Чтение онлайн

Она собиралась тихо присесть в южном трансепте, но спор в нефе разгорелся. Мужчины повысили голоса и приняли агрессивные позы. Она подумывала вмешаться и предложить им выйти на улицу, но, поразмыслив, решила, что в церкви меньше шансов на то, что дело дойдёт до драки. Она оставила свою затею с тихим уединением и направилась к выходу, пройдя мимо них, не говоря ни слова.

За ее спиной Калливер крикнул:

— Если ставишь деньги, которых у тебя нет, будь готов принять последствия!

Мгновение спустя другой голос возвысился в праведном негодовании:

— Я приказываю вам немедленно покинуть это святое место!

Она обернулась и увидела молодого человека, который молился у главного алтаря. Он шагал к двум спорщикам, его лицо — довольно красивое, как она заметила, — порозовело от возмущения.

— Вон! — сказал он Гиттингсу и Калливеру. — Вон отсюда, немедленно!

Гиттингс, тощий мужчина в поношенной одежде, выглядел пристыженным и уже готов был убраться, но Калливера было не так-то просто запугать. Он был не только высок и крепко сложен, но и одним из самых богатых людей в городе. Он не был из тех, кем можно помыкать.

— Какого черта, кто ты такой? — спросил он.

— Меня зовут Кенелм Маккинтош, — с ноткой гордости ответил молодой человек.

«Его ждали», — знала Элси. Отставка каноника Мидуинтера вызвала целую серию повышений среди соборного духовенства, что оставило вакансию в личном штате епископа, и отец Элси назначил на это место дальнего родственника, молодого священника, недавно окончившего Оксфордский университет. Так вот кто это. Должно быть, только что сошел с дилижанса.

Он быстро расстегнул пальто, под которым оказалось облачение священника.

— Я помощник епископа Латимера. Это дом Божий. Я приказываю вам перенести свой спор в другое место.

Калливер впервые заметил Элси и сказал ей:

— Да кто он такой, по-твоему? Сопляк.

— Иди домой, Спорт, — тихо сказала Элси. — И если ты позволяешь Сиду Гиттингсу играть в долг, будь готов принять последствия.

Спорт был явно взбешен этим презрительным замечанием от молодой женщины и, казалось, готов был возразить. Но в итоге передумал, и после паузы оба мужчины понуро удалились, направляясь к дверям южного притвора.

Элси с интересом посмотрела на новичка. Он был примерно ее возраста, двадцати двух лет, и достаточно красив для девушки, с копной светлых волос и интересными зелеными глазами. И у него была смелость, чтобы противостоять такому здоровенному задире, как Калливер. Но на его лице застыло недовольное выражение. Очевидно, он был не в восторге от того, как закончилось противостояние.

— Они не хотели ничего плохого, — сказала Элси.

— Я и сам смог с ними справиться, — надменно ответил Маккинтош, — но все равно благодарю вас.

«Обидчивый», — подумала она. «Ну и ладно».

— Похоже, вы пользуетесь у них авторитетом, — продолжал он, явно удивленный, что какая-то девица смогла утихомирить двух разъяренных мужчин.

— Авторитетом? — сказала она. — Не совсем. Я Элси Латимер, дочь епископа.

Он был сбит с толку.

— Прошу прощения, мисс Латимер. Я и не подозревал.

— Не за что извиняться. А теперь мы представлены. Вы уже виделись с епископом?

— Нет. Я отправил свой сундук во дворец и пришел прямо сюда, чтобы возблагодарить Бога за благополучное путешествие.

«Очень набожный, — подумала она, — но это искренне или напоказ?»

— Что ж, позвольте мне проводить вас к епископу.

— С радостью.

Они вышли из собора и пересекли площадь.

— Мне говорили, вы шотландец, — сказала она.

— Да, — сухо ответил он. — Это имеет значение?

— Для меня нет. Я просто удивлена, что у вас нет акцента.

— Я избавился от него в Оксфорде.

— Намеренно?

— Я не жалел, что потерял его. В университете существует определенное предубеждение.

Слова были мягкими, но в них слышалась горечь.

— Мне жаль это слышать.

Они вошли во дворец, и Элси провела его в кабинет отца, уютную комнату с большим камином и без письменного стола.

— Прибыл мистер Маккинтош, отец, — сказала она.

— Его багаж уже здесь! — Епископ встал с обитого кресла и с энтузиазмом пожал ему руку. — Добро пожаловать, дорогой мой.

— Для меня большая честь быть здесь, милорд епископ, и я смиренно благодарю вас за эту привилегию.

Епископ посмотрел на Элси.

— Спасибо, дорогая, — сказал он, отпуская ее.

Она не ушла.

— Я только что была на похоронах троих детей из воскресной школы, все из одной семьи. Их отец умер, мать с трудом пыталась их прокормить, они простудились в сырой комнате, где жили, и все умерли в один день.

Епископ кивнул.

— Теперь они со своим небесным отцом, — сказал он.

Его самодовольство разозлило Элси.

— Их небесный отец может спросить, почему соседи ничего не сделали, чтобы им помочь, — повышенным тоном сказала она. — Иисус сказал: «Паси агнцев Моих», как вы, я уверена, помните.

— Я думаю, тебе лучше оставить богословие священнослужителям, Элси, — сказал он и заговорщически подмигнул Маккинтошу, который ответил подобострастной улыбкой.

— Так и поступлю, — сказала она, а затем с вызовом добавила: — И я собираюсь кормить питательной похлебкой агнцев Господних.

— Вот как? — скептически произнес он.

— По крайней мере тех, кто ходит в мою воскресную школу.

— И как же ты это сделаешь?

— Наша кухня достаточно велика, а вы едва ли заметите увеличение расходов на продукты.

Он был ошеломлен.

— Наша кухня? Ты серьезно предлагаешь кормить бедных детей города из нашей кухни?

— Не только из нашей. Сторонники воскресной школы будут делать то же самое.

— Это абсурд. Нехватка продовольствия — проблема национального масштаба. Мы не можем накормить всех.

— Не всех, только моих учеников из воскресной школы. Как я могу говорить им быть добрыми и милосердными, как Иисус, а потом отправлять их домой голодными?

Епископ повернулся к новичку.