Чтение онлайн

– Если нет будущего на небе, может на земле его можно будет узреть?
– улыбнулся Артемий.

– Вряд ли, ведь небо связывает земное узами вечного движения. То, что оставляет след на земле, отражается в небе, как в зеркале.

– Значит, я хожу по земле, не оставляя следов.

– Или сам являешься зеркалом...
– Астролог покачал головой.
– Неужели такое возможно?

– Возможно, если не страшится грядущего, не тяготится прошлым, и искренне, бескорыстно проживать настоящее. Или хотя бы пытаться...

Поражённый учённый предложил Артемию: - знаешь, в городе живёт очень мудрый старец. Если пожелаешь, завтра утром я отведу тебя к нему, и в беседе с ним вы оба отыщете ответы на некоторые вопросы.

– Веди, - согласился Артемий.
– Мне есть, чему поучится.

.............................................................................................

– Что ты хочешь узнать у меня, друг мой?
– спросил старец Артемия.

– Мой вопрос странный, если даже он вам не покажется совсем дурацким, - смутился тот.

– Ничего, ничего, самое странное и самое дурацкое приводит нас к истине.

– Что же истинного?
– воскликнул Артемий.
– Я уже долго путаю по свету в её поисках. Я обрёл силу и понимание пути, но до сих пор не понимаю истины.

– Древний вопрос, - покачал головой старец.
– Многие люди ушли из жизни, так и не узнав, что такое истина, хотя и ходили по ней всю жизнь, и целовали, и стегали её. Зря ты назвал этот вопрос дурацким.

– Но совсем не это я хотел спросить у тебя, Вопрос об истине вышел сам по себе.

– Ничего не попишешь, - сказал старец, - придётся потолковать об этом, чтобы тебе полегче жилось.

Истина едина и абсолютна. Истина и есть Бог. Так говорили, говорят и даже думают люди. И хочется спросить: "А что же абсолют и Бог?"

отвечают: "абсолют и Бог - первопричина вещей, принцип, движущая сила, источник и завершение." Спрашиваю: "Истинна ли первопричина?" Восклицают: "Конечно. Само - собой, разумеется." И никто, поверь мне, дружок, не сказал ничего стоящего ни о истине, ни о Боге.

Однажды я услышал: "Бог есть любовь". И спросил: "А ненависть, что же, ни есть ли она обратное отображение Бога? А безразличие?"

Я встречал людей любящих золото больше всего на свете, людей поклоняющихся власти или похоти, или знаниям, или насилию. Что же тогда Бог и истина? Неужто их так много? Может у единого много лиц? И правда, многолика истина. Но, что тогда её сердце?

А сердце, мой дорогой, есть твоё счастье. Тот путь, который ведёт тебя к счастью, дарящий радость путь. Только знай: счастье - радость помноженная на бесконечность. Так вот, путь, ведущий к твоему счастью и есть истинный путь, будь он каким угодно. Истина - это искренность наших стремлений к вечности.

Мудрец замолчал. Прошло несколько минут, а он не произносил ни слова. Артемию неловко было нарушать его тишину. Наконец старец спросил:

– Ну, какой всё-таки твой дурацкий вопрос?

– Я только хотел узнать, может ли летать человек?

– Человек?!
– протянул мудрец.
– Вообще - то я никогда не видел летающих людей, но отсутствие крыльев и присутствие силы тяжести ещё не означают невозможность этого.

Старик вновь замолчал. Подумав немного, он ответил:

– Да, может летать человек. Если любит он полёт души и тела, если душа и тело любят и стремятся к полёту одинаково сильно. Гармонизируй душу и тело, прими силу тяжести, сделай свою сущностью лёгкость свободы, и уверуй в свои крылья так, что - бы вера эта стала сильнее уверенности и ты будешь летать. А как ты достигнешь всего этого, я тебе не скажу. У тебя иные пути.

– Спасибо, мудрец - человек.
– Поклонился Артемий.
– Я спешу. Досвидания.

...........................................................................................

Здравствуй, властелин моих терзаний и поиска, щедрое одиночество. К тебе распахиваю я свои объятия, тобой наполняю я Своё сердце. Ты, мой учитель и моё занавешенное окно, моя тишина и справедливое мучение. Горечь, победа и поражение.

Ты толкаешь меня в путь, твоё отчаяние заставляет совершать подвиги. Тебе пою я песню веселой удали.

Ты даришь мне танец силы, раздумья и полёт фантазии.

Забирай моё тело, ешь его. Смотри, оно ещё свежо и крепко. Проникай в каждую клетку, что бы дух скрипел дубами и искал выхода в небо.

Все страдания твои, одиночество. Отдаю всё до конца. Бери и радуйся.

Лучший из врагов моих.

Светлый источник силы.

Спасибо за лёгкость смерти и размах крыльев, за гордость и любовь к земным тварям. За многие жестокие войны.

Уже близится наша последняя, самая страшная битва. Набирайся сил, одиночество, или не поздоровиться тебе. Отращивай крепкие клыки в волчьей пасти, громче вой по ночам, что бы хуже спалось твоему недругу.

Спешу к тебе, одиночество.

Спеши навстречу.

Скорее, скорее, любимый враг!

Я иду к людям.

....................................................................................................

Солнце стояло высоко, щедрые лучи его омывали землю. Дорога была пыльна и радостна. С уст Артемия струилась весёлая песня. Теплый воздух целовал улыбку, а кудрявые облака плыли за ним следом, словно стадо белых ягнят.

Но, едва далёкая тень мелькнула у горизонта, солнце будто бы вспыхнуло, воздух сделался сухим и тяжёлым, а облака бросились в рассыпную.

Тень приближалась.

Всё плотнее и отчётливее становилась она, стремительно превращаясь в человека.

Артемий остановился и ждал.

Человек приближался.

– Здравствуй, брат, - весило окликнул Артемий, пробегающего мимо него.

Человек остановился, как вкопанный, затравленно оглянулся и сказал хриплым голосом:

– Вряд - ли ты назвал братом меня, если бы знал поближе. Добрый ты человек, дам тебе чёрный совет: никогда не называй братом убегающего.

Куда же, и от кого убегаешь ты, тот, кто не брат мне?

Человек поёжился от такого вопроса, и собрался, было бежать своей дорогой, но, что - то не уловимо светлое звучало в голосе Артемия, что - то подкупило надежду на лучшее.

– Я отвечу тебе... Но к чему тебе ещё одна ненависть, появившаяся после моего рассказа, ибо узнав меня, ты узнаешь зло.

Артемий наклонил голову и прищурился. Задорный огонёк поблескивал между его пушистых ресниц.

– Хочешь, дам тебе белый совет?
– Улыбнулся он.
– Глупо ненавидеть убегающего, его можно либо презирать, либо догонять, либо видеть движение...