что она спит. Он потянулся ножом к ее бедру, осторожно просунул кончик лезвия под пояс трусиков и тихонько поднял его. Нож был острым как бритва, и ткань сразу же разошлась.
Теперь весь бок был голый.
Дона спала.
Тоби встал, обошел шезлонг, присел и разрезал пояс с другой стороны.
Снова встал. Зажал нож в зубах, наклонился и осторожно убрал трусики, обнажив ягодицы. Она даже не шелохнулась.
Затем сделал шаг назад и глубоко вздохнул.
Просто фантастика, подумал он.
Сердце бешено колотилось в груди. Во рту пересохло. Твердый пенис болел.
Что дальше?
Он подошел к ней слева. Присел и зажал нож в зубах. Дона вроде бы не проснулась.
Он взял свисавшую до самого пола веревочку лифчика и осторожно привязал ее к алюминиевой трубке шезлонга.
Потом взялся за раму двумя руками.
На старт... Внимание...
Он рванул за раму, приподнял шезлонг и сбросил Дону на пол. Она испуганно закричала. Ее зеленый лифчик остался на подстилке. Подушка начала было падать вместе с Доной, но Тоби успел ее удержать. Дона ударилась о бетон.
Тоби отбросил шезлонг и подушку в сторону.
Обнаженная Дона лежала на полу, лохмотья изрезанных трусиков болтались на ее правом бедре. Выражение ее лица говорило о том, что она не понимает, что происходит, но ей это не нравится. Она заморгала, повернулась к Тоби и ошалело уставилась на него.
Тоби вытащил нож изо рта.
Она в ужасе отпрянула.
– Эй! – сказала она. – Ты чего?
– Теперь ты – моя девушка, – сказал Тоби. – По крайней мере на час-другой.
– СИД! – закричала она.
Тоби ударил ее под дых, чтобы она замолчала.
Потом сел ей на живот.
Она извивалась и билась, пытаясь вздохнуть. Тоби нравилось, как ее скользкое от масла тело корчится под ним. А больше всего ему нравилось, как болтаются ее груди.
Глава 43
Когда Пит с Джефом закончили, все царапины и ссадины на теле у Шерри блестели под густым слоем мази. Она была вся в бинтах, как в заплатах.
– Все? – спросила она.
Пит и Джеф молча обошли вокруг нее, чтобы «бросить последний взгляд».
– Кажется, мы обработали все, – сказал Пит.
– И еще чуть-чуть, – добавил Джеф.
– Спасибо. – Шерри проковыляла к креслу, повернулась к нему спиной, схватилась за пластиковые подлокотники и медленно села. – Ребята, а можно вас попросить принести мне бикини?
Пит с Джефом переглянулись.
– Сходи ты, – сказал Джеф.
– Я в прошлый раз ходил.
– Тот, кто их принесет, – сказала Шерри, – тот и будет их на меня надевать.
Пит не успел даже рта раскрыть, как Джеф уже выпалил:
– Я схожу!
Шерри рассмеялась и тут же скривилась от боли. Джеф побежал в дом. Пит посмотрел на Шерри. Она улыбалась:
– Сделаешь мне одолжение?
– Все что угодно.
– Мне больно.
Пит поморщился.
– Это плохо. Но я понимаю, тебе должно быть... жутко больно.
– Можешь мне принести что-нибудь обезболивающее?
– Аспирин? Я уже думал об этом, но он разжижает кровь.
– Вообще-то я имела в виду...
– Тайленол?
– Чего-нибудь выпить. У твоих родителей ничего нет?
– Есть, конечно. Мне не разрешают брать, но...
– Тогда не надо. Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы.
– Да нет, все нормально. Это же чрезвычайная ситуация.
– Для меня – точно, – сказала она.
– У нас есть практически все. У отца очень хороший бар. Ну, что тебе принести?
– Ты знаешь, как делать «Кровавую Мэри»?
– Конечно. Я видел, как делал отец.
– Мне бы хотелось чего-нибудь в этом роде.
– Отлично. Хочешь, пойдем в дом, или ты здесь побудешь, а я принесу?
– Я здесь побуду.
– Ладно. Я мигом.
Он улыбнулся, кивнул и уже развернулся, чтобы уйти... но ему вдруг пришло в голову, что когда он вернется, на ней скорее всего уже будет бикини.
И я скорее всего больше уже никогда не увижу ее вот так – без всего.
Но не мог же он вечно стоять и таращиться на нее. Он опять развернулся.
– Постой, – окликнула его Шерри. – Пит?
Он остановился и посмотрел на нее.
– У тебя есть телефон? Я хочу позвонить.
– Есть, конечно. Сейчас принесу.
– Спасибо.
Он еще раз кивнул, улыбнулся и на этот раз все же ушел. Стеклянная дверь была открыта. Он вошел в гостиную. Когда он брал со стола телефон, в комнату вошел Джеф, размахивая бикини. Он подпрыгивал на ходу. И выглядел очень бодро.
– Как дела? – спросил он.
– Она попросила телефон.
Джеф замер.
– Правда? О-па. – Он осторожно выглянул во двор, так чтобы его не было видно из-за двери. – Производственное совещание.
Он махнул Питу рукой, мол, давай за мной.
Они вышли в коридор.
– Что? – спросил Пит.
– Кому она собирается звонить?
– Откуда я знаю?!
– И ты собираешься так вот просто дать ей телефон?
– Она хочет просто позвонить, а не забрать трубку домой.
– Блин, ты что, не врубаешься?! Она наверняка позвонит и попросит кого-нибудь за ней приехать.
– Возможно.
– И тогда мы ее потеряем.
– Да. И что?
– Что значит «да, и что»?! Ты же тоже не хочешь, чтобы она уезжала.
– Мы не можем держать ее здесь насильно.
– Знаю, знаю.
– А ты что предлагаешь? Запереть ее в доме?
– Я бы с радостью, – заулыбался Джеф. – О-о-о-о, да.
– Брось ты это.
– Да ладно тебе. За кого ты меня принимаешь?
– За сверхозабоченного извращенца.
– Это, блин, точно. И ты, кстати, точно такой же. Боже! Неужели тебе не хочется...
– Хватит, Джеф. Даже не думай об этом.
– Как я могу об этом не думать? Я только об этом и думаю. И ты, кстати, тоже.