Чтение онлайн

— Понятно. — Гарри вежливо улыбнулся, как улыбаются люди, признавая за другими право на чудачество. — Распишитесь, пожалуйста.

Он расписался.

Гарри достал из-под прилавка увесистую амбарную книгу, через которую сверху, у самого корешка, была пропущена стальная цепочка.

— Ваши имя и адрес, пожалуйста. Так нужно — для фэбээровцев.

Пальцы его, державшие авторучку, напряглись.

— Да, конечно, — сказал он. — Господи, никогда оружия не покупал, а тут сразу столько…

И он послушно вывел в книге:

Бартон Джордж Доус 1241

Западная Крестоллен-стрит

— Всюду эти феды свой нос суют, — проворчал он.

— Да. Как будто им больше всех нужно, — кивнул Гарри.

— Это точно. Знаете, что вчера по радио передали? Они требуют принятия закона, чтобы все мотоциклисты, кроме шлема, носили еще и нагубник. Представляете — нагубник? Совсем оборзели! Какое им дело, если добропорядочный гражданин хочет добровольно сломать себе челюсть?

— Ну, от меня-то только адреса и имена требуют, — проворчал Гарри, убирая книгу под прилавок.

— Или взять хотя бы продолжение этой чертовой автострады, которую они собираются проложить прямо через Вест-Энд. Какой-то выскочка-инженер говорит: «Она вот здесь пройдет», — и наше дражайшее правительство тут же рассылает кучу писем с уведомлением: «Извините, но через Ваш район пройдет продолжение автострады номер 784. В течение ближайшего года Вы должны подыскать себе новое жилье».

— Свинство, конечно.

— Вот именно. Какое дело людям до «права государства на принудительное отторжение частной собственности», если они двадцать лет в своем доме прожили? Предавались любви с женами, детей растили и возвращались из отпусков? Нет, они все эти законы специально изобрели, чтобы нас легче одурачить было.

Осторожнее, что-то ты слишком разболтался. Просто выключатель сработал с запозданием и кое-что успело просочиться.

Гарри метнул на него внимательный взгляд.

— Вы себя нормально чувствуете? — поинтересовался он.

— Да, вполне. Просто сандвич с консервами на ленч съел. Сам виноват. Всякий раз от них живот дует.

— Попробуйте вот это средство, — предложил Гарри, доставая из нагрудного кармана коробочку с пастилками. На обратной стороне было написано:

РОЛЭЙДС

— Спасибо, — поблагодарил он. Извлек одну пастилку и отправил в рот. — Вот, полюбуйтесь на меня, я звезда телерекламы. Это волшебное средство. Поглощает лишнюю кислоту в сорок семь раз больше собственного веса.

— Я только ими и спасаюсь, — сказал Гарри.

— Так насчет зарядов…

— Да, да. Неделя. Максимум — две. Я возьму вам семьдесят штук.

— А можно, я пока оставлю оружие у вас? Пометьте только, что оно мое. Я понимаю, это глупо, но мне как-то боязно его дома держать. Глупо, да?

— Кто как привык, — уклончиво ответил Гарри.

— Да. Только позвольте я оставлю вам свой служебный номер. Когда прибудут пули…

— Патроны, — перебил его Гарри. — Патроны или заряды.

— Ну да, патроны, — улыбнулся он. — Позвоните мне, когда их пришлют, ладно? Я заберу оружие и договорюсь об отправке. Думаю, на почте мне не откажут?

— Нет. Только вашему кузену придется потом расписаться в получении, вот и все.

Он записал свой служебный телефон на обратной стороне визитной карточки Гарри. На визитке значилось:

Гарольд Суиннертон 849-6330

ОРУЖЕЙНАЯ ЛАВКА ГАРВИ

Амуниция. Старинное оружие

— Послушайте, — спросил он. — Если вы Гарольд, то кто — Гарви?

— Мой покойный брат. Он умер восемь лет назад.

— Ох, извините.

— Да, так вот. Пришел утром, открыл лавку, снял кассу и — умер на месте. Сердечный приступ. Чудесный был человек, добрейшая душа. Бывало, оленя с двухсот ярдов наповал укладывал.

Он протянул руку через прилавок, и они обменялись рукопожатием.

— Я позвоню, — пообещал Гарри.

— Счастливо вам.

Он снова вышел на заснеженную улицу и приостановился возле газет с заголовком «ЗЫБКОЕ ПРЕКРАЩЕНИЕ ОГНЯ ЕЩЕ СОХРАНЯЕТСЯ». Снегопад усилился, а перчатки он оставил дома.

Что ты здесь делал, Джордж?

Хлоп, выключатель сработал.

К тому времени как он добрался до автобусной остановки, случившееся напрочь стерлось из его памяти. С таким же успехом он мог прочесть об этом в газете.

Длинная и извилистая Западная Крестоллен-стрит на большем своем протяжении тянулась по косогору. Прежде, до начала застройки, с вершины холма открывался прекрасный вид на парк и реку; теперь же высокие многоэтажки, отстроенные два года назад на Вестфилд-авеню, начисто перекрыли этот вид.

Дом номер 1241 был возведен уступами на террасах. Рядом располагался небольшой гараж на одну машину. Длинный передний двор был пуст, но снег еще не покрыл его. К дому вела аккуратная подъездная аллея, заново заасфальтированная лишь прошлой весной.

Войдя в дом, он услышал звук работающего телевизора, новой крупногабаритной модели «Зенита», которую они с женой приобрели прошлым летом. Антенну на крыше — причем с дальним радиусом приема — он установил сам. Поначалу жена была против — уже тогда им было известно, что придется перебираться жить в другое место, — но он настоял. Ведь если антенну можно возвести, то что потом стоит ее снять? — так он рассуждал. Барт, не дури. Это лишние расходы, да и для тебя лишняя возня… Однако он был непреклонен, и в конце концов Мэри сказала, что, так и быть, она его «ублажит». Именно этим словечком она пользовалась в тех редких случаях, когда предмет спора настолько задевал его за живое, что он начинал с ней всерьез пререкаться. Хорошо, Барт, будь по-твоему. Так и быть, я «ублажу» тебя.

Сейчас она сидела перед телевизором и наблюдала, как Мерв Гриффин болтает с очередной знаменитостью. В качестве знаменитости на этот раз выступал Лорн Грин, распинавшийся про свой новый полицейский сериал «Грифф». Он рассказывал Мерву, какое блаженство испытывал во время съемок. Затем появится очередная темнокожая певица (черномазая певичка, так он подумал) и затянет очередной шлягер. Что-нибудь вроде «Мое сердце осталось в Сан-Франциско».

— Привет, Мэри! — поздоровался он.

— Привет, Барт.