Чтение онлайн

Разговор затих сам по себе, потому что мы с голодом и завистью зависли на налитой груди сакиа, вспоминая сладкий вкус молоко, сочащегося из сосков во время трения о язык. Последний раз, когда проделывали это, был давно, но память услужливо подкидывала картинки прошлого и фантомный привкус во рту. Вместе со слюнями пожаловал крепчайший стояк, оттягивающий ширинку и раздувающий яйца. Представил, как впиваюсь в мясистую плоть, захлёбываясь от удовольствия, подтягиваю на себя за упругие ягодицы, вдавливаю пальцы в мягкость и вхожу на всю длину в горячую влажность.

От напряжения свело зубы и заныло внизу живота. Еле дождался, пока Мари восстановится и проснётся, а девчонки заснут. Уже собрался овладеть своей малышкой, сорвал пуговицы с рубашки, распахивая её, и медленно, с хищной грацией, втягивая ноздрями воздух, приблизился к кровати.

Правда, воплотить мечты не удалось. Как только Мари призывно облизнула губы, потянулась ко мне, в дверь постучался Сатур и позвал нас в кабинет. Он был встревожен, тяжело дышал и всё время посматривал на вязь татуировок.

– В наш квадрат вошло около тридцати кораблей, - взволнованно затараторил сын. – Говорят, с дружеским визитом.

– А на самом деле? Татуировки, вроде не светятся, - протянул руку к его предплечью, обводя угловатую линию.

– Не светятся, но корабли принадлежат альянсу, - уточнил Сатур, морщась и сводя брови на переносице.

– Что говорит Толлин? – подорвался Мак, отпирая шкаф и вытаскивая из него оружие.

– За вами прислал. Мнения разделились.

Предупредив Марику, мы понеслись в штаб, где уже собрались члены совета и командиры отрядов. Все с напряжением смотрели на панель, проецирующую данные со станций.

– Их тридцать шесть. Ведут себя спокойно, без агрессии, - отчитался Тол. – Просят разрешение войти в нашу атмосферу и произвести посадку.

– Кто что думает? – обратился к мужчинам.

– Ты предупреждал по поводу входа в наши границы без согласованного визита, - начал Шаад. – Предлагаю поиграться с лазерами и поджарить пару птичек.

– Запрос на посещение был? – повернулся к ответственному за сообщение и связь.

– Мы заблокировали канал с альянсом, так что ничего не получаем от них, - ответил тот, вытянувшись в струнку.

Сразу вспомнил свою злость, покидая альянс и отдавая приказ разорвать все взаимоотношения. Глупо для правителя, отвечающего за безопасность всего народа. Забыл о тайной дипломатии и хитрой стратегии, поддавшись эмоциям. А ведь Гартал предупреждали, что лучше этого не делать, пытались объяснить про врагов, которых надо держать ближе, только я не дипломат, меня учили убивать и защищать мирных граждан от нападения.

– Мы не можем воспользоваться лазерами, - встрял Замир. – Они даже не знают про отключенный канал. Эта штука работает в одностороннем порядке. Они отправляют и ждут ответа. Не приходит ответ – пробуют ещё. Лучше позволить одному кораблю приземлиться и провести переговоры.

– Канал восстановить, летунов взять на прицел, а мы встречать гостей при всём параде, - отдал распоряжение и пошёл надевать полное боевое обмундирование.

Нет. Это надо же, иметь столько наглости. Мало того, что прилетели без нашего согласия, согнав кучу кораблей, так ещё оторвали от важного дела. Как я был зол, идя к посадочной площадке, и как я хотел их разорвать на части, когда увидел наглые рожи, спускающихся с трапа.

– Альянс прилетел с миром, - поспешил заверить силуанец, возглавляющий совет.

– О визите с миром предупреждают заранее, и не прибывают на тридцати шести военных кораблях, - заметил я, сжимая кулаки и усмиряя гнев.

– Мы несколько раз присылали запрос, но ответа так и не получили. В результате решили, что Ганзалеон снова в опасности, и поспешили на помощь, - не смутившись, продолжил силуанец, подходя и протягивая руку для приветствия.

Пришлось блюсти этикет и отвечать пожатием, а затем вести в зал переговоров, расположенный всё ещё в деревянном бараке. Все силы были брошены на жилые дома и производство, так что до представительства руки ещё не дошли.

– Совет обеспокоен отдалением Ганзалеона и его стремлением собрать вокруг себя новое содружество, противодействующее интересам альянса, - не стал ходить вокруг и около силуанец. – Боюсь, мы не имеем права требовать, но очень хотим получить объяснения и гарантии.

– Вы правы, Ноэл, не имеете. Ни требовать, ни получить. Ганзалеон выходит из состава альянса и оставляет своё членство в совете, - ответил ему. Возможно грубо, но сюсюкаться я с ним не собирался.

– Но почему? Ганзалеонцы являлись одной из основных сил альянса, - растерялся Ноэл, отчего его кожа пошла вибрацией и на ней стала проступать короткая щетина.

– Совет забыл о нашей силе, и с его попустительства представитель с семьёй сгинул в просторах космоса, а ганзалеонцы сократили свою популяцию. Вместо ответов, мы получили жалкое блеяние, а состоять в стаде кануто Ганзалеон не намерен.

– Альянс всё ещё силён и имеет влияние во многих системах вселенной, - затряс от злости губами силуанец, забывая о дипломатии. – С нами лучше дружить.

– Альянс больше не имеет влияния на Ганзалеон и его партнёров, а в случае попыток оказать давление, мы оставляем за собой право воспользоваться оружием, захваченным в бою, - оборвал его. – В данный момент дружить надо с Ганзалеоном. Мы готовы оставить торговые отношения, установив выгодные для себя цены, но всё остальное сотрудничество с нашей стороны разрывается.

– А гарантии? – решил перестать раздражать меня силуанец.

– Содружество не собирается нападать на альянс, пока у него нет претензий к последнему, и в ваших силах избегать возникновение претензий. Лично со своей стороны советую, - добавил я ко всему сказанному, - не искушать судьбу, потому что ганзалеонцы не самые добрые решатели судеб.

Силуанец послушался и не стал искушать судьбу, погрузившись быстро в звездолёт и стартанув в лоно вселенной, а через несколько минут мы получили отчёт с Намистора об уходе вражеских кораблей из пограничной зоны Ганзалеона.

Дальше закрутили дела. Срочное собрание совета, обсуждение визита альянса, прогнозы дальнейших действий с их стороны, отчёт о пройденном туре, повторная проверка договоров, нескончаемая работа, отрывающая нас от семей.

Освободиться удалось глубоко за полночь, и по дороге домой меня съедало чувство вины. Мари не виделась со мной многие месяцы, родила сегодня трёх дочерей, истощилась и ослабла, вынашивая их, и, в конце концов, вынуждена справляться со всем одна, пока я ставлю Ганзалеон в приоритет. Не рождён я был для власти, не способен выбирать, отсеивать. Всю жизнь видел на примере родителей и родных, что сакиа – центр мировоззрения.