Чтение онлайн

* как мало времени (фр.).

полю для гольфа… Голоса стариков умирают на фоне померкших звезд… Пламенеющая рука принесла в Нью-Йорк семнадцатое сентября 1899 года… В газетенке одного городишки говорится о гибели последней огневой точки отчего звезды

снова идут задним ходом словно поезд какой… Вдалеке сквозь дымку видно как кто-то задвинул ящик бюро… И он стоит со своим ржавым ружьем и дым из ствола на фоне мертвых звезд… Точнее не могу

рассказать и шуршат в бюро новостей газеты… Все что было достойно печати давно развеяли свежие южные ветры… Специально для «Нью-Йорк тайме» от семнадцатого сентября 1899 года… Сет Лоу

о деле Рампаго… Казначейство называет это незаконной сделкой… «Джуэлти компании, Инк.» выплатит ПРЕДЪЯВИТЕЛЮ пять центов… А вот и конюх… вьетнамская дата… Компания «Ранч» орг-

анизует… Exposicion de un Pintor Venezolano en el casino Municipal*… Прибыла Серая гвардия… В садах Эмсалла зазвенели стекла… Взрыв прогремел совсем рядом… Флаг у штаб-квартиры Службы национальной безопасности спущен

* Выставка венесуэльского художника в муниципальном казино (исп.).

Записываешься в полицию? У нас теперь на службе копы из преисподней… вся серая стража… мистер Мартин машет рукой из парка цветом как старая фотокарточка… Улицы Багдада заполняют толпы встающие из-за пишущих машинок… мистер Брэдли улыбается. Неясные и мерцающие далекие-

предалекие звезды разбиваются о его скулы серебряным пеплом тиккера уже обсуждающего программу пребывания у нас японских туристов нацеленных на то чтобы британские инвестиции вошли в план США относительно африканского «Общего

рынка» Кения с Угандой заключают договор на закупку товара из Танзан что ограничивает экспорт «Сэйфуэй» из Танганьики по системе квот Харпера и еще тиккер взрывается достоверными новостями о китайских ракетах

Возвращение в Сент-Луис

(билет до Сент-Луиса и обратно в купе первого класса для двоих а кто это третьим идет возле тебя?) Минул промежуток во времени длиной в сорок лет, прежде чем я в Танжере повстречал моего старого соседа Ривза Скинкера Мэтьюса. Я родился в доме 4664 по Берлин-авеню только в войну ее переименовали в Першинг. Мы и Мэтьюсы (они жили в доме 4660) обретались в трехэтажных краснокирпичных домах разделенных дорожками. У домов имелись широкие задние дворы и на нашем я время от времени из окна своей комнаты на верхнем этаже замечал крыс. Садимся значит с Ривзом Мэтьюсом поболтать о Сент-Луисе и вообще как говорится «за жизнь» и что вы думаете Ривз мне все за жизнь и рассказал он в курсе всего что произошло за время моего отсутствия в нашем родном городке. Мать его ходила в школу танцев вместе с «Томми Элиотом» – (У него носки все время скатывались, а ладошки были липкие от пота. Я бы в той школе всем фору дал.) – Позвольте же сделать лирическое отступление знаете у Ривза Мэтьюса имелся альбом для вырезок из местных газет и журналов а мамаша его собрала целую коллекцию визитных карточек из европейских столиц. По пути назад в Сент-Луис я просматривал альбом Ривза и со страниц поднимался размытый мерцающий образ Т.С. Элиота – (Но то что я дам тебе друг мой отложи на поднос? А визитные карточки сгорели вместе с домом двадцать седьмого октября 1961 года – граф Владимир Соллогуб Рашиз Алихан Бремонд’арс маркиз де Мигре колледж святого Иоанна 21 Ке-Малякэ, князь де ла Тур – камергер его высочества – это вам не Сент-Луис и наоборот.)

– Хочу забронировать место в вагоне-салоне до Сент-Луиса.

– В вагоне-салоне? Вы откуда?

– Из-за границы.

– Могу предложить купе-люкс в спальном вагоне или купе поменьше.

– Ну хорошо, купе-люкс.

