Чтение онлайн

– Прошло около года и Рома вдруг сообщил двум властелинам о золотой жиле, которую он обнаружил близ озера Черныш недалеко от Жемчужных гор. Вскоре он отправился туда с Марлоу Непобедимым, собрав войско и соорудив тележки для золота, созвав рабочих с орудиями труда. Ведь король Марлоу присвоил себе эту жилу, но все золото он добыть не мог. В ближайшие же дни после этого туда отправился король Орфео со своей ротой. Рома, подлая тварь, сообщил властелину Бэлзингтона о том, что Орфео ворует его золото! Когда отряд Марлоу прибыл к озеру Черныш, охранники были перебиты, и отряд Марлоу убедился, что рабочие действительно добывают «его» золото!

– Марлоу так разгневался, что бездумно объявил другу войну. Недаром Марлоу звался Непобедимым: в одной из решающих битв он сам дрался с Орфео и сумел пробить его броню эльфийским мечом из лайтирна! Орфео погиб практически сразу. У него осталась жена Марика и сын Лемурий, прозванный Доблестным за смелость, который правил в Западном Заречеье 97 лет назад.

– Марика долго горевала, но большая часть войск была разбита и думать не приходилось о повторной войне. Лемурию было тогда где-то около года. Марика долгое время не рассказывала сыну о том, что его отец был убит, опасаясь потерять и сына, и также запретила говорить об этом всем своим подданным. Но все же годам к 47 он об этом узнал от какого-то неизвестного старца и подослал человека, который убил Марлоу прямо у него в замке в спальне. Рома же сбежал, как раз 97 лет назад, и где-то скрывается, а может быть, умер. Вот такая вот история, Том!

– А у Лемурия родился сын Пауло, он правит в Западном Заречье сейчас и его прозвали Правосудом за справедливость, ему сейчас восемнадцать, кажется.

Том слушал внимательно и не сводил взгляда с Морлана.

– А ты присутствовал на этой битве? – спросил он Морлана с

интересом.

– Не только присутствовал! Я уговаривал Марлоу не делать глупостей, не развязывать войну, но он меня не послушал! Да еще разозлился на меня за «бессмысленные советы». Его счастье, что я сам редко гневаюсь, а то бы не сносить ему головы! Кстати Пауло, внук Орфео, немного овладел магией. И думаешь, кто его учил? Правильно, я. Но то ли плохой я учитель, то ли не королевское это дело – магия…

– У Пауло есть друг в Восточном Заречье, тоже король с юных лет. Его зовут Орион и у него есть жена Альфа. Пауло пытается привести свое государство к рациональному устройству: после смерти его матери, когда ему было одиннадцать, все встало вверх дном. Мать в свое время слишком многое прощала своим поданным, поощряла их в разнообразных прихотях, и те просто-напросто разучились работать по-настоящему. А теперь Пауло старается подражать Ориону в том, как тот правит своим королевством. Орион юноша обстоятельный, мыслит здраво, но полагается только на себя, не слушает ничьих советов и все хочет сделать по-своему. Жена его Альфа, умна как философ-схоласт, но из-за веселого и непосредственного характера, прямо как у эльфов, замашки у нее бывают, мягко говоря, не королевские.

– Пауло я знаю хорошо. Он как человек мне нравится. Ладно, это подробности. Сам все увидишь, как только прибудем в Восточное Заречье. Если повезет, застанешь Ориона дома… Сегодня лучше не отправляться в путь: солнце скоро сядет, а я люблю начинать новое дело с начала дня.

– Морлан, а я не заметил в пещере даже матраса! Только тряпки какие-то… На чем же мы будем спать? – встревожился Том.

– Не беспокойся, я же не первый раз путешествую из мира в мир. Спускайся и будем устраиваться на ночлег, – улыбнулся Морлан.

Том несколько раз чуть не свалился с каменной лестницы, да и шел, почему-то все время спотыкаясь. Может, здесь было замешано какое-то колдовство? Но пока что все идет как надо…

Внизу их встретил Дюк.

– Что-то вы больно долго там сидели! С тобой, Морлан, хочешь не хочешь, время летит незаметно! – весело заметил он.

– Ты лучше бы за пещерой приглядывал! – укоризненно заметил Морлан. – А то мало ли кто влезет. Орк какой или кто еще похуже да позлее.

– Я орков лет сто рядом с Центральной Пещерой не видел, а то может и больше, – отозвался коблинай. – Да и какие орки! Их во всем Перекрестье найдешь штуки три– четыре.

– Ну, это ты преувеличиваешь, Дюк. Кроме того, есть еще Воины в черном. Забыл? – помрачнел волшебник.

– Как вспомню про этих Воинов, так дрожь берет! – признался Дюк.

– А кто такие Воины в черном? – вклинился в разговор Том.

– Это воины Нарионуса, их еще называют Смертоносной Четверкой.

На самом деле, их гораздо больше, чем четверо и гораздо меньше, чем обычно видят те кто попался на их пути. Дело в том, что они умеют множиться не хуже бактерий… – начал Морлан.

– Бак…, чего? – удивился Дюк.

– Это я тебе потом объясню, на досуге, – чародей казался малость раздраженным. – А парню надо знать, с чем он столкнется в пути! На чем я остановился… Ах, да! Так вот, то их четверо, то сразу восьмеро. Смотри, эльфийских воинов, к примеру, шестеро, а Воинов в черном –четверо. (Это, как я понимаю, самые доверенные Нарионусу лица.) Сам понимаешь, что нарионцев меньше, и двое из них ни с того ни с его множатся, и получается шестеро против шестерых. Не забудь, что силища у них вдвое больше, чем у обычного человека. Я их встретил лично, и запомнил на всю жизнь: один из них, самый главный, высок, волосы светлые, почти белоснежные, лицо жесткое и горделивое, глаза – один серый , другой черный и пустой. Трое других темноволосые, а глаза такие же, как у главаря. Нарионуса самого никто не видел лично, даже я. По крайней мере, никто из живых. Жутко, Том?

– На важные дела Нарионус идет сам и никого не подсылает вместо себя. Я так понимаю, Воины для него – просто мелкие исполнители воли, а Мортимера, кстати, он убил сам. Только нам уже не узнать, как. Мы иногда его называем по старому прозвищу – Страх, но мне не нравятся эти собачьи клички… Ох, Том, солнце садится, – заметил Морлан, – пойдем-ка в пещеру: спать пора!

В пещере было прохладно и дневная духота, похоже, отступила.

– Пора перекусить, не правда ли, Том? – осведомился Морлан с улыбкой. – Посмотри! – Морлан указал посохом на выпуклость в стене.

– Uvren!– громко произнес Морлан, коснувшись посохом стены.

Камешек мягко вошел в стену и в полу под ним открылся погреб.

– Вот и наши мешки, – сказал Морлан, и с необычным для старика проворством вытащил рюкзаки из погреба.

На ужин были приготовлены бутерброды с грудинкой, жареный картофель и несколько помидоров. Все это было довольно горячим и очень вкусным. Что особенно чудно – из хлеба были сделаны гренки.

Огонь Том разводил сам «в целях нерастраты волшебной энергии», как выразился Морлан.

Затем волшебник, взмахнув посохом, сотворил две кровати почти у самой двери и саму дверь закрыл заклятием «Ferckloben».

Том лежал и думал о прошедшем дне, об истории о короле Орфео и короле Марлоу и о многом другом, пока разум его не затуманился спокойным крепким сном.

Следующим утром Том с Морланом наскоро позавтракали холодной грудинкой, попрощались с коблинаем Дюком и отправились навстречу приключениям.