Чтение онлайн

Андрея даже покоробило такое имечко, и вправду «веселая» интерпретация…

Услыхав такой вольный перевод, стоящие поблизости крестьяне, до этого увлеченно прислушивающиеся к разговору, внезапно вспомнили о каких-то своих неоконченных делах и, словно стая испуганных щукой мальков, порскнули по сторонам. Тарг с ним, с нелюдью, себе дороже будет рядом с ним находиться. Только Майра восторженно пялила на него глазенки и даже подпрыгивала от возбуждения.

– Вау! Келловиталл, у тебя такое стланное имя! Плавда сдолово?! Хочу такое же! Хаг, хочу себе длугое имя, как у Келловиталла! – Майра уцепилась за штанину Хага и трясла его изо всех своих сил, казалось, что из Хага вытрясут душу, так на нем позвякивали обереги и оружие, вторя в такт потряхиванию головы.

Интересная картинка – нелюдь, хирдман, как в припадке трясущий головой, и маленькая девочка, юлой летающая вокруг двух мужиков и успевающая ежесекундно дергать одного из них за штанину. От такого напора штаны уже поползли вниз, грозя окончательно сорваться и явить миру на обозрение пятую точку их обладателя. Пока не стало слишком поздно, Хаг вцепился левой рукой в наборный пояс, правой поймал маленький смерч, что только по странному недоразумению был назван Майрой, и намертво прижал девочку к себе.

– Успокойся, егоза! – прикрикнул он на нее. – Что творишь?! Чуть без штанов не оставила! Ты о чести дяди подумала? Что сказали бы воины, увидев меня без порток? Позор на весь север! То-то бы хевды орков обрадовались, нарекли бы Туром Голозадым! А все от того, что одной взбалмошной девчонке захотелось поменять себе имя! Учись держать себя в руках!

Несмотря на металл и суровый тон в голосе северянина, которым он отчитывал разошедшуюся девочку, было видно, что тот любит свою племяшку и позволяет ей веревки из себя вить.

После окрика Майра резко остановилась, одернула платье и, опустив глаза долу, тихо ответила:

– Плости, дядя, я больсе не буду. Я вела себя недостойно. Позволис ли ты мне самой выблать себе наказание?

Ой-ла-ла! Андрей по-новому взглянул на своих знакомцев! Северяне-то не простые олени, а как минимум волки из совета Сионийской стаи. Судя по тому, как реагирует ребенок на замечание взрослого, явно не обошлось без наставника или наставницы… Наставника или пестуна… Мысли в голове прыгнули бешеным гривастым волком. «Твою мать! – выругался Андрей про себя. – Драконы на рубахе Хага! Рунный пояс! Остолоп я, ой остолоп, да он наверняка из вождей клана Драконов, походный конунг! То-то лыбу давил, когда я Драконом назвался. Такой за одно слово оскорбления может нашинковать на мясной григ и будет в своем праве. Правда, по реакции – нормальный мужик, хотя кто их северян знает… Как говорила Алиса: „Все страньше и страньше“. Высокородный северянин пожал мне руку. Нет, тут что-то не вяжется. Проверяет? Или у них нелюди в почете? Не должны вроде. Они с хевдами серых орков постоянно рубятся, только шум стоит, чай, что те, что эти – викинги, мать их. Да эльфов с Долгих фьордов постоянно за мошну щипают. С другой стороны, постоянные терки с орками и ушастыми – это разбрасывание своего семени по чужим народам. Другие племена соответственно „одаривают“ их. Законы войны ещё никто не отменял. Борг – под огонь, мужиков – под нож, баб и девок – под… и так по кругу. В течение нескольких поколений или сотен лет. То-то он во мне ни орка, ни эльфа не признал, насмотрелся видать, смесков там всех мастей хватает. Бурлит север, как котел, бурлит».

Пока Андрей думал над складывающейся ситуацией и как отвязаться от случайного знакомства, Хаг позволил выбрать девочке себе наказание из названного им целого списка.

– Я, Майла… – тут девочка запнулась, глянула на Андрея и, не произнося фамилии и рода, продолжила: – За свой поступок, несущий улон чести и достоинству клана… моего клана, с лазлешения сталшего, Хага Молского Тула, выбилаю себе наказание – заплет на покупку сладостей и сладкой воды до момента, пока Хаг Молской Тул не лешит, что наказание достаточно и может быть снято. Я сказала!

