Чтение онлайн

Ну, не поймут они. И никогда не понимали.

Он предпринял еще одну попытку спросить.

– Что с ней? – снова кашель. Дерущий настолько, что хотелось выхаркать все внутренности. Все, что горело внутри огнем. Всю эту страшную боль.

Но он не услышал ответ, в самый ответственный момент проваливаясь в темноту. Теряя сознание. Боль победила – он позволил ей, отключаясь, потому что последние силы, благодаря которым он еще мало-мальски оставался в сознании, вышли из него вместе с тем кашлем.

Когда он открыл глаза в следующий раз, то почти застонал от облегчения. Боль все еще была, и спина горела, но он хотя бы мог сделать вдох, чтобы его не выкручивало от агонии и желания содрать с себя шкуру. Приглушенный свет резанул по глазам, когда он открыл их и метнулся взглядом по помещению, натыкаясь на того самого мужчину. Он стоял чуть поодаль. Очки, белый халат, руки, сложенные на груди. Врач.

– Живой, слава богу, – мужчина глубоко вздохнул, и этот вздох был наполнен поистине искренним облегчением.

В горле сухо и жжет. Он попытался сказать хоть что-то и с трудом разлепил губы, а потом снова застонал. Эти простые действия выкачали всю ту малость сил, которые он успел накопить, пока лежал без сознания.

И все же он кое-как прохрипел:

– Где она?

Мужчина снова поджал губы. Привычка?

Нет. Ни черта.

– Мне жаль, парень.

Три слова. Сочувствующий взгляд.

И в этот момент рухнуло абсолютно все, что кое-как, шатко, но все же еще держалось на плаву. На остатках надежды, которая вмиг потухла, только успев разгореться.

И эта боль была страшнее той, которую он чувствовал от искалеченной огнем спины.

Ванесса

– Я уже говорил, что когда Андрей крутит свои мечи, то он похож на джедая?

– Да, на каждом выступлении Андрея. Всего-то несколько тысяч раз.

– Ну он реально похож!

– Да мы поняли уже.

Ванесса закатила глаза и переглянулась с Алей, которая едва сдерживалась, чтобы не запустить в Вита одним из своих поев 1 , а затем – с Арсом. Тот только изогнул бровь и не стал комментировать.

Арс уже очень давно оставляет многие высказывания Вита без внимания, просто потому что что-то отвечать было бы бессмысленно. Даже если ткнуть Вита в его слова, на следующем выступлении он снова скажет, что Андрей похож на джедая. Уже даже Андрею это не льстит так сильно, как льстило еще две тысячи таких замечаний назад.

– Если ты уронишь стафф 2 , я уроню тебя вон в тот фонтан и утоплю там, – пообещала Виту Тая, указывая кончиком пальца в сторону паркового фонтана с широким низким парапетом, на котором удобно разместились люди, и яркой подсветкой, что зажглась несколько минут назад.

На город опускались сумерки. Где-то вдалеке догорал закат: небо у крыш домов было желтым, а облака на нем – оранжево-розовыми и кое-где фиолетовыми. Они будто действительно впитали в себя весь свет горячего закатного солнца.

– Было-то всего пару раз, судьба моя, – мягко отмахнулся Вит.

– Пару десятков раз? – Тая изогнула бровь.

– Если бы кое-кто не выделывался на публику, – Арс подобрал пои с подложки на земле: Андрей выполнял последние элементы своего номера, и дальше была его очередь выступать. – То все было бы хорошо.

– Ой, Арс, вот кто бы говорил про «выделывание», – цокнул языком Вит.

Ванесса на секунду встретила взгляд Арса, когда он посмотрел на нее, прежде чем поднять с тротуара у своих ног пол-литровую бутылку с горючим и подойти ближе к импровизированной сцене.

– Не понимаю, о чем ты, – ответил он Виту, даже не поворачивая головы.

Он не нервничал и не волновался. Конечно, за его спиной такой опыт – восемь лет работы с огнем, однако даже Андрей, казалось, мог испытывать нервозность перед некоторыми выступлениями.

Арс был всегда спокоен и уверен в себе. И Ванессе это бесконечно нравилось. Ей хотелось заряжаться этой уверенностью и работать больше, усерднее – чтобы настолько же сродниться с огнем, как это сделал Арс.

Последние ударные, а затем – тишина. Андрей замер в эффектной позе, и огонь от его мечей взметнулся вверх. Языки пламени танцевали, набегали на кончики лезвий и таяли в теплом вечернем воздухе.

Сколько бы Ванесса ни смотрела на огонь, она никогда не могла перестать им восхищаться. Его свободой, изяществом и одновременно опасностью. Она все еще чувствовала те самые мурашки восторга и эйфории, когда начинала крутить пои, когда смотрела, как выступают ребята, когда просто сидела у костра и разглядывала бесконечно притягательные переливы мерцающего пламени.

Послышались аплодисменты, кто-то свистел и улюлюкал. Андрей развернулся, уступая свое место Арсу, и тот шагнул на площадку, по пути поджигая пои в одном из расставленных по периметру факелов. Пои тут же вспыхнули, и огонь снова взмыл вверх, бросая всполохи к его руке, которой он держал цепи.

Раздались первые аккорды песни. Публика замерла, ожидая, что же он сделает в следующую секунду.

Арс задержал дыхание и набрал в рот жидкость, крутанув пои одной рукой, приноравливаясь. Покачал головой, отставляя бутылку подальше, не сводя глаз с горящих шаров, легко раскачивающихся так, как он хотел, а затем пустил в пляс – сразу: быстро, метко, молниеносно. Они крутились, летали, разгонялись, как маленькие сферы, будто сами по себе, будто не было никаких веревок, с помощью которых он управлял ими.

Поворачиваясь в одну сторону и в другую, крутясь вокруг себя, увеличивая скорость, которая и без того казалась нереальной, Арс манипулировал поями, то соединяя их в один, то снова разделяя по обе руки. Сосредоточенный и сам будто бы тоже немножко нереальный.

Напряженная музыка, набирающая обороты, все заставляла его ускоряться, и он поддавался ей, играя с поями, порой крутя их прямо перед своим лицом. В один из таких моментов Арс дунул горючим топливом изо рта, выжигая огненную струю в неспешно темнеющее небо. Несколько секунд – и она исчезла. До Ванессы долетели восторженные вздохи зрителей. Она закусила губу, наблюдая за тем, как Арс снова подносит бутылку ко рту и набирает в рот горючее, а затем отставляет ее на край площадки.