Поезд «Лойал-Сокс Рэпидз» в 18.40 из Нью-Йорка до Сент-Луиса… устроился в купе обложившись багажом накопленным за десять лет пребывания за границей. Интересно насколько меньше обычное купе которое хотели мне втюхать? С космическую капсулу наверное. Двадцать третье декабря 1964 года вещи мне в купе забросить помог носильщик типичный азиат нисколько не похожий на привычное с детства «да сэр босс миста Джордж», тут и столик в купешке так что поставил я на него свою «Фацит» и принялся печатать записывая все виденное из окна. Щелкая затвором «Цейсе икон», я не мог не всплакнуть об утраченных медных плевательницах, запахе старой кожи, застоявшегося сигарного дыма, паровых утюгах и саже. Гляжу-смотрю в окошко – шел к-щелк-щелк – домой-домой-домой – поезд «Пенсильвания рейлроуд» мчится по рельсам в купе со мной четверо:::: Один листает так называемый журнал с гордым именем «ЛАЙФ» – (А ну-ка посмотрим, кто нам песок в шпинат подсыпал!) – Второй тощий мальчонка в форме подготовишки смеется как будто смешно. На кончике сигары в руке у его папаши нарос аккуратненький конус пепла так что сразу видно какая сигара дорогущая. Папаша читает «Уолл-стрит джорнал». Мамаша толстым слоем накладывает косметику, на коленках у нее «Зеленая шляпа». Брат – его зовут «Бу» – пялится в окно. Время три пополудни. Поезд в часе езды от Сент-Луиса. Катится наш грустный игрушечный поезд ехать еще долго проглядываю заметки о времени и местах о которых говорю и они так далеки и неясны. /Щелк/ Гляди в окно купе. Ну погляди. Дано есть наблюдатель мистер Б. из учебника элементарной арифметики Питмана находится в точке X в одном световом году от поезда. Дано имеет возможность наблюдать за семьей в мощный объектив фотокамеры и фотографировать их. Поскольку образ семьи движется со скоростью света то ему потребуется час чтобы достичь мистера Б. И когда снимок с временной отметки в три пополудни будет сделан поезд уже достигнет вокзала «Юнион-стейшн» в Сент-Луисе то есть пробьет четыре часа по сент-луисскому времени и пассажиров будет ждать носильщик Джордж. (Вы не член профсоюза? Щелкнуть «Юнион-стейшн» в четыре часа?) Семью встретит непримечательный мистер Джонс или мистер Дж. если так вам удобней. (Рейс назвали «пропавшим». Газеты с пустырей печатают в типографии на задней улочке которую нагло сперли со съемочной площадки редактор Ривз Мэтьюс. Мистер и миссис Мортимер Берроуз с сыновьями Мортимером-младшим и Уильямом Сьюардом Берроузом. Но я увлекся увлекся.)

Дано еще один наблюдатель мистер Б.-1 в точке Х-1 в двух световых годах от поезда. Поезд у него на снимке уже в двух часах езды от Сент-Луиса а это два пополудни то есть обед. Поезд остановился у пустыря ветер несет пыль из далекого 1920-го / Щелк/ с пригорода на чужбине – из закоулков – Надо же было так неудачно приземлиться на разбитой посудине – под далекими небесами разносятся печальные гудки паровоза. Проглядываю заметки о времени и местах о которых говорю и они так далеки и неясны и не в настоящем времени лишь вы здесь смотрите в окно как на экран с фильмом 1920 года. Вернемся в 1964-й или к тому что от него осталось – двадцать третье декабря 1964 года, если память не изменяет думал тогда о друге из Нью-Йорка по имени Мэк Шелдон Томас не было в Интерзоне человека лучше старины Ш.Т. он жил в комнате на чердаке и каждый раз как покидал ванную оставлял дверь раскрытой и в дом забегала крыса и вот я смотрю в окно вагона и вижу знак: «„Эйбл“, борьба с вредителями» /Щелк/

– Говорю вам босс если думать о чем-то то это и увидишь – так еще майя считали если верить индусским философам, – говорил Би-Джей который к счастью в купе места не занял.

– Би-Джей медная плевательница или даже запах старой кожи это не повод развивать теории. Бред. Не люблю я теории.

– Джордж! Обнаженная натура! – (Он само собой знал что на вокзале стоят статуи-ню.)

Выгляни в окно /Щелк/: акры гниющих автомобильных остовов – ручьи покрытые коркой вчерашних отходов – флаг Америки реет над голым полем – «Уилсон Стомпс карз» – утилизация отходов в городе Зениа – гора мусора в Саут-Хилл – Где люди? – Боже мой, что тут происходит? Церковь Христа /Щелк/ покосившиеся кресты на зимней стерне – в купе осторожно стучится проводник.

– Полчаса до Сент-Луиса, сэр.

Да статуи все еще там по ту сторону станции помню однажды возвращался с праздничного вечера в Восточном Сент-Луисе и врезался на скорости шестьдесят миль в час в припаркованную у обочины машину меня выбросило из салона встал ощупал себя нет ли где перелома прямо у бронзовой обнаженной статуи авторства Карла Миллса шведского скульптора изобразившего слияние двух рек Миссури и Миссисипи. Было это давно и приятель бывший в тот далекий вечер со мной в компании думаю помер уже. (Но я увлекся увлекся.)

