Чтение онлайн

А время идет. Мой волчата подрастают у них проявляются инстинкты, мне кажется они скоро уйдут, не знаю, что буду делать без них.

Наступило лето. У меня скоро день рожденья, только буду ли я его праздновать? — Я думаю, нет, а зачем? Вчера отпустила моих любимых в лес — пора им жить самостоятельной жизнью. Они вернулись, как же я счастлива, теперь я поняла, что у меня есть семья, такая странная, но семья, и они меня любят. А раз так, значит все возможно.

У меня день рожденья, ну это я так считаю, ведь совершенно не известно, как сильно отличается летоисчисление здесь и у меня дома, хотя какого дома, похоже теперь мой дом здесь.

Уже ночь, а мне все не спиться, не могу заснуть, что-то тревожит и зовет куда-то. Началась гроза, да еще такой сильный дождь и молний, причем так быстро, не было и уже есть. Мой волчата сбунтовались, прыгают, лают на дверь, скребутся, пытаются выскочить на улицу. Очень странно, ведь и раньше были грозы, но они себя так не вели.

Вдруг Дымка взяла меня за рукав и, пристально посмотрев в глаза, потащила на улицу. Буран и Ветер тут же угомонились и пристроились сзади.

Ты хочешь, чтобы я пошла туда, с вами — сказала я показав на дверь. Дымка кивнула. Нет, такая погода зачем куда — то идти, не пойду, — подумала я и развернулась назад, к печке. Сделала шаг, и тут мое трио впервые зарычало на меня, это стало для меня шоком. Мои волчата, которые даже не лаяли на меня, не то что рычать, были готовы кинуться, если я не пойду с ними. Это настораживал.

Хорошо, хорошо, иду с вами, успокойтесь, — сказала я и стала одеваться. Все тут же прекратилось, на меня смотрели все те же игривые волчата, которых я знала. Одевшись и прихватив с собой ножи, я с почетным экскортом двинулась в ночь.

Дают — бери, бьют — беги, а может лучше все — таки наоборот?

Ночь. Гроза. Ветер. Холодно. Я иду за Дымкой, которая тянет меня все дальше и дальше от дома, а Ветерок и Буран еще и подталкивают в спину. Идем только минут десять, уже вся шубка промокла и весит, как будто килограмм десять весит. Чувствую еще минут двадцать, и я упаду под весом моей «легчайшей» шубейке.

Дошли до незнакомой мне части леса, я здесь никогда не бывала. Но Дымка продолжает тянуть меня дальше, в бурелом. Кое — как, забираясь и переступая через поваленные деревья, мы дошли до небольшой опушки, полянки, окруженной практически непроходимым кустарником.

Волчата остановили, Дымка пошла под раскатистое дерево, лаем позвав меня за собой. Попыталась приглядеться, куда она зовет меня, ничего не увидела, пришлось подойти и тут я остолбенела….Передо мной, на земле лежал мужчина. Лежал так, как будто был мертв, причем довольно долгое время, но он все еще дышал, тяжело, хрипло, но продолжал дышать. Это еще, как говорится «цветочки». Странным оказалось то, что контур его тела казался совершенно размытым — он, то становился четким, резким, как у любого человека, то разлетался вихрем снежинок вперемешку со льдом. Но еще удивительней были его волосы, они были серебристого, лунного цвета, никогда таких не видела, и «жили» своей собственной жизнью.

Дымка занервничала, она стала нарезать круги вокруг нас. Именно этот момент выбрал мужчина, чтобы открыть глаза. Его глаза поразили меня — желтые, с круговоротом снежинок вокруг зрачка. Я испугалась. Этими завораживающими глазами он внимательно рассматривал меня, потом протянул руку в мою строну, пытаясь что — то сказать, но в бессилии уронил руку. Тогда я сама присела на корточки, наплевав на грязь, сырость, мокрую шубу, на все, надо же человеку помочь. Хотя, человек ли он? Что-то сомневаюсь.

