Чтение онлайн

— Даже не думай сокращать, — встрепенулась упомянутая кикимора. — А то браслетами не поделюсь, вот.

Аглая невольно улыбнулась. Руки нежити от запястья до локтей увивали браслеты, сплетенные из корней, веток и перьев. Вернее, надето было полное непотребство, именованное браслетами лишь по недоразумению.

— А меня Любелией кличут, — отозвалась старуха. — Когда эти двое достанут — обращайся.

Рося фыркнула, а вот Кассандра задумчиво признала:

— Да, мы бываем навязчивыми. А хочешь, тебе цветы в косы вплету? Семь дней не будут вянуть.

Аглая зачарованно кивнула. Тонкие пальцы тут же стали разбирать ее волосы, вылавливая отдельные пряди и вплетая в них цветы ромашки. За этим занятием их и застал княжеский связной. Еще каких-то пару часов назад Аглая бы испугалась призрака до потери пульса, сейчас же только скользнула равнодушным взглядом. А вот дух одарил девушку пристальным вниманием и мрачно предупредил:

— Владыка будет недоволен.

— Мы в своем праве, — Любелия ступила вперед. — Мы не нарушали запрет. Теперь она — наша сестра.

— Сестра, — твердо сказала Кассандра и ласково обняла Аглаю. — Ты ведь с нами по своей воле? Или мы принудили?

— По своей, — подтвердила девушка.

Призрак скривился, будто сжевал ломоть хрена.

— Бросьте вы это дело, отведите девицу к родным и вернитесь к исполнению княжеской воли.

— Поведем, — пообещала Росяница и спросила: — Пойдешь в деревню? Покажешься родителям. Зачем им волноваться зря? А захочешь остаться — неволить не станем.

Аглая согласилась, не задумываясь, как воспримут ее визит в обществе нежити.

— Не переживай за приказ, касатик, нас теперь четверо — справимся. Князь будет доволен.

В этом призрак сомневался, но устраивать разборки с зарвавшимися кикиморами не стал. Они действительно были в своем праве.

Никогда прежде прогулка по лесу не давалась Аглае так легко. Зеленый туман ластился к рукам, словно верный пес, фонарик Кассандры манил вперед, волшебным образом вытесняя из головы все мысли. Ни страха, ни тревоги, ни боли — лишь странная пустота, после всех переживаний уютная, жизненно необходимая.

Кустарники тянули прочь ветви, освобождая дорогу. Отторгая чужеродное, если уж говорить правду. Мир не принял нежить, но люди наделили ее силой, и с этим не выходило спорить.

На опушке шишимора остановилась.

— Сотни лет не была в человечьих деревнях, — она втянула воздух и удовлетворенно отметила: — Ни одного ведьмака. Хорошо.

Отстраненное спокойствие покинуло Аглаю, едва она заметила солдат, деловито снующих по селению.

— Нас никто не видит, не бойся, — успокоила провожатая. — Мы ведь мастера иллюзий, а что может быть проще отвода глаз?

Две тени скользили по Лесовицам. Красавица кикимора и растерянная человечья девчонка в расхристанном сарафане, с непокрытой головой, ведь платок потерялся, и не вянущими цветами в волосах. Ей бы привести себя в порядок, но от пережитых потрясений Аглая позабыла, как выглядит. А что шишиморе до условностей?

На пороге избы девушка замерла, замялась, не решаясь переступить порог.

— Я буду рядом, сестра, но они не увидят. Если захочешь остаться — уйду.

В сенях Аглаю обволок запах грибной похлебки и хлеба, колдовской туман истаял, заставив сердечко забиться быстро-быстро. Девушка подоспела к обеду. За столом собралась ее большая семья, но ели почему-то в тишине, без привычного смеха и неторопливого разговора. Невезучая сборщица ягод смотрела на родные лица, не смея подойти ближе и занять свое место.

— Матушка, Аглая вернулась, — воскликнула младшая сестренка, и на замершую около стены девушку в один миг посмотрели ВСЕ.

— По всем сеновалам прошлась, негодница? — первой подала голос жена старшего брата. — А я ведь говорила, да вы не слушали, — закончила она обличительно.

От незаслуженной обиды девушка не смогла и слова вымолвить, но глаза вспыхнули зеленым колдовским огнем.

— Батюшки святы, — взвизгнул сын кузнеца, нареченный одной из сестер, и выронил кусок хлеба.

"Грех так обращаться со священным даром, можно и беду накликать", — мимоходом отметила Аглая.

Отец пригляделся и отшатнулся, кто-то помянул Небесных Владык, а кто-то выкрикнул, словно батогом стегнул:

— Ведьма.

— Блудница, — не смолчала золовка, не желающая отбрасывать версию с сеновалом.

Снова стало нечем дышать, как тогда, в лесу, Аглая схватилась за руку кикиморы. Нечеловечески холодную, но какое это имеет значение?

— Пойдем, — шепнула Кассандра.

О нет, девушка не пошла — а быстрее молнии выскользнула из избы и понеслась прочь, не разбирая дороги. Аглая не видела, как выбежала из дома младшая сестра, да только поздно.

Княжество Акарам,

первая неделя зорничника 69-й год

Заскрипели стулья, захлопнулись двери, оставляя в просторном зале лишь хозяина темных пустошей и седовласого министра обороны.

Ян любил свою работу, но человеческая глупость и международная политика не в первый раз становились князю поперек горла. Парад заставил сиятельных владык задуматься и сменить приоритеты. Акарам подтвердил свой статус, но нерастраченная энергия требовала выхода.

Скрепя зубами, князья отказались от масштабной военной кампании, но не от локальных стычек. Межгард готовился атаковать ослабевшего соседа: молодой правитель Сорема допускал одну ошибку за другой на радость военным чинам противника. Остальные державы выжидали.

— Игорь Аврельевич, ну не нужна нам эта война, — выпалил обычно непрошибаемо спокойный хозяин Акарама. — Вот совершенно не нужна. У меня дома молодая жена. Любимая. Беременная.

Советник неожиданно улыбнулся, и от этой улыбки Ян на мгновение почувствовал себя мальчишкой, впервые представленным своим подданным.

— И через год она вам не нужна будет, и через десять. Сейчас жена, потом дети, а за ними еще и внуки прибавятся.

Взгляд правителя темных пустошей неуловимо изменился, словно он внезапно понял что-то важное.

— Выходит, вы домой спешите, как и в юности? Как в дни, когда только сочетались узами?

Суровое лицо офицера озарилось теплой, мечтательной улыбкой.

— Я не стал любить Кристэль меньше. Она свет во мраке, мой дар от Небесных Владык, и я не знаю, как жить, если ее вдруг не станет.

Ян покосился на расстеленную на столе карту девяти княжеств и тихо заметил:

— Вы все время отдаете Акараму — не ей.

— Это наш выбор.

— Нет, выбор ваш, Игорь Аврельевич, только ваш. Как и мой, просто наши женщины его приняли, — на миг в кабинете воцарилась тишина, потом князь спросил: — Как наша молодежь после поездки к Тропе Мертвецов?