Чтение онлайн

Рагна сморгнул, прозрачное третье веко скользнуло по глазу, прежде чем сомкнулись веки. Он поднял руку ко лбу, чтобы поправить голубую ленту, служившую ему лингвистическим компьютерным устройством.

– Я понимаю ссылку на устаревшую денежную единицу - лепту - в буквальном, но не в разговорном смысле. Однако я вполне понимаю самую суть того, что ты мне сказал. Да, мы хотим внести свой вклад в обсуждение, и он будет таков...
– он посмотрел на Они, которая кивнула в знак согласия.

– Мы, которые являемся не-человеческим меньшинством этого экипажа бесстрашных первопроходцев - в кавычках с целью выразить иронию - вряд ли можем с полным правом выразить согласие или несогласие с общим мнением, поскольку нас в это путешествие никто не приглашал, но мы, так сказать, завалились сюда незваными, если вы можете понимать мои риторические обороты. Но если уж на то пошло, а на то пошло, можете мне поверить, то мы говорим да, любыми путями надо отправляться в крепость этого типа Прима и попросить его внести свою лепту в наши дела, вот так, - он смущенно улыбнулся.
– Если вы понимали то, что я говорил.

– Все поняли, что ты сказал, - ответил я.
– Кто еще? Шон? Лайем?

– Я голодный, - отозвался Шон.
– Поехали поедим.

– Он-то вечно голодный, - сказал Лайем, - но и я присоединяюсь к нему.

– Мне скучно, и уже давно, - сказал Роланд.
– Поехали!

– Сэм, ты что скажешь?
– спросил я.

– А что, у меня тоже есть право голоса?

– Сэм, ты всегда можешь внести во все мудрости на миллион кредиток, сказала Сьюзен, - и ты сам это прекрасно знаешь.

– Благодарю вас, мэм. Я хотел бы сказать, что к этому пижону Приму я относился бы с недоверием.

Я ждал продолжения, а потом спросил:

– И это все?

– Угу. По-моему, Сьюзи, грядут перемены.

– Ну же, Сэм, - сказал я, - выдай, что думаешь.

– Нечего выдавать. Я компьютер, помнишь? Дай мне данные - я их проанализирую, дай мне числа, чтобы я их сложил, - я это выполню и выдам распечатку. Но не проси меня разобраться в недавних событиях. Они для меня уж слишком дикие и ненормальные. Изумрудные города, замки фей, сказочные планеты, какой-то парень, который возомнил себя Господом Богом... А, ладно, не обращайте внимания, я заткнусь. Разбудите меня, когда все кончится.

– Ну ладно, прекрати, - сказал я, - каждый раз, когда ты чего-то не понимаешь в происходящем, ты неизменно выкидываешь спектакль под названием "Я же всего-навсего компьютер".

– Нет, серьезно, мне кажется, что эта ситуация требует человеческого суждения. Она требует интуиции, подсказки сердца, ощущения внутреннего голоса. У компьютеров нет внутренних голосов, мальчики и девочки.

– Сэм, когда ты признаешься сам себе, что ты все-таки человек?

– Сын, я был человеком семьдесят два года. Этого мне вполне хватило.

– Но твоя Влатузианская Энтелехическая матрица делает твои реакции совершенно неотличимыми от реакций человеческого мозга, у которого есть все органы чувств. Этого вполне достаточно, чтобы все поверили в твою человечность. Иногда я и впрямь верю, что ты действительно человек, который прячется где-то в этом тяжеловозе, говорит в микрофон и обманывает нас всех.

– Ладно, Джон, ты меня вычислил. Ты прав, я просто обманщик. Суть в том, что я ростом всего в дециметр. Ты меня никогда не найдешь.

– Вот видишь? У компьютеров никогда не бывает чувства юмора. Джейк прав. Ты, вне всякого сомнения, человек, Сэм, нравится тебе это или нет.

– Как бы там ни было, - сказал Сэм, - если вернуться к вопросу, который мы обсуждаем, то, по-моему, вы уже и так приняли решение.

– Мы пока еще не всех выслушали, - сказала Сьюзен.

– Кто остался?
– спросил я.

– Ты, Джейк. Что ты сам обо всем этом думаешь?

Я сел на место и вздохнул.

– Хорошо. Если говорить об общих принципах... как уже сказал Юрий, нам надо получить ответы на наши вопросы. У меня у самого есть к мистеру Приму парочка вопросов. И если мне не понравятся ответы, то я тоже могу просто взять и дать ему в морду. Но у меня есть и другие причины, чтобы поехать в Изумрудный город. Мур и его банда где-то здесь. В стенах города нам, может статься, будет безопаснее.

– А может. Прим их тоже пригласил на обед, - заметил Роланд.

– Когда? Неужели я что-то упустил? Или они приехали прежде нас? Мне показалось, что Мур и его шайка умчались в противоположном направлении.

– Может быть, Прим сконтактировался с ними по радио... или телепатически, или еще с помощью какого-нибудь там чуда.

– С нами он связывался весьма прозаическим путем.

– Верно, - признал Роланд.
– Но все-таки он мог их тоже каким-то образом пригласить.

– Ладно, - сказал я.
– Я принимаю твою точку зрения, но нам придется предупредить Прима, что ни под каким соусом мы не останемся под одной крышей с этими пташками.

– Я бы выпил за это, - сказал Шон.
– Кстати, у меня самая страшная жажда на свете.

Наши запасы пива тоже были под строгим учетом и распределением.

Сьюзен сказала:

– Неужели вы думаете, что они до сих пор собираются нас преследовать? Я хочу сказать: что такое у нас есть, что им так до зарезу нужно? Черный кубик?

– Я бы им его охотно отдал, - ответил я.
– По-моему, никому эта дурацкая штука не нужна.

– Только одно хорошее в этом есть, - вмешался Сэм.
– Старина Кори Уилкс больше не будет нам мешать. Он стоял за всем, что тут происходило, а теперь, когда его больше нет, Муру придется здорово поломать голову, прежде чем он придумает, зачем ему причинять нам неприятности.

– Кроме того, что у него ко мне счет, - сказал я.

– Ну, может быть. Хотя думается, что уж теперь-то с него хватит.

– Только не с нашего мистера Мура, - сказал Лайем.
– Ты его просто не знаешь, Сэм.

– Мне кажется, я его знаю, - ответил я.
– И мне что-то не по себе.

Я выглянул из бокового иллюминатора.

"Солнце" спускалось за горизонт. Похоже было на наступающий вечер, небо стало чуть темнее голубовато-фиолетового цвета. Зелень травянистых холмов просто сияла - это был невероятно насыщенный, почти светящийся зеленый цвет. Аккуратные кустики были окрашены в самые разнообразные цвета - то розовый и красный, то оранжевато-коричневый. В этом мире все выглядело, словно это был парк, игровая площадка.

Я повернулся и завопил:

– Винни! Ты где?

– Наверняка занимается любовью с Джорджи, - сказал Роланд.
– Эти двое - нежная парочка.

Винни выскочила из кормовой кабины, прокладывая себе дорогу в лесу человеческих рук и ног. Джорджи следовал за ней.

– Винни тут, Джейк!

– Иди-ка сюда, малышка.

Она прыгнула мне на колени. Я потер костистое, покрытое шерстью темечко между ушами.

– Как ты считаешь, Винни?
– спросил я.

Винни подумала, нахмурив свои нависшие над глазами брови. В размышления она вложила множество усилий. Потом спросила: