Чтение онлайн

– В тапочках-то не находишься, - сказал он и обернул свои два куска вокруг ног наподобие портянок, да еще стянул ремнями.

С такой работой Шмурло и сам справился.

– Как все равно хиппари какие, - жаловался он при этом.

Тронулись дальше. Один раз через просеку с шумом перелетела какая-то яркая красно-желтая птица. Потом перекатилось что-то вроде футбольного мяча. Потом Шмурло метнулся в сторону от обыкновенного куста - ему померещилось, что ветки как-то хищно скрючены.

– Вот же гадина, - рассуждал про чудовище капитан.
– Не хочет себя на мясо сдавать. Зато шкура крепкая, если такую кислоту выдержала...

Деряба еще долго предрекал убиенным зверюгам большое народно-хозяйственное значение, но тут обнаружилось, что дорога резко уходит вниз, а сами они остановились на высоком берегу реки. Следы слесарей и телеги тянулись к воде. Река была не очень широкая, метров двести. Спускаться было круто, и Шмурло, хотел не хотел, побежал. Деряба за ним.

– С ходу форсировать будем?
– спросил Шмурло, отдышавшись внизу.

– А вдруг эти наши бутылочки как раз в воде и водятся?
– сказал капитан.

– Дай-ка я напьюсь, - решил Шмурло.

– Стой!
– закричал Деряба.
– Кто знает, что это за река. Вдруг пронесет или что похуже...

Берег был покрыт серым песком пополам с серой же галькой. Деряба выбрал камешек поплоше, размахнулся и пустил по воде, желая испечь несколько блинов. Камень ударился об воду и без звука ушел вниз.

– Рука отвыкла, - оправдался капитан, взял еще камешек и повторил попытку с тем же результатом. Потом разозлился и спровадил таким манером в реку с полкубометра гальки, но ни один из камней так ни разу и не отскочил от поверхности. Шмурло наблюдал за Дерябиными занятиями с тупым равнодушием.

Утомленный капитан вернулся на берег и уселся рядом.

– Нехорошая вода, и цвет неприятный, - сказал он.
– Мне в нее даже палец неохота совать, не говоря о прочем. Придется делать плот.

– А как же слесаря? Следы-то туда ведут!

– Ты лучше спроси: а как же телега? Она, что ли, по дну прокатилась? Должно быть, ее плот ждал или понтон какой. Пошли хворост собирать. Обернем сушняк плащ-палатками и форсируем...

Той же дорогой они поднялись на береговую кручу. В стороне от дороги на открытой площадке было разложено кострище. Угли еще дымились.

– Вот, - сказал Деряба.
– Точно, тут они переправу ждали. Странно только, что не внизу костер жгли - тут место открытое, неуютное... Погоди-ка, что это такое?

Шмурло поглядел в указанном направлении. На противоположном берегу был такой же самый лес, а за лесом, кажется, виднелись и поля. А в точности напротив кострища стояло могучее одинокое дерево, и на вершине его было что-то вроде огромного гнезда.

– А, так это сигнальные костры, - догадался Степан.
– Как у запорожцев. Может местный народ всполошить... Ох, что же это я? Огонь же!

Капитан быстро набрал под ногами сухих веточек, встал на четвереньки над углями и раздул крохотный костерок.

– Следи за огнем, полкан, а я стану плоты ладить. Потом покурим слесарские бычки.

Нигде бы не пропал капитан Деряба.

Светило почему-то упорно продолжало стоять в зените. Деряба в лесу трещал сучьями и давал незнакомым растениям краткие, но выразительные характеристики. Шмурло апатично подбрасывал в огонь всякую горючую мелочь и с ужасом думал, что они сдуру и спьяну попали на какой-то сверхсекретный полигон или в зараженную радиацией местность и теперь первый же патруль может запросто ликвидировать их на месте в целях неразглашения. А зверюга эта - мутант, какая-нибудь гигантская помесь мышки с лягушкой. Он тоже кое-что повидал, полковник-то, а больше того слыхал, и слухи эти были совсем неутешительные. И есть хотелось. Сразу же пошли на ум всякие хорошие вещи, которые обламывались охране, в частности молочный поросенок. Пребывавший несколько лет назад в Краснодольске Мустафа Тарасович изволили от этого поросенка отъесть одну только заднюю ножку, а остальное списал и смолотил в одиночку сам Шмурло. Он даже косточки съел, потому что они были мягкие-мягкие.

От умозрительной гастрономии его отвлек зов Дерябы. Капитан был уже внизу, у реки, и звал его, наверное, покурить. Полковник подбросил в костер побольше топлива и живой ногой сбежал вниз.

На Дерябе не было лица.

– Где же твой плот?
– спросил Шмурло.

– Там, - показал на реку Деряба.
– Шкуру еле-еле успел вытащить. Вот, гляди.

Он поднял с песка толстый травяной стебель, высохший добела, и бросил в воду. Стебель мгновенно пошел на дно, даже круги не разбежались.

– Я сперва подумал, что это шкура много воды впитывает, - сказал Деряба.
– Вытащил ее, а она сухая. Вся вода с нее мигом скатилась. Это не простая вода.

– Тяжелая?
– предположил полковник.

– Да нет, скорее, легкая. Ну-ка, доставай этот... Ну, смазанный, проверенный электроникой. Давай, давай, я знаю, ты вечно с собой таскаешь...

Это было правдой. В кармашке плавок у Альберта Шмурло всегда имелись средства индивидуальной бактериологической защиты - неизвестно ведь, где казака ночь застанет. Он залез в недра трико и вытащил пестрый пакетик. На пакетике был изображен яростный тигр.

– Ишь ты, усатый!
– полюбовался картинкой Деряба. Он разорвал пакетик, достал из него резиновое изделие, надул до упора и перевязал вытащенной из рубахи ниткой.

– Ты чего, плыть на нем собрался?

– А вот увидим.
– И Деряба осторожно положил резиновую колбасу недалеко от берега. Изделие даже малой секундочки не покачалось на волнах - взяло и провалилось в воду, будто его не воздухом надули, а залили свинцом.

– Гондон истратил, - укоризненно сказал полковник, и тут до него дошел смысл происшедшего. Ладно, в прошлый раз можно было все свалить на воздушные потоки, но вода - она и на Марсе вода, когда надо, кипит, когда положено, замерзает...

– Вот это укрепрайон!
– сказал Деряба.
– Только с воздуха взять можно. Тут и танк по дну не пройдет - эта водичка в самую малую щель просочится. Только почему она вся в землю не уходит, вот вопрос.

Он достал из мешка вычурный флакон из-под «Лапидуса» и бережно, стараясь не слишком мочить пальцы, погрузил в реку. Флакон моментально наполнился. Капитан самым тщательным образом закрутил пробку.

– На анализ, - объяснил он.
– Если, конечно, живы будем.

Он перевернул флакон, и вода с такой же легкостью вылетела из него и бесследно впиталась в песок.

– Подождут, значит, с анализом, - решил Деряба.
– Не в руках же его всю дорогу нести.

Они вернулись на крутояр, покурили бычки и съели еще по квадратику шоколада.

– Говорили дураку: учи химию, учи химию, - казнился капитан.
– Нет, одно только знаю - зарин-зоман, иприт-люизит, кожно-венерического воздействия. Но ведь как-то они через реку переправились - и слесаря наши, и эти, на телеге. Можно, конечно, при известной тренировке ее пронырнуть - я до шести минут терпеть могу. Но ведь эта зараза моментом в легкие пройдет...