Чтение онлайн

Совершенно не ожидал, что таким важным делом окажется «Лента». По рекомендации девушки, которая устраивала нашей группе концерты, я пришел туда писать медицинские новости. Меня как-то сразу взяли и посадили за компьютер: мол, начинай. Я спросил: сколько новостей нужно в день? Мне ответили: восемь. Поскольку до ухода всех моих «наставников» я написал лишь четыре, то попросил оставить меня с ночной сменой, чтобы таки выполнить задачу. На следующий день я, по совету Жени Паперного, подошел к Тимченко и представился (я спрашивал: «Как называть, на ты, на вы, или, ну в общем, как у вас принято?») ровно как научили: «Здравствуй, Тимченко. Я Ларченко».

И как-то понеслось все очень быстро. Оказалось, в первый день своей работы я совершенно случайно написал первую в России новость про эпидемию SARS (помните была такая атипичная пневмония?), заголовок был что-то вроде: «От неизвестной болезни скончались пять китайцев». Уже через месяц это стало главной темой новостей в мире. А значит, мои тексты стали регулярно появляться в «семерке новостей» и на морде «Ленты» – для этого пришлось довольно быстро научиться хорошо их писать (у меня с выражением мыслей на бумаге всегда были проблемы), а на «Медновости», бывшие тогда приложением «Ленты», полился благородный новостной трафик.

В общем, попал в струю, заразился азартом, и сейчас уже понимаю, почему: я всегда боялся, что я, как и свои родители, буду всю жизнь ходить на работу и заниматься одним и тем же. А тут внезапно вроде и деньги платят, и в то же время вроде бы дают тебе учиться. Хочешь писать лонгриды – пожалуйста. Хочешь искать китайцев-медиков по ICQ (социальных сетей тогда не было, и вообще Интернет немного отличался от нынешнего) и выпытывать у них, что на самом деле происходит с эпидемией – на здоровье. Я быстро освоился со всеми существовавшими тогда форматами (писал не только в «Медновости», но и что-то общечеловеческое в «Ленту») и просто ловил кайф оттого, что все время движешься вперед.

Еще в «Ленте. ру» для меня была магия. Где-то за год до прихода туда я в ЖЖ написал о своих главных мечтах – штук 50 их, что ли, было. И главной из них почему-то оказалась такая – попасть на концерт Пола Маккартни. Человека, с которого, наверное, началось мое серьезное увлечение музыкой. Почему-то я верил, что он умрет скорее, чем приедет в Москву.

Тут вижу – афиша. 2003 год, концерт в Кремле, и на нем волшебное слово – аккредитация. Я знал, что некоторые коллеги иногда аккредитовывались на «Ночь пожирателей рекламы». Поэтому я, конечно, сразу попросился от редакции на Маккартни (а тогда интернет-изданиям пиарщики довольно часто отказывали в близости), написал анонс концерта и получил заветный бейджик.

Это было круто. Внезапно осуществилась моя главная мечта: я стоял на концерте в первом ряду, а перед этим даже попал на пресс-конференцию (которая была очень короткой и неудобной) и задал Маккартни аж три вопроса. В это время у меня так дрожали коленки и микрофон, что страшно вспомнить.

Под впечатлением я всю ночь обсуждал с Женей Арабкиным (он потом стал первым регулярно писать в «Ленте» о музыке) каждый выхваченный нами из концерта момент. Закончили в четыре часа утра на улице Гиляровского. Там, видимо, из-за проходившего в тот же день «последнего звонка», скопилась огромнейшая пробка из очень дорогих машин, владельцы которых ехали в клуб «Цеппелин». И в одном кабриолете очень громко играла песня «Я не забуду никогда твои глаза, твою улыбку».

– Как это можно, так громко такую музыку в такое время? И вообще, кто это все поет? – спрашивает Женя Арабкин.

– Наверное, Дима Билан, – отвечаю я. – Он сейчас все у нас поет.

– А кто это?

И тут из кустов за этим «Мерседесом» вылезает Дима Билан с каким-то молодым человеком. С непроницаемым выражением лица я показал на него рукой и сказал:

– Да вот же он.

