Чтение онлайн

В этот раз граф молчал дольше. Он по-прежнему смотрел на меня, его взгляд скользил по моему лицу, словно дядя впервые его видел. Его сиятельство потер подбородок:

— Как интересно, — чуть растянув слова, заговорил граф. — Ваша матушка неоднократно говорила о вашей внешней схожести с нашей бабушкой, но я не придавал этому значения. Она ведь была из дома Тенерис, однако дед выбрал ее среди множества претенденток более выгодных, чем родственница из подчиненной ветви рода. И ведь не прогадал. Она была сильной женщиной, умной и весьма коварной. Многие считают ее сумасбродкой, однако бабушка ничего не делала без явной выгоды для мужа или детей. Все ее выходки имели под собой твердую основу и часто вели к успеху. Но я не ожидал, что увижу ее черты в ком-то из ныне живущих родственников. Однако наследие передалось вам спустя два поколения. Женщины, урожденные Тенерис, имеют сильные черты характера. Хочется верить, что в вас они проявятся в полную силу. — Он откинулся на спинку сиденья и улыбнулся уже совершенно искренне. — Похоже, я выбрал верную тактику, решив быть с вами предельно откровенным. Скажите, Шанни, вы романтичны по натуре? — вопрос был неожиданным, и я немного растерялась, но решила теперь быть с ним честной, ответив любезностью на любезность.

— Нет, — ответила я. — Я далека от романтики. Облака находятся слишком высоко, чтобы я стремилась оказаться среди них. Но я уверенно чувствую себя, когда под ногами земная твердь.

— Вы мечтали произвести фурор и покорить мужчин на своем представлении?

— Я мечтала встретиться с королем. Я хотела, чтобы он меня заметил.

— У вас это вышло, — хмыкнул дядя. — Значит, вы и вправду целеустремленная девица. Это радует. Но не поддавайтесь эмоциям. Чтобы завоевать такого мужчину, как наш государь, вам потребуется немало терпения, — граф выглянул в окно, после дернул шнурок, и карета остановилась. — Пройдемся.

Оказалось, что мы уже выехали в предместье. И это удивило, потому что после празднества мы вернулись из поместья в особняк в столице. Однако возражать я не стала и послушно вложила пальцы в ладонь дядюшки, когда он подал руку, чтобы помочь мне выйти из кареты.

— Вернемся к графине, — заговорил его сиятельство, и я перевела на него взгляд. — Серпина Хальт не особо хороша собой, но приятна взору. Она продержалась подле государя удивительно долго. Уже больше двух лет он делит с ней ложе. — Я смущенно потупилась, всё же к таким разговорам я не была приучена, хоть иногда мы с Амбер и говорили об этой стороне супружества. — Первые полгода он смотрел только на графиню, но потом у короля случались и иные кратковременные связи. Он быстро остывает, если не находит в женщине то, что способно его удержать. Серпина стойко выдержала интриги царственного любовника. Она дает королю покой и отдохновение. К тому же графиня подружилась с Ее Высочеством, и не секрет, что государь обожает свою младшую сестру. С замужеством старших Его Величество затягивать не стал, но с Селией не спешит расстаться. Вам известно, что отец государя и наш бывший правитель скончался рано. Королева умерла в родах, и даже маг не сумел ей помочь, за что и поплатился жизнью. Об этом вы, разумеется, не знаете, однако это было. Так вот, графиня и принцесса окружили короля тем, чего он был лишен с ранней юности – семейным уютом. И в этом сила нынешней фаворитки. Кроме того, род ее покойного мужа, а точней, кузен графа Хальта из старшей ветви – герцог Ришем, возвысился и укрепился. Он поддерживает Серпину и зорко следит за тем, чтобы у нее не появилось соперницы. На короля сложно влиять, почти невозможно, но он готов делать приятное для своей женщины, и потому можно сказать, что за герцогом стоит сам государь.

— Но как же…

Дядя широко улыбнулся:

— Герцогиня Аританская, дитя мое, — не без пафоса ответил граф. — Она не выносит Серпину из-за того, что утеряла власть над принцессой. Графиня, спеша закрепиться, перетянула на себя внимание Ее Высочества, и та перестала внимать тетушке. Более того, в узкий семейный круг ее светлость забыли пригласить, там царствует фаворитка. И всё это нам на руку, потому что герцогиня станет нам союзником и верным помощником.

— Как? — мрачновато спросила я. Картина, открывавшаяся передо мной, пугала больше, чем вызывала интерес и желание начать действовать.

— Вы будете ее фрейлиной, Шанриз, — торжествующе объявил дядя. — Ее светлость благоволит вам, и ни герцог Ришем, ни графиня Хальт не смеют запретить ей взять вас к себе. Да они пока и не будут расценивать вас, как серьезную угрозу. Однако вы и вправду угроза, потому что ваши союзники – это их противники. И поверьте, их немало. Впрочем, пока вы не являетесь силой, они будут с вами в добрых отношениях, но встревать в грызню не станут. Но когда вы обретете вес, поддержка ваших сторонников станет более ощутимой. А пока нас трое. Тетя короля, которая хочет избавиться от его фаворитки. Я, глава рода, который хочет помочь вам, а заодно избавиться от обнаглевшего герцога. И вы, кому нужен сам король.

