Дорогами чужих Жизней
Шрифт:
Поняв, что больше лежать не могу, я аккуратно свесила ноги, боясь отрывать голову от подушки. В такой позе я провела не меньше пяти минут. Рубашка, которую с меня, хвала богам, никто не снял, неприятно перекрутилась, пережимая ушибленный бок. Решив, что главное вообще встать и добраться до кухни, где можно будет приготовить отвар для себя и своих спутников, я оттолкнулась от кровати и грохнулась на пол, поскользнувшись на чем-то гладком, валяющимся около моей кровати. С трудом наклонившись и подняв это "что-то" я с ужасом узнала в ней вчерашнюю рубашку Лео. В голову закрались нехорошие мысли. Надо было срочно спускаться вниз и искать все ответы у присутствующих на торжестве друзей. Но сначала все-таки убрать эту жуткую головную боль...
Спустившись на первый этаж, где стояла приятная прохлада, я обнаружила Дарена уснувшего прямо на столе, среди тарелок и прочей кухонной утвари. Я поборола соблазн разбудить ведьмака и расспросить все подробности вчерашней ночи или хотя бы мое возвращение домой.
Зачерпнув кружкой колодезной воды, которая за ночь успела согреться, я залпом выпила живительной влаги и шумно выдохнула.
– Что, плохо тебе гулена?
Я обреченно повернулась на звук голоса и приложила палец к губам. Дарен смотрела на меня своими сонными глазами, не отрывая голову от стола.
– А ты чего здесь делаешь?
– почти шепотом спросила я, растирая ноющие виски.
– Да так, ничего особенного...
– замялся мужчина, отводя взгляд.
– И где ты так долго была?
– Ты меня, что ли ждал?
– восхищенно воскликнула я, расплываясь в зловредной улыбке.
– Вот это новости!
– Я же за тебя отвечаю, - не стал отнекиваться ведьмак.
– А зная твою удачливость, еще и беспокоюсь. Так что не ёрничай.
– Начнем с того, что я сама за себя отвечаю! Ишь, нашелся заботливый. Хотя раз уж на то пошло, может, приготовишь чего-нибудь от головы? Сил нет терпеть.
– Нет уж, ходи так. Будет тебе уроком.
– Дарен, ты садист, тебе уже говорили? Ты же не оставишь меня на растерзание мучительной боли, поглощающей изнутри?!
– А ты симулянтка и вымогательница!
– Да-да, я ужасная и вредная. Дар, ну пожа-алуйста! Правда, зверски болит.
Ведьмак вздохнул и поднялся из-за стола. Он долго искал сумку по всему дому и, в конце концов, нашел ее висящей на спинке своего же стула. Я к своему стыду, тоже не заметила, пока мужчина не ткнул ей мне в лицо, возмущенно ругаясь.
– Где бросил там и лежит! Я-то здесь при чем?
– Сама же оттягиваешь свои мучения, женщина!
– Я тебе не женщина! Я молодая девушка, еще раз меня так назовешь и до скончания веков будешь мерзким старикашкой! Что не так уж далеко от правды...
– Смотрю, ты нынче не в духе.
– Правда что ли?! А я-то все думаю, что это со мной такое...
Дар никак не среагировал на явный сарказм, и начал заниматься приготовлением спасительного настоя. Он ловко растолок травы, в которых я узнала полынь, золототысячник и несколько листочков мяты. Дальше пошли какие-то порошки, но про их содержимое я решила не расспрашивать. Все это было залито горячей водой и накрыто плотной тканью.
– А теперь ждем.
Я мучительно застонала и откинулась на спинку стула.
– Кстати, как твоя рука?
– Вроде бы хорошо, - я для надежности подняла и опустила руку и аккуратно повела плечом. Незначительная боль осталась, но я уже не обращала на нее никакого внимания. Утреннее онемение прошло, и я снова могла пользоваться ей как обычно.
– Так куда ты вчера пропала?
– Какая разница?
– Небось, обнималась со своим рыжим?
– Нет.
– Врешь.
– С чего ты взял?
– Ты покраснела.
– Не правда!
– Ну-ну. И чем же ты тогда занималась?
– Общалась с людьми!
– А-а-а...
– многозначительно протянул мужчина.
– И как это понимать?!
– А чего ты так нервничаешь? У кого-то недавно голова болела.
– Я тебя убью.
– Не сможешь.
– Посмотрим...
Мы продолжили молча сидеть за столом, страдальчески наблюдая за неподвижным кувшином с отваром.
– Может уже пора?
– Может и пора. Но ты не получишь ни капли, пока не признаешься, что вчера нежничала с альвом!
– Да чего ты прицепился как репей к...собачьему хвосту? Ну, было дело. Только мы не нежничали, а мило общались на берегу озера.
– О-о-о...
– Дарен, я сейчас вцеплюсь тебе зубами в шею и покажу все свою страсть!
– Ого, не знал что ты из этих...
– Все, закрыли тему. Давай свою отраву...тьфу ты, то есть отвар, и я успокоюсь.
Дар недоверчиво покосился в мою сторону, но видимо его и самого мучала мигрень, так что спорить не стал. Он осторожно налил отвар в кружку через тонкую ткань, найденную в сумке. Затем аккуратно ее свернул и высыпал все, что осталось обратно в кувшин. После чего осторожно поднес кружку к лицу и вдохнул исходивший от нее пар. Видимо, его все устроило, и кружка перекочевала ко мне в руки.
– Пей маленькими глоточками.
Я трясущимися руками поднесла драгоценную жидкость ко рту и, сделав пару глотков, еле сдержалась, чтобы не выплюнуть все обратно. По моему перекошенному лицу, Дар понял, что месть будет страшной. Я утерла рукавом рот и не удержалась от возмущенной ругани:
– Грахстен накх, Дарен! Ты хотя бы предупредить мог?!
– Горький комок рухнул в желудок, намертво заняв там оборону.
– Что за гадость ты намешал?
– Лучше тебе не знать. Давай сюда, - он забрал у меня кружку и почти не морщась, проглотил отвар.
– Хм. Бывало и хуже. Наконец-то правильно отмерил ингредиенты.
– То есть мне еще повезло?
– Можно и так сказать. Полегчало?
– Нет, - честно призналась я, не разделяя восторга по поводу правильно приготовленного варева.
– Такое ощущение, что мне стало еще хуже.
Судя по лицу Дарена, которое приобрело милый зеленоватый оттенок, что-то пошло не так. Мы переглянулись и прямиком кинулись на улицу. Убежать удалось не далеко, зато обошлось без порчи хозяйского садика.
– Ты... ч-что... н-надел-лал, колдун... н-несчастный?!
– набросилась я на ведьмака, вновь обретя возможность говорить.
Мы должны были очень мило смотреться, согнувшись под большим кустом душистого шиповника и сливаясь лицами с белыми цветами. Жуки, возмущенные таким непристойным вмешательством в их личное пространство кружили над нами, а особо смелые перебирали по моей спине колючими лапками.
– Н-не знаю...
– на Дара было жалко смотреть. На лбу выступили капли пота, а кончик острого носа забавно покраснел. Хотя я сейчас должна была выглядеть не лучше.
– Ну, спасибо! Удружил!
– ругала я Дарена, когда мы вернулись обратно в дом и уселись на стулья, вытянув ноги.
– Теперь у меня еще и в ушах шумит, а желудок готов вылезти наружу.