Чтение онлайн

Хотя все они были ослабевшими и дрожали, но принялись разговаривать и смеяться чрезмерно громкими охрипшими голосами, рассказывая друг другу, что каждому из них показалось самым страшным. Йинен сказал, что для него это было мгновение, когда он увидел, что прямо на него летит гик. Хильди призналась, что больше всего ее напугали кони.

— Нет, — возразил Митт. — Хуже всего было, когда яхта впервые попыталась перевернуться, как раз перед тем, как мы увидели того человека.

— Я тоже так думала, пока нас не окружили кони, — отозвалась Хильди. — И я старалась убедить себя, что они мне просто кажутся из-за того, что я так напугана и устала. Но я все равно знала, что они есть.

— Я видел одного совсем близко, как раз перед тем как Либби Бражка велела мне встать к помпе, — сказал Йинен. — Ну и быстро же они скакали!

— Эй, послушайте! — воскликнул Митт, — но мы же все не сошли с ума, правда?

— Конечно нет, — ответил Йинен. — Либби Бражка сидела позади тебя и помогала тебе управлять яхтой, а Старина Аммет стоял на носу, не давая «Дороге ветров» утонуть и отгоняя коней. Я видел обоих.

Хильди встревожено посмотрела на огромный лиловый синяк у Йинена на лице, а потом — на крошечную, покрытую солью фигурку Либби Бражки на корме.

— У меня не было возможности оборачиваться, но разве она не слишком маленькая?

— А Старину Аммета должно было смыть той самой первой большой волной, — отозвался Митт и с трудом залез на надстройку, чтобы это проверить.

Ему была видна охапка побелевшей соломы, которая плавно поднималась и опускалась на носу. Он пополз вперед, едва решаясь верить своим глазам.

Вопреки всему, Старина Аммет по-прежнему был на месте — и чудесным образом не потерял ни единого колоска, вплетенного в его тело. Вокруг него обмотались ленты водорослей, они запутались в его пшеничных волосах, словно море вернуло ему все украшения, только сперва покрасило их в зеленый и коричневый. А на его шее висела растрепанная гирлянда из пшеницы, лопнувших виноградин и поникших цветов.

— Идите и посмотрите-ка на это! — заорал Митт.

Они предоставили «Дороге ветров» плыть самостоятельно и стали шеренгой, в парящей на солнце одежде и глядя на Старину Аммета и его праздничную гирлянду.

— Думаю, нам следует поблагодарить его и Либби Бражку, — сказала Хильди.

Митта такая мысль сильно смутила, но он заставил себя проворчать: «Спасибо вам, сударь», — вместе с Хильди и Йиненом. А потом они повернулись и сказали Либби Бражке: «Спасибо вам, сударыня». В конце концов, они ведь собственными глазами видели Старину Аммета.

А потом Хильди начало трясти. Митт знал, что ей нужно. Он перебрался через намокшие одеяла в каюте и принес бутылку арриса. Сначала он заставил Хильди и Йинена сделать по доброму глотку, а потом выпил и сам. И они втроем стояли у румпеля, брезгливо фыркая и корча жуткие рожи.

— Мерзкий вкус, да? — сказал Митт. — Но погодите минуту. Внутри будет какой-то такой «бум!», а потом даже в ушах станет тепло.

«Бум!» был. И они почувствовали себя настолько лучше, что достали пироги и жадно на них набросились. Руки у них во время еды тряслись, пальцы были белые, сморщенные и покрытые волдырями — даже у Митта, который в мастерской Хобина немного растерял свои мозоли.

— Я не смогу сидеть на румпеле всю ночь, — устало призналась Хильди.

— У нас есть морской якорь,— сказал Йинен и вопросительно посмотрел на Митта.

Митт тоже устал, как собака. Но осенние штормы часто приходят один за другим. Он не знал, что делать.

— А я знаю! — заявила Хильди и поползла к мачте.