Против нас Ришем, графиня и принцесса. Селия примет сторону Серпины, в этом не приходится сомневаться. Вступая в сражение с ними, мы уничтожаем уютный мирок государя. И это играет против нас…

— За что вы ненавидите герцога? — прервала я дядю, мало заботясь о правилах хорошего тона.

Я откинула их за ненадобностью, потому что меня втягивали в опасное предприятие, и мне нужно было знать все нюансы.

— Он сильно раскачал подо мной кресло, — вновь не стал кривить душой его сиятельство. — Еще немного, и высокородный выскочка вышибет меня с должности, а после и из дворца. Род Доло и все его ветви утеряют милость государя. Это дурно скажется в будущем. Не многие семейства решат связаться с нами. Так что если желаете для Амберли удачного замужества, которое возможно, пока я при власти, то стоит быть решительной, смелой и целеустремленной, какой вы были на вашем празднике. Понимаете, о чем я?

— Понимаю, — кивнула я.

— Потому ваша выходка оказалась как нельзя кстати. Вы вовремя повзрослели, Шанни. Итак, готовы ли вы помочь вашему роду?

Я облизала вдруг пересохшие губы, после и вовсе отвернулась и зажмурилась от паники, вдруг овладевшей мной. Однако сжала кулаки и медленно выдохнула, оценивая перспективы, которых смогу достичь, участвую в интригах дяди и герцогини. И пусть конечная цель у нас и разнится, но путь остается один. И я обернулась к его сиятельству.

— Что ожидает меня, если мы проиграем?

— Замужество, — пожал плечами дядя. — Если поспешим, то выгодное замужество. Что еще может вас ожидать?

— Значит, перед нами могущественный противник, а за спиной лишь тени?

— Как красиво сказано, дитя мое, — рассмеялся граф, — но совершенно верно.

— Значит, нужно облачить их в плоть, — кивнула я сама себе.

Его сиятельство не ответил, он наблюдал за мной.

— Матушка и батюшка? Что скажут они?

— Будут счастливы вашему возвышению, — пожал плечами дядя. — Что они еще могут сказать? Вы переедите во дворец, будете служить самой тетушке Его Величества. И желанные вашей матушке завидные женихи окажутся так близко, что останется только перебирать их, как крестьянки перебирают крупу. А спрос на вас будет, в этом я уверен. Но не они наша цель. Так что же вы скажете, Шанриз?

— Хорошо, я готова, — тут же ответила я, не позволяя себе ни единого мгновения для колебаний. Это соответствует моим желаниям, так почему бы и не попробовать, когда для меня уже проложили дорогу? — Да, я готова.

— Ни минуты в вас не сомневался, — широко улыбнулся дядюшка и мягко пожал мне пальцы, словно мы заключили важную сделку. Впрочем, так оно и было.

— Скорее же! Как вы медлительны, баронесса!

Поддернув подол, я ускорила шаг и вскоре влетела вслед за своей наставницей – баронессой Керстин Вендит, назначенной мне ее светлостью, в покои моей покровительницы. Ее фрейлины, кроме нас двоих, уже стояли под дверями опочивальни и ожидали пробуждения герцогини. На нас обернулись, старшая фрейлина сурово свела брови и покачала головой.

— Я заблудилась, — громко прошептала я, чтобы меня услышали, но мой голос не стал бы причиной пробуждения ее светлости. — Прошу меня простить, впредь этого не повторится.

— Очень на это надеюсь, баронесса Тенерис, — вполголоса ответила старшая фрейлина – графиня Виктиген, — иначе мне придется доложить о вашей нерасторопности герцогине. Ее светлость не терпит тех, кто не в силах исполнить взятых на себя обязательств. А вы взяли и потому не смеете пренебрегать ими.

Кто-то тихо хмыкнул. Я виновато потупила взор, изобразив раскаяние, потому что так полагалось. На самом деле я своей вины не ощущала. Во дворце я жила всего лишь третий день и изучить его устройство не успела. И если в первый день меня провели по лабиринту дворцовых коридоров, а утром второго дня сопроводили к покоям герцогини, то сегодня добираться сюда я должна была самостоятельно, и это оказалось не так уж и просто. Было бы намного удобней, если бы мы проживали рядом с ее светлостью, но фрейлинам отводились комнаты на втором этаже, герцогиня же проживала на третьем, где находились и покои принцессы.

Кстати сказать, ее фрейлины были рядом со своей госпожой. Они и считались выше по рангу, чем свита тетушки Его Величества, и этим, разумеется, гордились. На их задранные носы я уже успела полюбоваться и испытать неприязнь. И мое тихое фырканье вызвало понимающие улыбки среди моих новых подруг.

— Они бывают невыносимы, — шепнула мне моя наставница. — Порой даже позволяют себе приказывать нам, но ее светлость ревностно следит за тем, чтобы нас не сменили унизить. И хоть по дворцовому уставу мы обязаны выполнять требования Ее Высочества, но герцогиня, после того, как принцесса отдалилась от нее, резко высказалась по поводу устава и запретила нам приближаться к покоям племянницы и слушать ее приказы. «У вас есть госпожа, ей и служите», ­ – так сказала ее светлость. А если Ее Высочество гневается на нас за то, что мы отказались слушать ее фрейлин, то наша заступница идет к принцессе и лично выговаривает ей.