Чтение онлайн

– Что будет потом?

Элиэль пожала плечами:

– Трудно предсказать. Я не ваша Кассандра.

– А вы попробуйте, – мягко улыбнулся гость. Казалось, его нисколько не смущают мрачные перспективы, описываемые эльфийкой.

– Лет через пять вокруг Таёжного на сотни километров будет Лес. Он будет расти до тех пор, пока средний уровень магии не достигнет определённого порога, комфортного для существования мэллорнов. Какой порог будет для Земли, я не знаю.

– Как остановить рост мэллорнов?

– Странный вопрос. Я – эльф. Эльфы из поколения в поколение растили древа жизни. Хотя, могу дать вам совет. Пусть он и кощунственный для моей расы. Обратитесь к драконам. Они мастера уничтожать Леса и запирать их границы. Залейте землю отравой или разбомбите древо. Пока оно одно есть возможность одним махом уничтожить нарождающуюся эко-систему.

– С бомбёжками и драконами мы, пожалуй, повременим. Ируэль, скажите, а если через год в Таёжном организовать базу….

– Вполне, – одним словом ответил эльф. Ему понравился ход мысли человека. Как и то, что ученица ловко умолчала о том, что рост мэллорна может остановить тот, кто связал себя с ним. Элиэль показала людям перспективу, обойдя, а кое-где обозначив острые углы. Земляне нуждаются в магах. Они показали себя умными, думающими на перспективу людьми. Значит, связываться с Тантрой и драконами по рукам и ногам им совсем не с руки. Любой стремящийся к свободе не потерпит на себе цепей кабальных обязательств. Эльфы показали себя достаточно дисциплинированными и лояльными сотрудниками. В свете новых обстоятельств перед ними открываются потрясающие перспективы. Лес…, база…, возможность жить без браслетов. Вечером ученицу ждёт продолжительный разговор. Следует заранее обсудить стратегию дальнейшего поведения. Ируэль мысленно потёр руки. Эльфы живут долго. При должных обстоятельствах они могут вернуться на Иланту, восседая на бронированных машинах людей…. Земляне правы. Месть – это блюдо, которое подают холодным.

– Что ж, остаётся склонить к сотрудничеству нашего мальчика. Мария Петровна, до начала операции у нас есть тридцать минут. Мне необходимо подробно ознакомиться с досье господина Серебрякова. И с теми слухами, которые вы успели собрать в посёлке. Прошу вас пройти со мной.

– Александр Владимирович, – начала Сергеева, когда пара перешла в защищённый от прослушивания кабинет….

– Да, Маша. Я лично приму участие в операции, – предвидя вопрос, перебил подчинённую Санин. – Была у меня неудачная встреча с одним мальчиком. Не хотелось бы наделать непоправимых ошибок и с этим парнем. Если он в половину так хорош, как предполагают наши длинноухие сотрудники…. Нам нужны такие люди, Маша. Ты прекрасно знаешь, ЧТО ожидает нас через несколько лет. Мы конечно можем набрать людей и создать лояльные и дисциплинированные магические подразделения для решения широкого круга задач. Да только потребность в асах, мастерах своего дела никуда не денется. А вот последним требуется достаточно мощная, подкреплённая пряниками мотивация. Мотивация и только мотивация – загонять сильного мага в жёсткие рамки, значит нажить себе страшного врага. А твой мальчик обещает вырасти в сильнейшего мага и враг из него может получиться соответствующий. Мне не импонирует устранять проблему с помощью снайпера…. Так то…, давай досье и говори, что наболело. Времени у меня в обрез….

*****

– Что-то не так? – Вадим видел, как напряглась Ирина, бросив взгляд ему за спину.

– Не оборачивайся, – ответила она, – он идёт сюда.

– Хм, он, как я понимаю, из бывших или отвергнутых?

– Не смейся, Николай страшный человек.

– Не бойся, – Вадим накрыл ладошку Ирины своей рукой.

– Какая встреча! Ирунчик! Сколько лет, сколько зим. Ты всё хорошеешь!

Вадим чуть повернул голову, рассматривая остановившегося возле их столика мужчину. Знакомец Ирины был немного похож на Антонио Бандераса. Чуть выше среднего роста, худощав, но крепко сложен, в левом ухе маленькая золотая серьга, на груди татуировка, выглядывающая через вырез цветастой рубахи. Длинные чёрные волосы собраны в низкий хвост, большие выразительные тёмные глаза, обрамлены пушистыми ресницами, трёхдневная щетина, добавляла небрежного шарма, и лишь пухлые губы, с капризными складочками у уголков рта, выдавали вздорный характер обладателя. В общем – холёный жеребец, любимец и любитель женщин.

– Ты разрешишь?

Как будто ему требовалось чьё-либо разрешение? Он придвинул себе стул и уселся за столом пары, подхватил стакан Вадима. Сделал большой глоток и выплюнул содержимое на пол летнего кафе.

– ФУ! Какая гадость! – с нотками омерзения и брезгливости он, посмотрев на ополовиненный стакан, резко отставил его в сторону, сделав так, чтобы выплеснувшийся сок попал на светлые брюки конкурента.

