Чтение онлайн

– Я вовсе не надеюсь на то, что вы окажетесь контрабандистом, – мрачно отозвалась Анжелика. – Я просто думала, что у вас, может быть, есть возможность связаться с Францией… Между прочим, что это вы имели в виду, назвав меня «монументальной»?

– Я просто оговорился, вот и все, – поспешил заверить ее Бенуа, но она заметила, каким лукавым огнем горели его глаза. – Говоря так, я не имел в виду ни ваш характер, ни фигуру. А кстати, сколько вам лет?

– Ну, знаете, сэр! – взорвалась Анжелика. – Не понимаю, какое отношение мой возраст…

– Вам, верно, не более двадцати пяти, – размышлял Бенуа вслух, поигрывая серебряной ложечкой. – Еще рановато списывать вас в архив…

– Мне двадцать три, – огрызнулась Анжелика.

Он усмехнулся, и она сердито покраснела, неожиданно поняв, как легко ему удалось поддеть ее – да еще при помощи старой, как мир, уловки. Ведь она хотела узнать о нем побольше, а вместо этого он сам спровоцировал ее на откровенность.

Не успела Анжелика сообразить, как бы это потактичнее выйти из создавшегося положения, как Бенуа встал.

– Оставляю вас, чтобы вы могли спокойно закончить завтрак, – великодушно сказал он. – Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь, гостящий под крышей усадьбы «Остролист», страдал по моей вине от расстройства пищеварения. Как закончите, приходите в библиотеку – я отдам вам письмо для вашего отца.

– В библиотеку? – протянула Анжелика, удивленно подняв брови, словно не в силах поверить в наличие книг в доме контрабандиста.

– В ту самую комнату, за дверью которой вы подслушивали мой разговор с сэром Уильямом, – любезно пояснил Бенуа. – Приятного аппетита, миледи.

Анжелика была слишком голодна, чтобы позволить ему помешать ей позавтракать. Аппетит у нее всегда был хороший, и провокационные намеки Бенуа не испортят его!

Она без конца вспоминала разговор Бенуа с сэром Уильямом и все больше убеждалась, что симпатии Бенуа – на стороне французов. Многое в его поведении изрядно раздражало Анжелику – теперь понятно почему, заключила она. Попадись он ей раньше, она бы и словом с ним не перекинулась.

Бенуа Фолкнер имел внешность джентльмена, однако, как он сам только что напомнил ей, был всего лишь сыном деревенского доктора. Возможно, его стройная фигура и живое остроумие и распахнут перед ним двери ее великосветского мира, но, не имея значительного состояния, едва ли он сможет надолго задержаться в нем. Для неродовитого сына врача революционная Франция подходит куда больше, чем добропорядочная старая Англия, свято оберегающая свои традиции.

С другой стороны, хотя Анжелика и сознавала, что с момента их первой встречи она не перестает выставлять себя перед ним в самом невыгодном свете, он все же обращается с ней вполне любезно – особенно если иметь в виду этот полувеселый-полунасмешливый огонек, что загорается в его карих глазах каждый раз, когда он смотрит на нее. В такие минуты ей просто невозможно представить его своим врагом.

– Доброе утро, миледи. – Миссис Фолкнер тихо вошла в комнату, прервав размышления Анжелики.

– Доброе утро.

Анжелика не знала, рассказал ли Бенуа матери о причинах ее приезда в Суссекс и стоит ли ей что-нибудь объяснять. В конце концов, ни одной матери не придется по душе, что сына просят взяться за столь опасное и трудноосуществимое дело, а потому Анжелика невольно испытывала смущение перед миссис Фолкнер.

– Надеюсь, вам удалось как следует отдохнуть, – любезно сказала та, ничем не выдавая неприязни, которую, вполне возможно, чувствовала к гостье. – Бенуа говорит, что сегодня вы уезжаете. Кухарка собирает для вас корзину с провизией – ведь до Лондона путь неблизкий…

– Благодарю вас, вы так добры! – воскликнула Анжелика, искренне тронутая заботливостью миссис Фолкнер. – Мне очень жаль, что я напросилась к вам вот так. Честное слово, я вовсе не собиралась…

– Все ваши мысли устремлены сейчас на цель вашего приезда к нам, – спокойно ответила женщина. – Это вполне естественно. Надеюсь, вы останетесь довольны результатом поездки.

Анжелика уставилась на француженку, пытаясь понять, нет ли в ее словах какого-нибудь скрытого подвоха, однако, похоже, миссис Фолкнер говорила вполне искренне.

– Разве мистер Фолкнер не рассказал вам, зачем я приехала? – с любопытством поинтересовалась Анжелика.

Мать Бенуа улыбнулась, и в ее глазах блеснула гордость за сына.

– Моего сына никогда нельзя было отнести к тем, кто выдает доверенные им секреты, – как ни в чем не бывало сказала она. – Даже мне он никогда ничего не расскажет. Если вы приехали сюда за помощью, миледи, я уверена, что именно Бенуа сможет вам помочь. А теперь прошу меня извинить – я должна проверить, как там дела на кухне.

Анжелика посмотрела ей вслед, чувствуя себя после разговора с миссис Фолкнер немного спокойнее. Несомненно, в глазах француженки ее сын был настоящим человеком чести, однако она только что призналась, что Бенуа не рассказывает ей о своих делах и не делится секретами, – в таком случае разве можно ожидать, что он признается ей в том, что шпионит в пользу Франции?..

Анжелика промокнула губы салфеткой и решительно встала из-за стола. Нет смысла затягивать завтрак, если она хочет получить ответы на мучившие ее вопросы.

На этот раз дверь в библиотеку была плотно затворена, но девушка не колеблясь повернула ручку. Библиотека оказалась неожиданно большой, и Анжелика помедлила на пороге, ошеломленная размерами комнаты и ярким светом, заливавшим ее. Окна были расположены с двух сторон, и книги и мебель были озарены ярким светом утреннего солнца. В камине весело потрескивал огонь – однако внимание Анжелики оказалось тут же приковано к картине над каминной полкой.

– Это невозможно! – воскликнула она, забыв от изумления обо всем на свете.

Бенуа, сидевший за большим письменным столом, поднялся при ее появлении.

– Мне бы не хотелось спорить с вами, – сказал он, улыбаясь, – но боюсь, что все изображенное тут – чистая правда.

– Какие краски!.. – Анжелика не отрываясь смотрела на картину. Очевидно, пейзаж на полотне изображал побережье Карибского моря – Анжелике и раньше приходилось видеть гравюры с похожими видами. Однако краски совершенно заворожили ее. Она и представить себе не могла, что небо или море можно так изобразить!