Андрей тихо порадовался – какой он умный, жаль только, задним умом. Обидно. Ритуальное «Я сказала!» могла произнести только представительница знати. Значит, в своих оценках он не ошибается, по крайней мере, не сильно ошибается. Дай-то Тарг, чтобы не сильно, не хочется улепетывать отсюда на всех крыльях и парах. Походный конунг без своего хирда по Тантре не ходит, значицца, рядышком десятка три-четыре перепоясанных мечами воинов шарахается, а его верховой хасс оставлен в стойле конюшни пригородного трактира, меч, ножи и лук – в сундуке съемной комнаты. (Нелюдь? С оружием? В город? Только через труп! Через труп нелюди!) Как жаль… пошел, понимаешь, за хлебушком… Он посмотрел вверх, на небо. Глубокое, синее, как его глаза, оно манило и звало ввысь… И надо как-то разруливать ситуацию.

– Уважаемый тэг Хаг Морской Тур! Все же Вы неправильно перевели мое… имя. «Керро» переводится как золото, а «Витарр» – сверкающий. Сверкающий золотом Дракон.

– Оставьте, молодой человек, свои политесы, и не стоит нам путаться в трудностях перевода, я вам приведу последний вариант, думаю, что он правильный. – Хаг помолчал пару секунд и на выдохе продолжил: – «Витарр» на Малой Эдде драконов обозначает хрусталь, «Керр» – гору. Рад приветствовать Хрустального Дракона.

Попадос. Северный варвар, дикарь, на взгляд просвещённого юга, спокойно щёлкает имена на Малой Эдде драконов – языке, давно забытом как людьми, так и прочими народами, только жалкие Гнёзда драконов продолжают говорить на нём, вспоминая былое величие крылатого племени. Сейчас Андрей не удивился, если бы северянин вдруг заговорил на Высокой Эдде, слагая рифмованные пятистрочия. И как, скажите, сохранять инкогнито, если знатоки забытых языков выползают из самого захолустья мира? Причем встреча эта уже не кажется просто случайной. Такое иррациональное чувство, что варваров ведет провидение местных богов. Видимо, божества решили играть втемную и, раскинув карты, посмотреть, как ляжет масть и стоит ли темная лошадка ставок на небесном тотализаторе. Андрей мысленно скрутил кукиш и ткнул им в небо. Не дождетесь!

В этот момент шестым чувством, задницей (называйте, как хотите), он почувствовал движение позади коновязи. Скосив глаза на блестящий кругляш, висевший на шее северянина, в отражении которого виднелась крепостная стена и часть посада, Андрей увидел, что путь назад отрезан пятью мордоворотами, еще четверо занимают позиции справа и слева.

О небеса! За что? Нелюди, если ты не ученик школы или не зарегистрированный в гильдии маг, запрещено заниматься магией, не без исключения, конечно, – эльфы и здесь стоят в сторонке. Королевский эдикт карал таких усекновением головы, без суда, без следствия. Чик топориком, и голова отдельно гулять пошла, потому Андрей и не раскидывал сторожевые паутины у стен города (засекут наказующие маги, в три счета засекут), потому прозевал бесшумное появление хирдманов.

Незаметно собрав энергию на кончиках пальцев, Андрей приготовился ударить молниями по кругу, сбивая замерших в ожидании приказов Хага воинов: от такого сюрприза им и защитные амулеты не помогут, нет от молний защиты, и все тут. И валить, быстро так валить, жаль только о поступлении в Ортенскую Общую Школу Высшей Магии (все с большой буквы) придется забыть, приметы у нарушителя больно запоминающиеся. Добраться бы только до Снежка, жалко бросать хасса, прикипели они друг к другу. Душами прикипели.

А северянин наслаждался ситуацией. Сука. Надо же было назваться Драконом! Тянули тебя за язык! Теперь эта Морская Корова его живого не выпустит. Клан Драконов щепетильно относится к названию клана – вон даже шмакодявка Майра, выбирая наказание, не назвала при нем свой клан, сообразила, что он чужак (не похож на своего, чуть ли не всех своих в лицо знают), а он прямо в глаза, получается, набивался к хирдманам в родственники, за такое наказывают.

Отослав девочку за спины своих воинов, Хаг вытащил из-за голенища кривой нож-засапожник, ковырнув кончиком ножа под ногтем большого пальца левой руки (прямо гопота городская на разводе лоха), посмотрел на лезвие и ледяным тоном спросил:

– Так я правильно перевел? Дракон-самозванец! – Зачем, спрашивается, руку жал?

Ой, как не хочется светиться запретной магией и как хочется поступить в школу. Интуиция подсказывала, что бежать нельзя – возврата назад не будет. Нельзя показать сомнений и страха, варвары страх врага нутром чуют и презирают трусов, отважного – уважают. Стоит показать спину – ты дичь, затравят, как волка. Хотя Андрей не волк, а нечто другое, но нельзя здесь и сейчас! НЕЛЬЗЯ!

После момента сомнения на Андрея сошло ледяное спокойствие и изнутри поднялись странная сила и уверенность, как тогда, перед побегом из рабской клетки…