Митт, сидевший рядом с раззевавшимся и клюющим носом Йиненом, смотрел на ее подошвы и слушал, как она говорит:

— Прошу вас, Старина Аммет, вы не могли бы этой ночью присмотреть за яхтой? Но если подойдет новый шторм, то вы не могли бы разбудить Митта и сказать ему? Пожалуйста!

— Правильно! Вали все на меня! — крикнул Митт. — Меня прозвали Неутомимым Миттом. Думаешь, я вообще не устаю? — Он повернулся к фигурке Либби Бражки. — Простите меня, сударыня. Она хочет, чтобы вы разбудили меня, если начнутся неприятности. Она считает, что я сделан из того же материала, что и вы. Так что если я понадоблюсь и вам придется меня расталкивать, то не могли бы вы разбудить и ее тоже? Тогда она могла бы сидеть рядом и время от времени давать мне глотнуть арриса!

Этой ночью в каюте было тесно и душно. Одеяла никому не нужны были, так что их повесили сушиться. Все спали как убитые. Если Старина Аммет и Либби Бражка и пытались той ночью разбудить Митта, он их не слышал, но утром все оказалось в порядке. Море было спокойное, солнце проложило мокрую желтую дорожку прямо к медленно дрейфующей «Дороге ветров».

— Кажется, я уже ненавижу пироги! — заявила Хильди.

— А ты попробуй их есть вприкуску, — посоветовал ей Митт. — Например, вишневый с мясным.

— Ты жульничаешь, — возразил Йинен. — Они все равно склеились. А попробуй яблочный и устричный, Хильди. Получается... ну... необычно.

После этого весьма странного завтрака они привели «Дорогу ветров» в порядок и при этом сильно вспотели. Жара сказала им, что они еще достаточно далеко от Севера. Никто из них не имел ни малейшего представления о том, где они оказались. Земли нигде не видно было, так что Йинен не мог свериться по карте. Единственное, в чем они были уверены, — это в том, что их унесло далеко в океан, и, скорее всего, не столько на север, сколько на запад.

— Я буду править на северо-восток,— решил Йинен. — Когда покажется земля, пойдем так, чтобы она оставалась на горизонте, пока мы не увидим что-то, что сможем узнать. Остров Тулфа будет легко найти. И мы знаем, что он принадлежит Северу. Давайте поднимать паруса.

Вскоре паруса уже были подняты и при слабом ветре «Дорога ветров» двинулась дальше. Митт лениво сидел почти над самым Стариной Амметом, слушал, как вода бежит вдоль бортов яхты, и восхищался тем, как легко ее нос режет волны. В хорошую погоду «Дорога ветров» была настоящей красоткой. Он едва мог поверить в то, что накануне она изо всех сил старалась их утопить.

— С правого борта что-то видно! — крикнул Йинен. — Ты не можешь различить, что это?

Митт посмотрел сначала слишком далеко, потом — слишком близко и наконец разглядел какой-то небольшой темный предмет, качавшийся на зыби примерно в четверти мили от них.

— Может, лодка! — воскликнул он.

— Я тоже так подумал! — крикнул в ответ Йинен и повернул румпель, так что изящный нос «Дороги ветров» шумно разрезал волны.

— Эй! Что ты делаешь? — крикнул Митт, вскакивая.

— Плыву посмотреть. Если это лодка, значит, она пережила шторм, — ответил Йинен и впервые за сутки посмотрел на Митта с явной неприязнью.

Сидевшая рядом с ним Хильди устремила на Митта такой же взгляд.

Митт почувствовал обиду и досаду.

— Нечего вам так на меня смотреть! Я же не хочу, чтобы меня увидели и схватили, так?

— Если там кто-то и будет, то тебе они ничего сделать не смогут, — ответил Йинен. — Но я должен проверить. Это — морской закон.

— Или тебя растили так, чтобы не следовать никаким законам? — поинтересовалась Хильди.

Митт решил, что Хильди вовсе не обязательно было говорить такое. Он знал это правило не хуже ее.