За одни сутки я осуществил свою мечту номер один и вызвал из кустов Диму Билана. Неплохо.

И это, конечно, было удивительное и, к сожалению, довольно нераспространенное у нас ощущение, когда идет время, а твоя работа и коллеги нравятся тебе все больше и больше.

«Лента» до редизайна 2004 года состояла практически только из новостей. Было приложение vip.lenta.ru, которое Антон Борисович создал для «дешевой аналитики, в том числе методом копипейста», но копипейстить как-то было не принято, а на регулярные авторские материалы не хватало ресурсов. «Лента» никогда не шиковала, и многие новые или нестандартные вещи мы делали в свое удовольствие, можно сказать, во внерабочее время.

Например, расскажу байку, как я сделал первый «светский репортаж» для «Ленты». Событие было довольно спорное – десятилетие «Серебряного дождя». В то время эта радиостанция – как я понимаю, благодаря талантам Натальи Синдеевой – смогла спозиционировать себя на рынке как «очень премиальную» (кстати, у них и после этого было немало хороших маркетинговых ходов, одни белые ленточки чего стоят). Десятилетие станции было праздником для рекламодателей и московского бомонда. Простым смертным в эфире про праздник постоянно напоминали, но приговаривали: «Если у вас до сих пор нет пригласительного – значит, мы вас не позвали».

Мои резоны были очень простыми: во всех анонсах рассказывали, что на празднике «Дождя» выступит группа Earth, Wind and Fire, а у моего отца – их давнего поклонника – как раз подступал день рождения. Поэтому я сходил в «Пурпурный легион», купил «родной» диск и маркер для надписей на дисках – и приехал в Нахабино.

Сидим на пресс-конференции, ждем. Тут входят какие-то люди, садятся, пресс-конференция начинается. И я, немало удивившись, первым задаю вопрос:

– А кто вы, собственно говоря, такие? Где Вердин Уайт, где Филип Бейли? Где вообще Earth, Wind and Fire?

– Они, – отвечают мне, – в группе Earth, Wind and Fire. А мы называемся The Earth, Wind & Fire Experience featuring The Al McKay Allstars. Среди нас – гитарист первого состава, и мы можем исполнять написанные им хиты…

То есть, как я понимаю, организаторы даже не предполагали, что на пресс-конференции вдруг может оказаться журналист, который знает, как выглядят настоящие EWF.

После этого репортажа «Серебряный дождь» к нам немножечко охладел, но где-то через год сам вышел на связь. Они предлагали нам искать и писать для них «интересные новости» – без пошлятины, без желтухи, но интересные. И я по ночам их искал. Часто тупо ради этого лазил в африканские и новозеландские газеты и нашел одну охренительную новость: в Африке сгорело население целой деревни – возле них сошел с рельсов состав с бензином, и они пошли его воровать – с факелами.

Deutsche Welle, а точнее – Боря Банчевский (который сделал в свое время Ntv.ru вместе с Носиком и Леной Березницкой) предложил «Ленте» совместный проект. Онлайн-репортаж с выставки. Выставка проводилась в Германии и называлась CeBIT, происходило это все в 2005-м. Тогда у «Ленты» не было никаких ресурсов для технической организации блога с выставки. Программная часть работала на движке Мошкова 1999 года, чуть-чуть переделанного под редизайн 2004 года. В общем, была данность – нужно было как-то встроить в «Ленту» репортажи с этой выставки, а еще – вести какой-то блог на «Блогхост. ком» или на какой-то еще странной платформе.

Именно тогда впервые возник вопрос анонсирования собственных спецпроектов на платформе, которая была целиком заточена под новости. Каким-то образом мы его решили (даже не помню, как) и поехали в этот Ганновер на этот CeBIT. Со стороны DW был Боря Банчевский, а со стороны «Ленты» – я.

Поскольку все это было за свои деньги (в 2005-м, напомню, никто даже близко не рассматривал интернет-СМИ в качестве реципиентов представительских расходов), мы экономили. Полетел я в какой-то аэропорт, довольно далеко от Ганновера, а дальше мы с Борей ехали по автобанам – и он меня «угощал» платными туалетами, так как никаких наличных у меня не было.