Мужик демонстративно нарывался на скандал. Ира побледнела, бросив на Вадима умоляющий взгляд. Белов молча достал из барсетки упаковку влажных салфеток. "Бывший" нарвался. Пусть он ещё не знает об этом, но проблемы с не такой уж здоровой печенью ему уже обеспечены. А там как знать, к концу встречи долги испаномордого по процентам успеют вырасти…, прощать его Вадим не собирался. Жиголо, меж тем, демонстративно не обращая на парня внимания, поставив локти на стол и опёршись подбородком на сложенные вместе ладони, обратился к Ирине:

– Ира, Ира… Ты знаешь? А ведь я сначала не поверил слухам и назвал Жанну сплетницей. Печаль… Ты-ж поди… Наша рыжая кошка в кои веки сказала правду. Нашла себе сопляка? Потянуло на молоденькое мясцо? Захотелось свежатинки?

Оттирая сок, Вадим незаметно оглядывался по сторонам. Не мог этот жеребец заявиться в кафе в одиночку. Эти кони любят ходить упряжью и не могут без компании и группы поддержки.

Оные обозначенные лица нашлись через три столика, в дальнем углу заведения. Два великовозрастных парня и три девицы, ухмыляясь, наслаждались спектаклем, следя, как их кореш выбивает пыль из молокососа и бывшей подружки. На лицах сильной половины человечества большими буквами читалось желание присоединиться к действу и поработать руками. Выпитое за вечер горячительное будоражило кровь и требовало психологической разрядки.

Эффектно метнув смятые салфетки в урну, Вадим повернулся к что-то вещавшему Николаю:

– Должен сказать, что у Ирины есть чувство вкуса.

– Да ну? – осклабился жиголо во все тридцать два зуба. – Мальчик заговорил. Ира, он у тебя, оказывается, говорить умеет, а не только молочко сосать.

– Вы тут про молодое мясцо упоминали, – словно не замечая оскорблений, спокойным тоном продолжал Вадим, – и были правы!

– О как! – Николай радостно хлопнул себя по ляжкам.

– Молодое свежее мясцо лучше старой вонючей тухлятины, – доверительно сообщил Белов.

Жиголо сошёл с лица:

– Ты что сказал, сосунок? – прошипел он, брызгая слюной.

– Даю тебе и компании десять секунд на то, чтобы убраться отсюда подобру-поздорову, – не на шутку завёлся Вадим. Лечить эту тварь он не будет. А вот сделать ей какую-нибудь гадость готов без уговоров.

Ирина видела, как у её парня от еле сдерживаемого гнева темнеют глаза, становясь безжизненными и холодными. Она хотела сказать Николаю, чтобы он убирался, но Вадим чуть заметно качнул головой, предупреждая её не открывать рта. Приготовленные слова так и остались на языке.

– Мальчик, ты понял, на кого наехал?

– Понял, дядя, понял. На кусок дерьма, и без пяти секунд инвалида.

– Ага! Ты сейчас меня клюкой своей гонять будешь? Смотри, как бы ею не покрутили в твоей заднице. Пойдём, поговорим, раз такой смелый. Ирунчик, звони в морг….

– Вадим…, - протянула Ирина.

– Спокойно, – Вадим ободряюще улыбнулся Ире и резко тюкнул Николая в лоб, высвобождая силу. Нахала унесло со стула. Распластавшись выброшенной из моря морской звездой, он остался неподвижно лежать на полу, беззвучно открывая рот и лупая глазами. Набившийся в кафе народ, не вмешиваясь, созерцал расправу. Многие гудели нечто одобрительное. Некоторые девицы воспылали к крепкому симпатичному парню пламенными чувствами, жадно пожирая Вадима глазами.

– Так, мальчики и девочки, забирайте своего друга, пока я не превратил его в отбивную, – Белов повернулся к переставшей ухмыляться компании. – Окуните болезного в водичку. Минут через пятнадцать очухается. И чтобы я вас больше не видел.

– Ты попал, – глядя на Белова, прошипел один из корешей Николая, приподнимая того с пола.

– Да ну, – лицо Вадима на мгновение превратилось в ледяную маску с чёрными провалами вместо глаз. Шипевший в ужасе отпрянул от страшного человека. – Хочешь сдохнуть? Милости прошу, – прошептал Белов не в меру говорливому парню.

– Что сдесь творится? – с ударением на "с" спросил присутствующих старший сержант из ввалившегося в кафе полицейского патруля. Полиция строго придерживалась древней милицейской традиции появляться после…

Девицы из группы поддержки обиженного Вадимом Николая, кинулись наперебой жаловаться на нехорошего хромоножку, напавшего на их знакомого. Раздалось несколько возмущённых голосов посетителей, которые утверждали обратное.

– Так, в отделении разберутся, кто на кого напал, – полицейский буркнул что-то в радиостанцию. Как по мановению волшебной палочки у кафе остановилось две машины с мигалками. Из глубина парка Динамо нарисовался ещё один патруль. Со стороны прудов быстро приближались кепки третьего. Где ж вы, товарищи, блюстители закона, шарахались десять минут назад?