Присев, я взяла его за руку и вскрикнув отскочила от него на метр, а все потому, что руку обожгло холодом. Нестерпимым холодом, показалось, что я в миг замерзла и превратилась в льдинку. Да, он точно не человек, у людей не бывает таких холодных рук. Увидев мою реакцию, он снова попытался протянуть ко мне руку и натянуто улыбнулся, хотя эта улыбка была похожа на оскал, ведь только теперь я заметила какие у него длинные верхние и нижние клыки.

Это напугало меня еще больше. Я не знала как себя вести. С одной стороны — надо помочь, с другой — я его боюсь, причем очень сильно. Что же делать? Так, помогу, и будь, что будет. Негоже ославлять людей в биде, если можешь помочь, и совсем не важно, что очень боишься, главное — русские не здаются.

Думаю, первым делом надо осмотреть его, а то видимых ран не вижу, а выглядит он, как мертвец. Подошла к нему, наклонилась, он с каким-то странным выражением следил за моими действиями. Преодолевая себя я дотронулась до его руки снова, то ли я привыкла, то ли холод стал не таким обжигающим, но в этот раз я мола терпеть «замерзающую» руку. Попыталась дотронуться до его волос, он дернулся, как от удара. Вдруг его зрачки стали вертикальными, а из глаз пропало понимание происходящего. Он резко схватил меня за руку и потянул на себя….Мою шею обожгла боль, которая сменилась жгучим холодом. Потом я почувствовала, как мне в рот полились что-то вязкое и холодное. Я машинально сглотнула, так и не поняв, что это было.

Мне стало больно, очень больно, казалось, что эта боль разрывает меня из нутрии, хотя возможно так все и было. Тут он приподнял мою голову и внимательно посмотрел в глаза. Не знаю, что он там хотел найти и нашел ли, мне было не до этого. Все мое сознание занимала боль, прожигающая тело.

Так же внезапно его зрачки стали нормальной, круглой формы. Взгляд стал спокойным и, приподнявшись из последних сил, он прошептал мне на ухо — «Таэ' эр лириэн оттори эр», сказав это, он упал на землю и больше не двигался, а я, наконец — таки провалилась в спасительное забытье.

…Холод. Пустота. Равнодушие. Где я? Кто я? Зачем я здесь? Белый снег вокруг. Хоровод снежинок. Странно, я нечего не чувствую, совсем нечего. А я должна чувствовать? Я это умею? Так надо вспомнить. Вспомнить о чем? — Незнаю.

….-Девочка, какая необычная. Давно таких не встречала, а какое желание жить. Получится ли? Начать игру? А если проиграю?

— Хотя, может дать ей шанс? Ведь она не сможет ничего изменить. А мне будет интересно… Надо подумать, эх, пусть живет, но сначала испытаем ее. Вдруг ноша непосильна для нее….

— Ты хочешь жить? — раздался голос в абсолютной пустоте.

— Да, хочу и буду, — ответила я, вернее то, что раньше являлось мной.

— Готова ли ты пойти на все, чтобы выжить? Навсегда забыть про дом, семью? Изменить свою судьбу навсегда?

— Готова, готова на все, — ведь что такое — дом, семья, не помню? Значит соглашаться, как бы плохо не было если вернуться воспоминания.

— Значит, ты согласна. Хорошо, тогда терпи, и ты еще пожалеешь, что выбрала жизнь. Но помни — это был только твой выбор, и изменить его ты уже не сможешь. Теперь это твоя судьба.

С этими словами я почувствовала невыносимую боль и снова провалилась в темноту.

…Хм, а это обещает быть забавным. Она согласилась на все, чтобы выжить. Уважаю, хотя это самая большая глупость, сделанная в ее жизни…. Судьбу выбирают лишь раз, и она выбрала….Мне становится все интересней…

Пробуждение оказалось не из приятных, все тело затекло. Ну надо вставать, так откуда вставать? Я что, ночевала не в избушке, странно, не помню ничего про вчерашний вечер. И почему я лежу на поляне? Надо вспомнить, очень надо…