Но что случилось с Маркет-стрит, городским дном времен моей юности? Где тату-салоны, где галантерейные лавки, где ломбарды – с кастетами на витрине – где потасканные зазывалы – («В этом музее представлены все виды общественных язв и самоуничижений. Особенно полезно в нем побывать юношам» – Двое парней гадают идти или нет – Один позже говорил: «А чо было-то в сраном музее?») – Где старые нарики что торгуют и плюются на перекрестках под фонарями? – ветер несет пыль далекого 1920-го – маленькие квартирки и в каждой отдельный балкон – Амстердам – Копенгаген – Франкфурт – Лондон – да возьми любой уголок мира.

По прибытии в «Чейз-Плаза отель» меня поселили в большой номер первого класса рассчитанный по правде на двух человек. Я как добрый европеец перво-наперво повалялся проверил мягкость кроватей, кран с горячей водой, чуть не под лупой изучил полотенца, мыло, дармовые канцелярские принадлежности телевизор – (И нас еще называют деревенщинами)

– Я будто в раю, – признался я Би-Джею.

Затем спустился в вестибюль и затарился местными газетами. Просмотрел их тщательным образом на предмет статей или картинок которые пересекаются иллюстрируют или даже усиливают правоту моих прошлых нынешних или будущих работ. Годный материал я вырезав помещаю в альбом – (намек прозрачный – я все еще живой) Годный материал я вырезав помещаю в альбом – (Поскорее прошу время пришло) – Например, прошлой зимой я собрал из такого материала страницу озаглавленную «Дневной телетайп» которую позже опубликовал в журнале «Май мэгэзин» Джефф Наттел из Лондона. Страница, эксперимент в области газетного формата, по сути представляла собой набор перетасованных фраз с первой полосы «Нью-Йорк тайме» за семнадцатое сентября 1899 года представленных в виде зашифрованного сообщения. И хотя некоторые из читателей утверждали будто нет в тексте ничего тайного я все же вознамерился отыскать в нем точки пересечения, предпринял так сказать операцию по дешифровке дабы выявить отношение текста,к внешним координатам: (Из «Дневного телетайпа»: «Самый полезный результат Амстердамской конференции пьяный полицейский»). И вот в номере «Сент-Луис глоуб демократ» за двадцать третье декабря нахожу заметку о полицейском которого отстранили от службы за пьянство при исполнении он прямо в патрульной машине приговорил бутылку бренди потом выполз из тачки – (чтобы догнаться) – (Из «Д.Т.»: «Веселуха в Омахе») – А вот сообщение из Вермилиона что в Южной Дакоте: «Ежегодные десять долларов и обращение к администрации тюрьмы от Омаха Кида» – Вы уж пожалуйста употребите это на орешки еду и сигаретки для заключенных застрявших в вашей паршивой кутузке" и подпись «Омаха Кид» – (Из"Д.Т.«: «Что за угри дали сигнал к отступлению 23?») – «Сент-Луис глоуб демократ»: «Пресс-атташе Шестой армии сообщил что еще два тела выловлены из реки Ил*. Всего количество погибших составляет двадцать три человека». – (Из «Д.Т.»: «Давай Том твоя очередь») – «Сент-Луис пост диспатч»: «Том-Крик вышла из берегов».

Не в силах сдержаться Би-Джей катался по кровати и судорожно выкрикивал:

– Говорю тебе босс что ты ни напишешь все сбудется. Еще бы не напиши ты меня я бы тут не валялся.

В ответ я сказал если б люди просто научились видеть и слышать то каждый стал бы чаще замечать в своей жизни подобные мнимые совпадения. Затем мы спустились в Злачную комнату чтобы поужинать и мне подали американское фирменное блюдо – печеную картошку со сметаной. Ausgezeichnet**.

* От англ. «eel» – «угорь». – Примеч. пер.

** Замечательно! (нем.) – Примеч. пер.

– А знаешь босс в Париже ты к этому блюду хрен прикоснешься хотя бы и за такую же цену.

Следующий день выдался погожий и я пошел прогуляться по тому месту где прежде находилось заведение старика Биксби а теперь стоит отель это недалеко и в детстве мы с моим братом «Бу» под присмотром английской гувернантки часто проходили мимо по пути в Форест-Парк гувернантка каждый раз предупреждала: – «Ни о чем не спрашивайте и молчите что бы ни увидели» – Ну эти загадочные ограничения мне пришлось отринуть потому как они шли вразрез с моей профессиональной этикой сами понимаете. Я шатался по окрестностям с фотоаппаратом ища следы 1920-го – клочков фольги на ветру – солнечных бликов на пустырях – «Амбассадора» – «Сердечного дома» – где на Кларк-стрит жил старый приятель – а дом 4664 на том же месте ничуть не изменился – («Не возражаете если я пощелкаю немного? жил тут раньше».) – так мало народу на улице – Обитель Святого сердца – Послание на каменной стене – «Веселый – Потерянный – » дома на вид такие пустые – Крыс мне увидеть не довелось но я заснял-таки несколько белок (показывали нам фотографии с охоты на белок) – А теперь назад в тихую комнату работать с альбомом.